
Локдаун
Питер Мэй
3,5
(110)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Тут и добавить-то больше нечего. Прекрасно понимаю, что в 2005 году такая ситуация выглядела абсурдной. Ну какие перчатки и маски в обязательном порядке, передвижение по городу по пропускам, закрытые границы? Разве такое может быть? Но оказалось может. Как автору удалось так предугадать? Как будто в будущее заглянул. Попаданий, действительно очень много, не буду все перечислять. Но книга удивила, читала не моргая. Ах, да! Детективный сюжет тоже понравился, как раз на его фоне очень ярко показана жизнь в период пандемии.

Питер Мэй
3,5
(110)

Накручено, наверчено, намешано, да еще и с претензией на взгляд из далека. Как никак книга то была написана 15 лет назад, и автор где-то претендует на роль предсказателя нынешней ситуации с «короной» в мире. Ожидалось большего, читалось как-то так, постепенное погружение в нереальность происходящего даже уже не удивляла, но хотелось все-таки узнать финал, а финал вообще поразил – к нереальности добавилась фантастика. Чтиво на раз, а может и вообще даже раза не заслуживает...

Питер Мэй
3,5
(110)

Локдаун - Лондон на фоне глобальной эпидемии
Можете считать меня мазахистом, но, не смотря на глобальную мировую нынешнюю пандемию, я читаю взахлеб такие книги, эта не первая книга про Пандемию за последнее время.
Как и все такие книги, эта зацепила и от нее бросало просто в жуткий липкий холодный пот, и вызывала неподдельный реальный у меня ужас, так как
эта книга, которая описывает опыт выживания в закрытом городе под угрозой смертельного вируса, была написана в 2005 году... а сейчас удивляет и пугает своим правдоподобием, которое до дрожи напоминает предвидение.
Впечатлительным и кто устал от мировой ситуации, не советую читать.
Моя оценка книги 10/10

Питер Мэй
3,5
(110)

Птичий грипп существовал уже давно, но лишь в 1997 году подтвердился первый случай заболевания человека. Тогда вирус передался человеку от птицы. Но с этого момента было лишь вопросом времени, когда птичий грипп объединится с вирусом человеческого гриппа и возникнет форма, передающаяся от человека человеку. Мы знали, что, когда это случится, весь мир попадет в беду. Пандемия была неизбежной и почти наверняка стала бы страшнее, чем испанка в 1918 году. Которая унесла жизни пятидесяти миллионов человек. Так и началась гонка в попытке найти способ победить грипп, прежде чем разразится эпидемия. – Блюм провел рукой по ежику волос на макушке. – И мы одновременно со многими другими попытались создать в лаборатории то, что выглядело бы для иммунной системы как передающийся через людей птичий грипп. Чтобы таким образом создать вакцину. Это значило объединить соответствующие гены птичьего гриппа H5N1 с обычным гриппом человека. Для этого мы выбрали штамм гриппа H3N2, которым чаще всего болеют люди. – Врач покачал головой. – Цель заключалась в том, чтобы поменять местами восемь генов обоих вирусов, один за другим, и посмотреть, какие комбинации создадут версию, легко передающуюся между людьми. Проблема в том, что таких комбинаций двести пятьдесят, и найти верную – все равно что выиграть в лотерею.
– Но вы решили, что у вас получилось.
– Да. Потому что, когда вирус и впрямь появился, мы обнаружили, что создали почти идентичный. Но вот загвоздка: он отличался ровно настолько, чтобы иммунная система не дала себя обмануть, и мы поняли, что потребуется минимум полгода, пока мы сумеем это исправить.

«Штейн-Франкен» – французская фармацевтическая компания, чье антивирусное лекарство «Гриппобой» Всемирная организация здравоохранения отобрала еще в преддверие пандемии в качестве потенциально наиболее эффективного средства от птичьего гриппа, если тот начнет передаваться от человека человеку. ВОЗ также предупредила, что такое развитие событий неизбежно. И в результате все страны мира, которые могли себе это позволить, заказали лекарство аж на три с половиной миллиарда евро. Одна Великобритания купила почти пятнадцать миллионов доз для лечения четверти населения. Первыми лекарство получили работники системы здравоохранения. Но средство не особо помогало. В лучшем случае облегчало течение болезни и укорачивало ее длительность, делая выживание более вероятным. Хотя при летальности почти в восемьдесят процентов спросом будет пользоваться любое средство, способное увеличить шансы.

Почему врачи вечно говорят в твоем присутствии так, будто тебя здесь нет?


















Другие издания


