
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Не знаю, как воспримут эту книгу те, кто помоложе, но, по-моему, она для тех, кому даже не за пятьдесят, а за шестьдесят. Для меня это было возвращением в далекое детство. Как наяву прозвучали радиопередачи, всплыли в памяти игры, в которые тогда играли не только на Кубани, но и на всем Северном Кавказе, просто физически услышал треньканье дешевой (всего за 7 рублей 30 копеек) гитары фабрики имени Урицкого... А фабула книги - это особый разговор. Как это было у Николая Островского: "Жизнь дается человеку один раз, и прожить ее надо так, чтобы не жег позор за бесцельно прожитые годы..." Вряд ли найдется человек, который в своей жизни не совершал ошибок, причем не просто ошибок, а таких, которых лучше бы не было, и прожить вторую - другую! - жизнь, в которой будет память о предыдущей, не позволяющая эти ошибки совершать. Вот и в книге главный герой вдруг на склоне лет оказывается в теле самого себя десяти-одиннадцатилетнего, но сохранившего в памяти всю историю своей, уже прожитой, жизни. Автор не делает своего героя сверхчеловеком или выдающимся прогрессором. Нет, он позволяет ему взглянуть на самого себя одновременно и со стороны, и, если так можно выразиться, изнутри. И это не книга о попаданце в какой-то иной ипостаси, - это попытка рассказать о событиях середины шестидесятых годов в тихом провинциальном городке и о том, что эти события предваряло, начиная с Гражданской войны. Очень аккуратно и по-доброму описаны судьбы людей, их отношения друг к другу, очень достоверно передана атмосфера человеческого общежития тех лет. Для меня это действительно было путешествием в детство. Низкий поклон за это автору.

- Неужели нельзя сделать так, чтобы все, кто любимы, были с тобой неразлучны?
- А ведь я ее помню с той давней поры, когда меня еще пеленали и носили по комнате на руках, а мой немощный разум оперировал не словами, не образами, а всего лишь, двумя полярными чувствами: беспомощность, когда ее нет, и душевное равновесие, когда она рядом. Еще даже не человек, а маленький сгусток любви к этому источнику света.
- В любой детской игре я буду стопроцентно фальшивить, и ненавидеть за это себя. Нет, невеликое счастье - пройтись по второму кругу. Жизнь после смерти это не путевка в Артек. Когда рядом с памятью совесть, нет от нее стопроцентной радости.

- Наверное, этот посыл заставил меня по-другому взглянуть на свое нынешнее пристанище и сформулировать кредо: Если есть у тебя возможность быть ласковей и добрей - будь. Можешь чем-то помочь - помоги, не считая, что эти труды спишет иное время. Ведь что старикам надо? Похвалить бабушкин борщ, лишний раз не расстраивать деда, успеть, в меру сил, помочь по хозяйству. Да и не такие уж они старики...

Мы все безнадёжно должны. Должны своим дедушкам, бабушкам, матерям и отцам. За то, что лечили, кормили, одевали, воспитывали, ставили в угол и били ремнем. За то, что сделали нас людьми. За то, наконец, что мы не успели отплатить им добром за добро. Они нам на это не оставили времени, у нас подросли свои должники, которым мы все простим.
Другие издания
