The Day the Sun Died

‘One of the masters of modern Chinese literature’ Jung Chang This gripping dystopia contrasts the reality of life in China today with the sunny optimism of the ‘Chinese dream’. One dusk in early June, in a town deep in the Balou mountains, fourteen-year-old Li Niannian notices that something strange is going on. As the residents would usually be settling down for the night, instead they start appearing in the streets and fields. There are people everywhere. Li

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

1651 ₽1399 ₽

Купить-16%

Бумажная

1651 ₽1399 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

3,8

176 оценок

5
34%
4
44%
3
13%
2
5%
1
5%

Ваша оценка

Прочитали 184Хотят прочитать 1406

Рецензии

White_Amaryllis13 октября 2024 г.
Человек = зло
Кажется, это одна из самых странных книг, которые я читала. На это влияет и сюжет, и стиль, и то, что это китайская литература. Причем Янь Лянькэ – сатирик, «нежелательный» для китайских властей автор. Часть его книг запрещена. И есть у меня стойкое ощущение, что, чтобы суметь действительно по достоинству оценить «Когда солнце погасло», увидеть всё, что в него заложено, нужно разбираться в политической и социальной сторонах жизни китайского общества. Я такими познаниями не обладаю, поэтому могу порассуждать только о нравственных ценностях и человеческой природе.
Ли Няньнянь – 14-летний подросток, местный дурачок. Его родители держат похоронную лавку, а дядя – крематорий. Родители бедны, дядя – богат.
В один совсем не прекрасный день сначала жители деревни, а затем и городские впадают в сомнамбулизм, начинают «снобродить». В принципе, в аннотации изложен весь сюжет. Лунатики и не только творят различные непотребства. Грабеж, насилие, убийства и самоубийства. Лишь некоторые жители даже во сне занимаются привычной работой. И один отец Няньняня кается перед людьми за свои грехи. Итог этой эпидемии – разгромленные дома и куча трупов. И вишенка на торте – забывается всё это очень быстро.
Та часть книги, которая меня действительно впечатлила, – это насаждение кремации. Людям буквально запрещали традиционные похороны. На этом наживались стукачи и работники крематория. Не дашь взятку – плохо сожгут. И так родственники не могли соблюсти все обряды, а тут еще такое, можно сказать, надругательство над усопшими. Плюс «отходы» после кремирования – человеческий жир, который можно было продать.
Я не думаю, что покойнику есть дело до того, что станет с его телом. Но определенно до этого есть дело оставшимся в живых родственникам. Смерть – дело тонкое. Представители ритуальных услуг наживаются вне зависимости от вида похорон. Тут важнее другое – та жестокость, с которой людей заставляли принять этот порядок. И для меня эта история в книге вышла на первый план.
А вот все, что касалось самого снобродства, не впечатлило, показалось скучным и затянутым. То, что человек не знает меры в пробивании дна, то, что без сдерживающих факторов люди превращаются в живое воплощение ненависти, зла, порока давно уже не нуждаются в дополнительных доказательствах. Поэтому происходящее в Гаотяне закономерно и лично на меня не произвело эффекта. Плюс мне не понравилось, что Лянькэ вводит себя в книгу одним из персонажей – он сосед и любимый писатель Няньняня. Мальчик цитирует отрывки из его книг. Скорее всего, искаженно, все же он местный дурачок.
Кстати, идея того, что единственным нормальным во всем этом хаосе остается слабоумный действительно иронична. Хотя другие люди со схожими проблемами все-таки тоже оказались в числе бесчинствующих лунатиков. Да и как сказать «нормальным»... Некоторые поступки Няньняня тоже далеко не так однозначны. При кажущейся деятельности по спасению жителей, он, скорее, просто покорен воле взрослых. А в самостоятельных поступках – жесток по отношению к девушке, которая убирается в крематории, сдает грабителям своего дядю. Не так уж он невинен. В каких-то моментах выбирает из двух зол меньшее, в каких-то – просто безволен.
Так что положительных героев тут нет. Книга вселенского зла.
Читать далее
58
1,4K
lustdevildoll3 декабря 2025 г.
Прочитала вторую книгу автора и с уверенностью могу сказать, что то, о чем он пишет, вызывает целый спектр эмоций от ужаса и отвращения до сочувствия и понимания, и несмотря на весь гротеск и сатиру за деревьями фантастических образов четко виден лес человеческого общества со всеми его пороками, социальными ужимками и вечным стремлением держать лицо. В этом романе в одну жаркую июньскую ночь по непонятной причине жители небольшого городка в горах начали ходить во сне, и во время этих сомнамбулических похождений кто-то продолжает заниматься все теми же рутинными делами, что и днем, а кто-то начинает делать то, чего подсознательно желал наяву, но не осмеливался воплотить в жизнь, потому что вряд ли бы окружающие это поняли и погладили по головке. Рассказ ведет мальчик Ли Няньнянь, которого в городке считают дурачком, сын владельцев лавки ритуальных принадлежностей и племянник