Рождённый проворным

Веселая затея молодых уральских ребят — опенэйр, рейв, наркотики, вот это вот все — оборачивается неожиданными приключениями. Поначалу веселыми, но чем далее, тем более странными — настолько, что в какой-то момент читатель проваливается в настоящую русскую хтонь, которая чем дальше на восток, тем, вместе с реками и горами, все масштабнее и величественнее. Так писал бы укушенный Гоголем Берроуз.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,8

25 оценок

5
32%
4
36%
3
24%
2
4%
1
4%

Ваша оценка

Прочитали 27Хотят прочитать 32

Рецензии

Alexey7419 августа 2021 г.
Карманный путеводитель для сказочного героя. Гаврилов С. Рождённый проворным : [повесть]. – М. : ИД «Городец», 2021. – 224 с.
Книга молодого уральского автора в угрожающе-обескураживающей обложке полна внутреннего несоответствия внешним формам. И это красиво. Несмотря – и даже вопреки – художественному оформлению.
«Рождённый проворным» это повесть – можно было бы сказать «о простых людях», но на деле это повествование само по себе обладает незамутнённой простотой всех историй охотников на мамонтов, бизонов и моржей, однако.
Простой сюжет на фоне уральской природы, обычный праздник в день летнего Солнцестояния – для тех молодых, для кого дата «22 июня» не означает ничего иного кроме как апофеоза лета, – и молниеносный как несбывшийся блицкриг квест в культурных пространствах отчизны.
Собственно, если отталкиваться только от сюжетной линии (без культурных аллюзий и привносимых человеком смыслов), то многостраничный рассказ о (чудом не сорвавшейся/состоявшейся) тусовке («рейве») на природе, в окрестностях провинциального городка, порадует прежде всего краеведа. Того кто знает, что Урал это преимущественно горы и долины, а человеческая жизнь возможна здесь разве что в двух-трёх крупных городах, тщащихся в масштабах урбанизма превзойти запредельно-далёкую столицу. И кому в этой столице интересна провинция во всех её не всегда (и не для всех) живописных подробностях…
И всё-таки книга интересна. Не только живущим у подножия уральских гор и даже не преимущественно любителям техно. И лучше всего воспринимать историю, рассказанную Степаном Гавриловым как фантастическую. Конечно, не в том смысле, какой придала фантастике современная массовая литература, но исключительно в изначальном, волшебном — неотъемлемом свойстве всех историй простодушных детей природы, от кроманьонцев до студенток-первокурсниц включительно.
Хороший, выверенный язык Степана Гаврилова звенит как воздух над проводами высоковольтной ЛЭП, и искровой росчерк слов, и стремительные языковые кульбиты над проволокой оставляют довольно пространства для света и кислорода и магии. Несмотря на всю насмешливость автора и динамику приключений героев, повесть оставляет горьковатый привкус светлой печали. Ностальгия, воспоминание о молодости, которая проходит ещё быстрее чем лето – или просто чувство что возникший на книжных страничках мир хрупок и невозможен.
Созданный памятью и писательским даром Степана Гаврилова личный Остров блаженных также манящ и фантастичен как Хай-Бразил ирландских моряков или Беловодье русских сектантов. И книга – маленький подарок-путеводитель всем искателям несбыточного.
Некоторую условность происходящего и героев, похожих на персонажей «Повести о Нибелунгах», примет возможно не каждый: хотя соцреализм давно не в моде, у современного фэнтэзи (во всех видах и подвидах вплоть до «настоящей литературы») сложились каноны попрочнее любых церковных догматов. И горе еретикам, описателям личных супергероев, любителям нетрадиционных ангелов, искателям своего пути в литературе. В лучшем случае отнесут к контркультуре…
Собственно, во избежание культурных рисков совсем не обязательно анализировать книгу как литературное произведение, а можно просто погрузиться в атмосферу повести Степана Гаврилова, ощутить мир как вотчину языка всё ещё способного на чудотворчество. Просто, красиво, легко. Как голубое крылышко бабочки в гулкой коробке из-под папирос…
Но хочется всё-таки ещё раз отметить, что повесть Степана Гаврилова не лишена щепотки той магии слов, которая превращает охоту на зверя (или поход за бензонасосом) в разновидность мистического поиска Грааля. Здесь главный вопрос даже не столько в языковых средствах рассказчика, сколько в культурном бэкграунде слушателя-читателя. И мифы древних греков и легенды средневекового короля Артура и даже рассказы о подвигах рыцарей Октябрьской революции, строителей Камелота на одной шестой суши, сегодня мало кого тронут. В какой-то степени диковинный зверь, напоминающий фрески кроманьонцев, на обложке книги Степана Гаврилова всё-таки оправдан – читатель нынче лучше всего воспринимает культурные стигматы первобытного общества.
В своей книге Степан Гаврилов осознанно обращается к первоосновам сознания, с нуля создаёт миф, практически лишённый признаков какой-либо цивилизации, доступный пониманию по обе стороны Уральского хребта, наполняющий пространство светом сбывшегося волшебства.
И страшный как семь собак сразу демон-искуситель Мара ничего не сможет поделать с тем, кто бредёт сквозь этот мир иллюзий, преодолевая внешние формы, вооружённый закрепленным в книге — как истинный Север в компасе, — взглядом на мир от Степана Гаврилова.
Есть ли жизнь за Уралом? Урал Степана Гаврилова подобен Шамбале, — реальной как метафора и нереальной как кинематограф — а что там и как может узнать только рождённый проворным. Быстрым как свет, как любовь, как жизнь.
Читать далее
7
293
peterkin30 июня 2021 г.
Бойкая, смешная и жутковатая повесть, прочитывается за один вечер. Очень рекомендую тем, кто хоть раз пытался организовать какой-то праздник с относительной "кучей" народу (от нескольких десятков до сотен) на природе. Я когда-то в прошлой жизни пытался и узнал ситуацию один в один, хоть всё и происходило совершенно не так.
Не знаю на счёт укушенного Гоголем Берроуза, которого обещала аннотация, может, оно и правда. Но очень отчётливо "Рождённый проворным" напомнил прозу сразу нескольких уральских авторов, а особенно Андрея Ильенкова и его "Повесть, которая сама себя описывает". Там тоже всё другое, но хтонь-то наша, родная, каменная.
Читать далее
7
325
DmitrievD9 января 2022 г.
Сказка ложь, да в ней намек.
На самом деле книга не плоха. Что-то новенькое и довольно бодрое в стиле, который стал уже привычным в зарубежной литературе, но не встречался мне в российской. Тем более, автор только начинает. Тем более, так захватывающе смотреть именно на русский психодел, где страшная и добрая родная сказка летит на кислотных крыльях, для которых границ не существует.
Организация рейв-вечеринки пошла не по плану. Несущественные детали сплетаются в единый поток дивного действия, одновременно начисто лишенного реалистичности, но преисполненного внутренней логики. Здесь встречаются сектанты и барыги, менты и чеченские ветераны, лесные старички и призраки умерших французов. Здесь рекой сыпятся таблетки, волной затягивают на дно циановые водоросли, вспыхивают сами собой пожары. Тончайшие неопределимые, а значит неуправляемые сдвиги действительности завязаны на мельчайших, брутальных в своей натуралистичности вещах, таких, как бензонасос от ЗУ-2. А само по себе время скроено многослойно. То тут, то там вылезает завод, совок, развал, древний лес, гипноритм. И действительность тоже далеко неоднозначна. Она потеряла границы от насыщенности и в этом стала только ближе к реальному объяснению.
Все это классно. И не менее здорово, что сам ритм бодрый и радостно вывозит нас на всем пути. Очень хороши некоторые обороты, предложения. Не лишены приятности и изящности некоторое «пробросы», резко отбрасывающие от действия и устремленные куда-то далеко во вне. И при этом они уместны.
Так чего же не хватает? Сложно сказать и формально описать недостатки. Скорее всего, дело в том, что искры все-таки не хватило. Дичь могла бы быть более дикой. Фантазия – более разнузданной, реальность – более хлесткой. Вместе с тем, характеры, хоть и набросанные штрихами – более четкими (вспомнить, например, как это мастерски делает Уэлш в подобных случаях). Тогда бы, если держать всю эту историю, летящую на невероятных скоростях вперед, разбрасывающую пригоршнями жреческий свет и жаб; вещь в себе, но устремленную на весь включаемый космос; раздражающую и хватающую; дико смешную, но и грустноватую одновременно - я был бы восхищен. Будем надеяться, Гаврилов нам еще подкинет что-нибудь подобное.
Читать далее
5
359

