Общественное мнение, или Власть цифр

Каждый день мы сталкиваемся с результатами опросов общественного мнения — из них мы получаем основную информацию об обществе, в котором живем. Общественное мнение играет все бóльшую роль в современной политике, при этом остается непонятным, можно ли доверять результатам опросов. Как их правильно интерпретировать? О чем на самом деле говорят эти цифры? Помогают ли опросы общественного мнения развитию демократии? Являются ли опросы наукой или политической технологией? Для того чтобы ориентиров...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,7

55 оценок

5
80%
4
18%
3
2%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 62Хотят прочитать 142

Рецензии

AAROM4 апреля 2021 г.
Вопросы с заранее заданными ответами
Наш мир непрерывно оцифровывают. Чтобы описать почти любое явление, собирается статистика. Ведь с большими данными не поспоришь. Рейтинги, оценки, опросы — все эти способы получить информацию о мире и обществе так широко применяются, что кажется очевидным, что общественное мнение — это сумма мнений индивидов, известная благодаря опросам. Социология, наука об обществе, изучает общественное мнение, и социологи проводят опросы. А в демократиях принимают решения, руководствуясь результатами опросов. В своей книге Юдин последовательно опровергает каждый из этих тезисов.
К мнению всегда относились настороженно. Платон противопоставляет мнение знанию, потому что мнение, или по-гречески «докса», переменчиво, поверхностно, принимается на веру, а знание, по-гречески «эпистема», твердо и обоснованно. Юдин как последовательный сторонник демократии настаивает на политическом участии граждан и защищает мнение, иначе граждане рискуют утратить политическую субъектность, возложив решение вопросов на экспертов.
Понятие «общественное мнение», или по-французски opinion publique, родилось в XVIII в., когда появилась публика, носитель мнения. И тогда же формируются две концепции общественного мнения, наследующие ещё античным спорам. Первая концепция —демократическая — была предложена Руссо. Общественное мнение — это выражение общей воли народа, народной мудрости, которую изначально несет в себе каждый член общества. Не требуется дебатов, чтобы сформулировать общую волю, нужно лишь провести голосование, где решение будет единогласным. Вторая концепция — буржуазная — предполагает разумную дискуссию внутри немногочисленной просвещенной публики, в ходе которой вырабатывается публичное мнение. Оно не сводится к сумме мнений участников, это скорее система аргументированных взглядов, которые меняются в течение обсуждения. Чем больше граждане будут просвещаться, тем активнее они будут вовлекаться в формирование публичного мнения.
В Россию это понятие пришло при Екатерине II и было быстро усвоено. Но, как тонко замечает Юдин, в русской мысли уже два века повторяется одна и та же мысль о несовершенстве / отсутствии русского общественного мнения и просвещенной публики в целом. Причину автор видит в том, что концепции общественного мнения смешиваются, и русское общественное мнение сравнивается с европейским. А в этом сравнении России традиционно уготована роль догоняющей державы, общество которой развито не так сильно, как западное.
Сила общественного мнения в XIX в. непрерывно росла, а после Первой мировой войны с её резким ростом национализма и обострением ненависти одних народов к другим стало понятно, что государства научились хорошо воздействовать на публику и получать желаемое мнение. Обе концепции столкнулись с реальностью межвоенного периода, где побеждают пропаганда и манипуляции, а не общая воля и аргументы.
И тут инновация всё изменила. В 1936 г. Джордж Гэллап изобрел опросы общественного мнения. Он представил опросы как научный метод сбора информации, который использует случайную выборку и потому репрезентативен. С этого момента проценты в опросах воспринимаются как ясное выражение общественного мнения по любому вопросу, а ориентироваться на их результаты — правильно и демократично. Но дело в том, что данные, полученные опросами — это суммы мнений индивидов, которым предложила опрашивающая компания (поллстер) вопросы, об ответе на которые они и не задумывались. Социология не занимается опросами и не изучает общественное мнение, потому что опросы по сути сами производят мнение, до того, как вопрос задан и получен ответ, мнения в реальности не существует.
Юдин называет опросы важнейшим инструментом плебисцитарной демократии, которая отказывает обществу в реальном политическом участии в принятии решений и заменяет это участием в голосованиях — плебисцитах. Общество — это только пассивные избиратели, их функция — одобрять предложенных им лидеров. А опросы, которые проводят постоянно в отличие от выборов, должны подтверждать всенародную поддержку лидера. Цифры этих опросов выглядят научно и потому убедительно.
Но демократия ≠ выборы, демократия предполагает дебаты, жребий, ротацию, публичные слушания, демонстрации, местное самоуправление, политический плюрализм и федерализм. Всего перечисленного сильно не хватает в плебисцитарных режимах, граждане чувствуют себя непредставленными и отказываются отвечать вопросы поллстеров. Зато поддержку получают популистские движения.