директора крематория. Одна из центральных тем романа, собственно, озабоченность китайских властей тем, что под традиционные кладбища не хватает земли и нужно приучать население к тому, что кремация это хорошо и полезно, а люди держатся за традиции и готовы делать что угодно, лишь бы хоронить умерших близких по заведенному веками обряду, и, собственно, семья рассказчика сильно вовлечена в этот процесс и имеет с него не только колоссальный профит, но и не менее нехилый головняк. А еще здесь есть альтер-эго самого писателя, которого тоже зовут Янь Лянькэ, но рассказ ведет не он, потому что со стороны виднее. Не буду спойлерить, но книга действительно стоящая, и переводчица проделала титаническую работу, чтобы передать авторский стиль, намеренно изобилующий повторами, и это читается несколько тяжело, но по окончании книги понимаешь, зачем был выбран такой прием.
Читать далее
53
252
Bookovski21 мая 2024 г.
Открывшие для себя все литературные направления двадцатого века в один момент, современные китайские писатели довольно причудливо сочетают в своих произведениях черты модернизма, постмодернизма и всякого разного реализма. С одной стороны, авторам хочется обличать пороки, указывать на несовершенства общественной и политической систем и даже преобразовывать реальность с помощью своего творчества, с другой, делать это они нередко предпочитают с помощью абсурда, фантастических элементов и использования в качестве рассказчиков крайне ненадёжных товарищей, играющих с читателями или откровенно водящих их за нос.
В своём шестнадцатом романе «Когда солнце погасло» Янь Лянькэ предлагает нам понаблюдать за жителями Гаотяна, на долю которых выпала эпидемия сомнамбулизма. Одним «обёрнутым душной жарой» вечером засыпающие люди вместо того, чтобы мирно посапывать в кроватях или на циновках, не только продолжали, как ни в чём ни бывало ходить и говорить, но и стали совершать то, что в состоянии бодрствования вряд ли решились. Хроникёром массового лунатизма, в результате которого только в одной деревне погибло более пяти сотен человек, стал четырнадцатилетний Ли Няньнянь, прозванный односельчанами Дурачком Няньнянем. В своей особенной повествовательной манере, с многочисленными повторами, сбивчивой хронологией и подражаниями любимому писателю (конечно же, Янь Лянькэ) мальчик пересказал всё произошедшее за ночь, чтобы столкнувшийся с творческим кризисом обожаемый автор (конечно же, Яль Лянькэ) смог воплотить это в новом романе.
Свои произведения сам Лянькэ называет «сверхъестественным реализмом», отмечая в первую очередь достоверное отображение действительности. «Жить в Китае в 2018 году – значит жить в реальности, которая заставляет вас сомневаться в самой природе этой реальности» как-то сказал он обозревательнице The New Yorker Цзян Фан, намекая на то, что абсурдность и фантасмагоричность вовсе не излюбленные авторские приёмы, а просто часть жизни любого жителя КНР. Сюжет «Когда солнце погасло» полностью построен на одной метафоре: при Си Дзиньпине китайцы живут так, словно к их лицу приложили смоченную хлороформом тряпочку. Внезапные эмоциональные порывы, как и потаённые желания, спрятаны так глубоко, что жители деревень и городов походят на однообразных зомби, обработанных коммунистической пропагандой.
Янь Лянькэ друг за другом описывает сцены насилия и мародёрства, показывая, как низко могут пасть люди, чьим дурным порывам наконец-то нашлось снимающее с них вину оправдание. Примерно на середине хочется остановить повествование и сказать, что ты и так уже всё понял: тлен и безысходность – лучшие друзья китайского общества, а девиз «грабь, убивай, *** гусей» мог бы стать подзаголовком романа. Эту деревенскую снобродческую вакханалию здорово оживляет конфликт между отцом и дядей рассказчика, который постепенно перерастает из внутрисемейного или этического в политический: последний управляет крематорием и помимо зарабатывания денег на сжигании трупов, богатеет ещё и за счёт того, что продаёт человеческий жир, в то время как его зять считает использование останков делом совершенно неприемлемым. Мысль, что сильные мира всего используют нас и в хвост, и в гриву не только живых, но и мёртвых, не только рифмует роман со «Снами деревни Динчжуан» (там людей использовали как доноров крови, а позже, заразив всю деревню ВИЧ, зарабатывали на продаже гробов), но и делает его мрачным напоминанием о разобщённости общества и неутолимом желании наживы, которое преследует всех, кто получает доступ к власти на любом, даже самом низком уровне.
Читать далее
41
1,7K

Все рецензии

Цитаты

AntonKopach-Bystryanskiy29 мая 2025 г.
Где нам раздобыть солнце, чтобы люди проснулись. Солнце выйдет, ночь закончится, и люди проснутся.
5
121
AntonKopach-Bystryanskiy29 мая 2025 г.
И лицо его напоминало нечитаную книгу, в которой половина иероглифов написана с ошибками.
4
29
AntonKopach-Bystryanskiy29 мая 2025 г.
Каждая его книга — песня вечной печали о наших людях, о земле, о домах, и нет той песне ни конца, ни края.
4
29