
Психологическое насилие
kummer
- 50 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Кэрол Джо (Joe Carroll) указывает десять тем, которые могут быть мишенями для работы психолога с детьми, пережившими сексуальное насилие:

Прогноз успешности психологической работы с семьей в зависимости от типа насилия над ребенком
Основываясь на работе Криттенден и Эйнсворт, а также других психологов, имевших дело с проблемными семьями, можно выделить различия в функционировании и в прогнозе успешности психологического вмешательства для семей с разными формами жестокого обращения с детьми.
Физическое насилие: как правило, прогноз для психологической работы очень хороший. В большинстве случаев родители имеют мотивацию к изменениям, но у них очень слабые ресурсы совладания с проблемными ситуациями. Например, матери в этой группе часто не владеют никакими другими способами регуляции поведения ребенка, кроме физического наказания. Следовательно, эффективное вмешательство в данном случае должно включать работу над развитием навыков эмоциональной саморегуляции родителя и обучение позитивным родительским навыкам.
Пренебрежение: стратегии совладания у этих родителей опираются на уход от сложных ситуаций вместо контроля над ними. Матери в этой группе все время чувствуют, что «другие знают лучше», и редко заканчивают дела, которые начали. Дисциплинирование детей не входит в имеющиеся у них стратегии. У родителей нет планов и ожиданий ни относительно себя, ни относительно членов своей семьи. Эти семьи не так просто мотивировать, они часто не понимают, в чем проблема и почему в том, как они ухаживают за детьми, нужно делать какие-то изменения. В работе с такими семьями можно воспользоваться техниками мотивационного интервьюирования.
Физическое насилие и пренебрежение: такое сочетание предполагает гораздо более тяжелый прогноз. Часто члены таких семей чувствуют, что у них нет контроля над своей жизнью и что возможность изменения для них за пределами возможного. В этих семьях родительские стратегии колеблются от угрюмой отстраненности до вспышек ярости. К детям нет последовательного отношения, и все члены семьи чувствуют фрустрацию и безнадежность. Дети часто находятся вне контроля. Ожидания родителей либо завышены, либо полностью отсутствуют. Позитивные изменения в функционировании семьи возможны только при длительном сопровождении, включающем не только мотивирование и обучение навыкам, но и глубокую работу с психологическими проблемами родителей (депрессия, зависимость от алкоголя и ПАВ, импульсивность и т.п.) и детей (посттравматические симптомы, депрессия, поведенческие проблемы и т.п.).
Сексуальное насилие: отношения между родителями плохие, двойственные, напряженные, неудовлетворительные; отношения между матерью и ребенком – дистантные. Ребенок может демонстрировать признаки синдрома аккомодации (приспособления). Семья склонна к хранению секретов и отрицанию. Что касается психологического вмешательства, то признанных моделей психологической работы с такими семьями как с целым не существует, но в литературе описаны положительные результаты индивидуальной работы с родителем, не совершавшим насилия, а также с семейными подгруппами «не совершавший насилия родитель + ребенок» или «группа сиблингов».

Иррациональные убеждения и непомогающие мысли могут быть не только у детей, но и у родителей. Примеры:
• я должен был знать, что это случится;
• я должен был защитить своего ребенка;
• мой ребенок больше никогда не будет счастлив;
• наша семья раздавлена;
• детство моего ребенка разрушено;
• мир очень опасен;
• моему ребенку никогда не станет лучше.
Подобные мысли не только ухудшают самочувствие родителей, они также могут сознательно или бессознательно сообщаться ребенку, который начнет разделять эти неточные и дезадаптивные идеи и страхи. Психологу необходимо обсудить с родителями эти мысли и, опираясь на техники когнитивной терапии, поработать над их переформулированием.