Монахиня

Если я не постыдилась совершить поступок, стоит ли краснеть, признаваясь в нем?

Фаворитки прежней королевы никогда не бывают в милости у ее преемницы.

– что раньше умел, того никогда полностью не забудешь

Когда вы ставите защитнику такие ограничения, имея дело с противником, который в своем нападении ни с чем не считается, попирает правду и неправду, утверждает и отрицает с одинаковым бесстыдством и не отступает ни перед ложным обвинением или подозрением, ни перед злословием, ни перед клеветой, вам трудно одержать победу

Дурному легко верят.

невозможно обладать такой чувствительностью, не будучи доброй

Несомненно, что отец внушает нам такое чувство, какого не испытываешь ни к кому в мире.

О, сколько раз я плакала оттого, что не родилась некрасивой, тупой, глупо, тщеславной - словом с всеми недостатками, помогавшими моим сестрам снискать любовь родителей!

У каждого сословия есть свои нормы изящного.

Если есть горькие слезы, то есть и сладостные, и если там, на небесах, любят, значит, там могут и плакать.

Я упала, но мое падение было безболезненным. В подобные минуты - минуты смертельного страха - силы оставляют нас, ноги подкашиваются, а руки повисают, - словно человеческий организм, не будучи в состоянии защитить себя, старается угаснуть незаметно.

Возможно, что человек лишает себя жизни, желая привести в отчаянье своих близких, и что он сохраняет эту жизнь, когда видит, что смерть только обрадует их.

Яростное желание вредить, мучить может быть утолено в миру. В монастыря оно ненасытно.

Из леса можно выйти, из монастыря выхода нет. В лесу ты свободен, в монастыре ты раб. 

Люди, принявшие обет монашества, счастливы, если их крест кажется им заслугою перед Богом.

Мне кажется, однако, что в хорошо управляемом государстве следовало бы, напротив, затруднить вступление в монастырь и облегчить выход оттуда

"– Она поправится.
И, глядя на настоятельницу, которой, очевидно, его слова пришлись не по вкусу, повторил:
– Да, сударыня, она поправится; кожа в хорошем состоянии, жар уменьшился, и жизнь начинает светиться в ее глазах.
При каждом его слове радость озаряла лицо моей подруги, а на лицах настоятельницы и ее приспешниц отражалась досада, скрыть которую, несмотря на все их старания, им не удавалось."

Ломка человеческой природы приводит к извращенным страстям, тем более необузданным, чем более они противоестественны.

Из ста монахинь, которые умирают, не достигнув пятидесяти лет, ровно сто губят свою душу, а другие, оставшиеся в живых, тупеют, теряют рассудок или впадают в буйное помешательство, ожидая смерти.