Графические романы
Natalia1703
- 473 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Однажды, когда я был совсем маленьким, маме нужно было задержаться по делам. Было уже поздно, а я смотрел тогда любимый сериал «Зеркало, зеркало» на стареньком огромном телевизоре. Вдруг раздался стук в дверь. В секунду я сообразил, что это точно не мама, ведь «у меня есть ключи и я открою сама, когда вернусь», так она всегда говорила.
Подставив табурет под дверь и посмотрев глазок, я сообразил, что его закрыли рукой. На мой вопрос «кто там», грубый женский голос ответил «открывай, мамка пришла». Было страшно, но я спустился с табурета и ушёл, больше не стучали. Не хочется думать о том, что было бы, если бы я открыл дверь. К чему это?
К тому, что черно-белая графическая адаптация «Надвигается беда» Рэя Брэдбери - это история о страхе, грусти, юношеском веселье и ещё массе всего. Как и в книге, здесь полно абстракций, намеков, мыслей. В этом плане автор всегда узнаваем.
Двое друзей оказались на карнавале, пусть их и не бывает в октябре. «Круг карусели назад сделать тебя на год моложе. Круг вперёд - и ты будешь жить вечно». Контрасты двух цветов создают нужную и ощутимую атмосферу.
Как и многие работы Брэдбери, «Надвигается беда» не для всех. Она полна философии и иногда это чрезмерно. Не могу назвать эту историю своей на 100%, но вот осенью она будет восприниматься иначе, глубже. Происходящее создаёт что-то липкое, затягивающие куда-то во мрак, но возможность выбраться остаётся.
Сложно описать этот морок и образность. Если вы читали другие труды автора, то поймёте меня.

Небольшой хоррор-комикс, который содержит в себе философские вкрапления. История в духе типичного американского хоррора: маленький городок, главные герои - мальчишки, ставятся вопросы детства и взросления. Для комикса очень неплохо, читать можно. Но человека, бравшего в руки условного Кинга, Лавкрафта или По такое вряд ли впечатлит.

коммикс рассказывает о двух мальчишках и бродячем цирке. про то что цирк не простой, таинственный.
сложно сказать что-то положительное, история не зацепила. персонажи плоские, атмосфера таинствееной тайны прошла мимо.

Почему некоторые люди - стрекот и скрип кузнечиков, чуткие антенны, сплошной нервный узел, котрый все время завязывается и развязывается?
Вот Джим, весь угловатый и колкий, цепкий, как ежевика.
Они подбрасывают уголь в свлю топку, не зная устали, с горящими глазами, и они такие с колыбели, худые и голодные друзья Цезаря.
Они дышат тьмой и ею питаются.
А Уилл? Некоторые парни идут, и слезы наворачиваются, глядя на них. Они хорошо выглядят, хорошо себя чувствуют, они хорошие мальчики.
И вот оги бегут, Джим помедленнее, а Уилл побыстрее, чтобы бежать вместе. Боже, как ежечасно мы лепим друг друга...

Штуковина была выкована из металла, с полумесяцем наверху передкладины, а на главном стержне красовались завидуешки и ободки, которые точно были приделаны позже. По всему громоотводу расползалась гравировка из слов на чудных языках, суммы невероятных чисел и пиктограммы оскаленных, щетинистых полузврей - полунасекомых.

