Популизм основан на подъеме активности и мобилизации групп, которые ещё недавно не проявляли интереса к политике. Популистская политика построена на противопоставлении «народа» и «элит», которые угнетают народ, узурпируют власть и пользуются ей для своих корыстных целей.
Граждане голосуют за популистов, но рассказывать об этом в опросах не хотят, так как им не доверяют.
Откуда берется недоверие? Опросы давно стали средством манипуляции обществом, потому что власть у того, кто формулирует вопрос. Плебисцитарные режимы предельно озабочены тем, чтобы обладать монополией на формирование повестки дня. Альтернативный политический язык — настоящая угроза их власти.
Юдин заканчивает книгу четырьмя сценариями будущего опросов и определения общественного мнения. В первом опросы приобретут официальный статус; во втором сбор больших данных заменит опросы; в третьем социальные сети вернут дискуссии в политику, а граждан сделают субъектами, а не пассивными наблюдателями; в четвертом на замену опросам придут содержательные дискуссии между разными группами — делиберация. В любом случае, не стоит слепо доверять результатам опросов, потому что общество нельзя целиком описать цифрами.
Читать далее
18
1,3K
vik-pazartesi1 августа 2025 г.
Почему опросы - это не социология и зачем они нужны
Думаю, что большинство людей полагают, что социология - это наука об опросах общественного мнения. Данная книга развеивает это заблуждение и рассказывает, что в опросах плохого, зачем они проводятся и с какими (большими) оговорками следует воспринимать их результаты. (Нет, главные проблемы не связаны с мухлеванием и подтасовками.) О настоящей социологии в книге почти не рассказывается. Также появляется много поводов задуматься о других общественных практиках, в том числе претендующих на научность - зачем и кому они нужны, если не определён их предмет, или все понимают его неправильно.
Читать далее
15
146
nalysha30 марта 2024 г.
рубрика "понятия"
Как и другие книги серии "Азбука понятий" книга Григория Юдина дает общее представление о понятии
Из книги "Общественное мнение, или Власть цифр" вы узнаете о возникновении понятия, его истории, связи с социологией и политикой, нюансах и проблемах интерпретации опросов
Помимо содержательной части, на меня также произвело впечатление оформление, ненавязчиво дополняющее текст - обозначения, иллюстрации, цитаты
9
403

Все рецензии

Цитаты

nalysha23 марта 2024 г.
Хотя Руссо категорически возражает против любой репрезентации общей воли (кому бы ни доверили представлять нашу волю, он всегда будет решать за нас), ему приходится смириться с тем, что напрямую её никак не узнать, а значит, по сути, репрезентация через волю всех всё же необходима.
Но, как и любое измерение, воля всех в некоторых случаях может неточно отражать общую волю (градусник тоже порой неверно показывает температуру).

Руссо, хотя и с большой неохотой, признаёт, что иногда воля всех может заблуждаться в отношении общей воли, а стало быть, и общего блага.
Читать далее
3
283
AAROM4 апреля 2021 г.
Если плебисцитаризм основан на пассивности народа, то популизм, напротив, на подъеме активности и мобилизации групп, которые ещё недавно не проявляли интереса к политике. Популистская политика построена на противопоставлении «народа» и «элит» («истеблишмента»), которые угнетают народ, узурпируют власть и пользуются ей для своих корыстных целей.
3
468
fenihx12 декабря 2022 г.
Гораздо позже Ноэль-Нойман ввела
в оборот термин «спираль молчания»,
который означает, что из-за страха получить общественное порицание мы предпочитаем не высказывать свое мнение,
если считаем, что в обществе оно непопулярно. Из-за этого молчания впечатление преобладания мнения в обществе дополнительно усиливается, и на следующем витке спирали еще больше людей
будут склонны молчать, если их мнение отличается от мнения
предположительного большинства. Так в итоге устанавливается жесткая нормативная позиция, которую никто не смеет оспаривать.
Читать далее
2
439