
Электронная
364.9 ₽292 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Поэзия П.Валери оказалась для меня непрозрачной, а вот эссеистика вызвала восторг. Он не специалист, а просто очень умный человек с великолепным стилем (и не любитель типичной галльской болтовни, рассчитанной на вешний эффект, «блеск»). Этот сборник привлекает обаянием авторского ума и читательской радостью от соприкосновения с ним. Ряд фраз, по своей привычке, я просто выписывал в «интеллектуальный блокнот».
Больше всего понравился первый, «кризисный» раздел. Весьма проницательны суждения Валери об истории, европейском переломе ХХ века, сдвиге в международных отношениях; удивительна его прозорливость, хотя он не «историк» и не политик. «Пророк и историк зашли в тупик. Туда им и дорога!» Ну, и остальное – очень даже неплохо… (Особенно на фоне тех «философов и экспертов», которые просто глупы).
«Другие люди пишут книги, а я создаю свой ум». Как много выпущено книг «без ума». Зачем они?!
Умного француза открыл для себя поздно, но это значит, что еще могут случаться запоздалые открытия и радости.

Все, что мне оставалось делать, читая эту книгу, – это восхищаться, восхищаться и еще раз восхищаться полетом мысли, ее глубиной и искренностью, красотой и мудростью. Меня всегда поражали такие люди, как Поль Валери; для меня они служат особым примером образованности и начитанности. «Эстетическая бесконечность» представляет собой некий калейдоскоп различных мнений и рассуждений на совершенно отличные друг от друга темы, но это не помешало им раз за разом пробуждать во мне неудержимое любопытство. Конечно, не всегда я соглашалась с написанным, и не всегда мне нравилось содержание, например, «любовные» афоризмы Валери – это прям какой-то новый уровень испанского стыда, но по крайней мере они меня даже чем-то повеселили.
Больше всего запомнились трактаты, назовем их так, о Леонардо да Винчи и Эдгаре Дега. Для меня стало настоящим удивлением, что Дега был настолько обсессивно-компульсивным художником и постоянно намеревался «улучшить» свои произведения, даже спустя несколько лет после их написания. Но в самое сердце запал, конечно же, сентиментальный трактат о воде, куда же без нее. По-моему, именно в нем Поль Валери раскрыл сущность своей эстетической бесконечности, ведь что может быть более эстетическим и бесконечным для человеческого глаза, как море?
Лучше всего, конечно, за Поля Валери скажет сам Поль Валери, поэтому в качестве вывода приведу его наиболее мне приглянувшиеся цитаты:

Чтиво размеренное, по мере знакомства с Валери испытывала как влюблённость и интеллектуальное восхищение, так и откровенное раздражение и неприязнь.
Автор, однако, очень любил думать. И это одновременно его дар и проклятье. С одной стороны, он приобрёл невероятную живость и гибкость ума, навык по-настоящему красивого размышления. Тексты сразу обо всём: этом, том; философия, восприятие, искусство, культура. Нет в них ни банальности, ни примитивности. Невероятные образы, которые запоминаются (метафора танца, желание желания).
С другой стороны, чем дольше я читала, тем сильнее раздражала моё восприятие излишняя "возвышенность". Поль Валери такой европеец-европеец, такой аристократ-аристократ (как удачно отмечает Эпштейн в предисловии - артистократ). Такие люди, говорят, живут в воздушных замках.
Размышления о рисунке содержатся в воспоминаниях о художнике Дега. Автор его считает гением-гением. Но по описаниям человек он был прискверный, картины популярность не пользовались. Гениален он может и был на поприще самого Валери - в сложной жизненной философии, возвышенности, тонкости. Да только толку от этого. И когда такие "тепличные люди" делают вид, будто знают всё на свете, рассказывают высокопарно о всей литературе, истории и морали, хочется их немножко прибить к земле гвоздями реальности.
Однако, недолго бы просуществовал наш мир и Поль Валери в нём, если бы все в нём были гениальными аристократами.

искусство предполагает и требует равновесия и непрерывного обмена между формой и сущностью, между звучанием и смыслом

Индивиды настолько же противоположны друг другу, насколько они подобны

Ибо в нас, господа, живет не только стремление к чистому и незамысловатому наслаждению... Нам требуется радость созидания. Странная, непростая радость, смешанная с терзаниями и муками, с преградами на пути — горечью, сомнениями, даже отчаянием












Другие издания