Все рецензии

Цитаты

sv_family27 мая 2021 г.
На обратном пути Боцман нашел в своем плаще аудиокассету и засунул ее в проигрыватель. Заиграло что-то из 80-х, кажется — Careless Whisper Джорджа Майкла. Слушая вкрадчивый, чувственный саксофонный проигрыш, я вдруг вспомнил, что дядюшка Коршун научил меня одной важной вещи, он научил меня одной фразе, даже заклинанию. Это заклинание он применял каждый раз, когда понимал, что количество прикладываемого усилия никак не соответствует результату. Эта фраза — приговор. Под этим грифом любая вещь или схема делаются бесполезными настолько, что не достойны больше никакого осмысления. Теперь каждый раз, когда меня посещает неловкая догадка о несуразности всего происходящего, ну, например, когда я еду под Джорджа Майкла по проселочной дороге на машине, груженной самодельным плотом, мне является мой личный супергерой — дядюшка Коршун. Он цедит сквозь зубы свое любимое: «Суходрочь левой рукой». Это почти метафизический термин, закрепляющий за вещью ее полную и абсолютную ненужность, онтологическую неукорененность. И вот что-то такое мне сейчас мерещилось… Что-то такое крутилось на языке…
Мы остановились возле берега.
— Кассету пока высуни. Это дядьев моих, — рыкнул Боцман и стал выбираться.
Читать далее
1
340