
Нигде не купишь
Shurka80
- 1 360 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Из-за своего названия книга давала мне повод подумать, что будет тут про деревенскую глубинку. Мне эта тема интересна. Думал, тут будет типа книги "Не стреляйте в белых лебедей". Что-то душевное Но тут совсем не про это. Книга рассказывает о разных событиях в жизни нашего главного героя. Вернее, он сам об этом нам рассказывает. Он живёт, теперь уже, в городе под названием Глухомань. Работает на секретном объекте. Но побывает он в разных местах и многое у него в жизни случится.
В книге автор нам даст много интересных мыслей, некоторые вообще просто можно разбирать на цитаты. Интересно было прочитать про Афганистан, правду про Хрущёва, о самогоноварении, о Ельцине и многом другом.
Я прочитал несколько книг Бориса Васильева. Они мне очень нравились. Эта книга более современная, чем те, что были прочитаны. Мне ближе те, которые относятся к первой половине творчества автора. Это какая-то сумбурная. Возможно моё отношение к ней было предопределено ошибочными ожиданиями.
Абзац.

Такой вот «обнадёживающий» вывод формулирует главный герой книги в последние минуты своей жизни. И этими же словами заканчивает свой роман его автор, писатель Борись Львович Васильев. Чтобы было понятно, откуда что берётся, просто нужно глянуть в «послужной», т. е. библиографический список автора. Уже первым своим историческим романом «Офицеры» Борис Васильев решительно ворвался в ряды маститых писателей — книга написана масштабно, умно и привлекательно. Но чаще имя Васильева вспоминают в тесной связке с его книгами «А зори здесь тихие...», «Не стреляйте в белых лебедей», «В списках не значился» и «Завтра была война», и не только из-за удачных и ярких экранизаций, но и просто из-за неоспоримого литературного дарования автора и острой болезненной ранимости читателя перед содержанием и смыслом этих (и других) книг Бориса Васильева.
Роман «Глухомань» написан Борисом Васильевым на переломе эпох (издан в 2001 году). Тут и переход в новое столетие и даже в другое тысячелетие, тут же и переход в другую Россию, ибо закончились недоброй памяти 90-е и возникла надежда на какие-то перемены. Однако книга не возникает вдруг и по щелчку пальцев автора, и значит идея этого романа и весь центр его создания как раз и пришёлся на эти самые пресловутые 90-е буйные годы.
Однако начинается роман ещё в последние годы советской власти, т. е. в начале 80-х, когда главной и основной вехой и приметой времени стала Московская олимпиада. А затем автор так и ведёт нас по времени, год за годом и событие за событием. Что-то происходив в стране и со страной, и что-то происходит в жизни и с жизнью главного героя романа, офицера-запасника, волею судьбы сначала прошедшего боевое крещение в одной из тайных военных африканских командировок и затем попавших на номерное полусекретное патронно-макаронное предприятие, расположенное в небольшом городке с громкоговорящим названием Глухомань.
Череда личных событий и чехарда событий социально-политических в романе тесно связаны, ибо специфика производства естественным образом вызывает интерес у разного рода криминальных персон и структур — патроны калибра 7.62 всегда найдут своё применение.
А тут ещё эта афганская тема, мимо которой пройти в 80-х было просто невозможно. И довольно остро стоявший и затем миной взорвавшийся национальный вопрос, приведший в конце-концов к распаду Союза и отложению бывших союзных республик. Все эти острые и злободневные тогда (и не утратившие своей злободневности и сейчас) темы и проблемы подаются Васильевым вместе и одновременно и тесно увязываются в один плотный событийно насыщенный узел. И вот этот конгломерат: национальная тема, финансово-материальное неравенство и социальная разделённость общества, возведение золотого тельца в центр ощущения благополучия и устроенности в жизни, появление откровенно национально-фашиствующих сил и идеологий, готовность торговать всем и вся во имя денег и власти (ибо с началом чеченской компании возник вопрос — откуда у боевиков оружие и боеприпасы нашего, отечественного производства? И один из вариантов ответа предлагается автором) и готовность любой ценой добиваться своих личных шкурных интересов — вот все эти названные (и ещё и некоторые неназванные, но присутствующие в романе) темы и находятся в романе в постоянной динамике, в тесном взаимодействии и развитии, сталкиваясь и оттесняя одна другую, конкурируя друг с другом и создавая остросюжетную композицию этой книги.
А в конце этого романа автор приводит своего главного героя к точке принятия крайнего решения, ибо вопрос только так и стоит — или Я, или Они…
Книга очень острая, весьма болезненная для восприятия и осмысления, и длинным послевкусием и послемыслием. И вот этот вопрос-ответ-открытие, сформулированное Борисом Васильевым как ответ на вопрос «Почему мы так живём?» и вынесенное мной в заглавие рецензии/отзыва просто предлагает читателю задуматься в том числе и о своём месте и о своей роли в этом сложном динамичном мире.

Около года назад я читал «Ненастье» Иванова, а теперь вот попалась похожая по сюжету «Глухомань» Бориса Васильева. Те же афганцы, те же лихие девяностые…Это была третья серия из новых несоветских книг Васильева. И, надо сказать, она оказалось хуже всего ранее прочитанного у него. И дело даже не в том, что не хотелось погружаться и неприятно было вспоминать те лихие годы.. В принципе, фон автором выписан замечательно. Это и анализ той страны – событий, ситуаций, судеб нашей Родины.. Причинно-следственные связи и исторические параллели. Вдумчивые и глубокие мысли. По большей части грустные и где-то даже провидческие. Все это интересно..
А вот детективно-бытовая линия получилось какой-то слабой и неубедительной. И читать это было не очень интересно. Какой-то бандитский лубок. Тем не менее, кому интересна тема 90х, смело можете браться за эту книгу. Вот и все

Советский человек с детского сада постигает, что орать без видимых причин имеет право только начальник. Это постижение с возрастом преобразуется в безусловный рефлекс, который и можно представить зрительно, как «руки по швам».

скажем, неплохо было бы найти у проходной червонец ровнехонько в понедельник, поскольку именно в этот день недели мы особенно тягостно воспринимаем среду обитания
















Другие издания
