Мы из Кронштадта
В Тимирязевском районе Москвы, где я живу, недалеко от моего дома, есть улица Всеволода Вишневского. Я, конечно, знал, что был такой писатель - лауреат Сталинской премии, автор знаменитой пьесы "Оптимистическая трагедия", по которой был снят довольно известный фильм. Знать - знал, и даже имел представление, что главной темой творчества писателя была "революционная матросня", но вот читать автора не доводилось.
Интерес к писателю, подарившему название улице, по которой я часто хожу, достаточно сказать, что на её углу находится школа, в которой учился мой сын, а напротив - районный МФЦ, проснулся после того, как я узнал, что именно Вишневский был прототипом Мстислава Лавровича из булгаковского "Мастера и Маргариты". У двух писателей были очень непростые взаимоотношения, можно сказать, что они были врагами, недаром Булгаков так изощренно "отомстил" оппоненту.
Но при всем том, Вишневский, хоть и был близким советскому режиму писателем, и собачился с тем же Булгаковым, известно, что он поддерживал личными деньгами, нуждавшегося в ссылке Мандельштама. Короче, в жизни, как всегда, всё непросто и неоднозначно.
Но меня больше интересовал Вишневский непосредственно как писатель. Рассказ ""Гибель Кронштадтского полка" открывает ранний сборник рассказов "Матросы". Естественно, героями всех, входящих в книгу рассказов, являются представители той самой "революционной матросни", которая, в большой степени будучи анархистски настроенной, поддержала в 1917 году Октябрьскую революцию, или переворот, кому как больше нравится.
Язык у рассказов рваный и неуклюжий, чувствуется в некотором смысле дух времени, подталкивавший писателей к экспериментам, но у Вишневского получилось не лучшим образом, его повествование постоянно рассыпается, уподобляясь мозаике, целостную картину происходящего сложить очень сложно, все эпизоды и образы получаются какими-то дроблеными и незаконченными.
В этом рассказе речь о Первом морском кронштадтском полке, который командованием Красной армии в экстренном порядке был отправлен на "сухопутный" колчаковский фронт, и в полном составе - 1885 человек - полег в бою под безвестной уральской деревушкой, чудом выжило только два краснофлотца.
Стандартный такой рассказ тех лет о героизме людей, поверивших в новую идею великой мировой революции, ради этой идеи готовых принять смерть самим и убивать безжалостно тех, кто с идеей не согласен, будь то хоть брат родной.
Обратили на себя внимание два момента. Первый - это когда краснофлотцы собрались идти в устрашающую "сибиряков" атаку, и для этих целей отыскали в своей среде единственного гармониста, от которого потребовали играть "Интернационал", а он такого и не знал, сошлись на "Варяге". А второй - когда колчаковцы начали теснить героев-моряков, один из них забросал гранатами собственный лазарет, ради "святой" цели - чтобы раненые кронштадтцы не попали в подлый белогвардейский плен. И главное, этот "подвиг" подается под соусом "так и надо". Что тут скажешь - морально-этические взгляды "инженеров человеческих душ" той эпохи кардинально отличались от взглядов современных "мастеров пера".
Кстати, заголовок для рецензии я одолжил у фильма 1936 года про кронштадтских моряков, сражавшихся на фронтах Гражданской, и этот выбор был не случайным, дело в том, что автором сценария этого фильма тоже был Всеволод Вишневский.
152 понравилось
