
Вот как это было
keep_calm
- 78 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Не так давно один заядлый комментатор в соц.сетях с пеной у рта доказывал, что в блокадном Ленинграде не ели кошек, не было людоедства и мародерства. Наверное, сейчас модно это - переворачивать факты наизнанку. Да, факты нелицеприятные, но куда от них деться? Они имели место быть! И немало документальной хроники, которая эти факты подтверждает. Нам, живущим сегодня, сложно поверить, как можно похитить с улицы ребенка, чтоб в дальнейшем пустить его под нож и на мясо. Но мы никогда и не голодали так, как пришлось голодать тем, кто оказался в блокаде. А это страшно, очень страшно. Относить последние крохи матери, падая при этом в голодные обмороки.
Эта книга о ленинградской девочке Майе, живущей в обычной коммунальной квартире. Старший брат и отец на фронте, мама изнемогает от работы, но рабочая карточка все же лучше иждивенческой. А Майка, отправившись в очередь за хлебом, находит хлебные карточки. Может ли голодный ребенок удержаться от соблазна отоварить один из квадратиков карточки? А завтра? А если есть голодная подруга, чей отец держит все продуктовые карточки у себя, жрет и пьет, а семья его живет впроголодь? А если сосед по коммуналке, замечательный художник, еле передвигает ноги от голода? А если добрая старушка - соседка, живет на жалкие крохи, в ожидании того, что принесет ей раз в неделю сын с работы? Ох, какая сложная ситуация у Майки. Понимать, что кто - то, возможно, умирает от голода, потеряв эти карточки, но в то же время и самой еле вставать с кровати по утрам все от того же голода...
Жители блокадного Ленинграда начали голодать уже через месяц после того, как город был взят в кольцо. А впереди их еще ждала долгая голодная зима, суровая и морозная. Нет электричества, нет отопления, нет воды и еды. Как они выдержали это? Как выжили в эти страшные дни и месяцы?
630 тысяч! Вдумайтесь только в эти цифры! 630 тысяч умерли в холодном городе голодной смертью, погибли от бомбежек и авианалетов. 630 тысяч за 872 дня. Это ведь более 700 человек в день! Но даже и эта цифра не совсем точная. Ее озвучили на Нюрнбергском процессе, но по сведениям многих источников жертв было больше. Можно ли их, выживающих в тех страшных условиях, обвинять в том, что ели кошек и крыс? Вы брезгливо поморщились? Вам просто не понять голодного человека. Голодного не день - два, а голодного постоянно, когда и днем и ночью все мысли только о еде. Нам, которые в 2021 году, могут скормить булку хлеба уткам на озере или поморщиться при виде тарелки супа и отставить ее в сторону, нам их не понять никогда. А они, и те, кто сумел выстоять и выжить, и те, кто умер от голода в замерзающей квартире без окон или на улице, по дороге за хлебом или водой, они герои!
Хотя... были и те, кто наживались на чужой беде. Мародеры были, есть и будут. И в этой книге они тоже есть. Майка не смогла отдать карточки, но Майка спасла от голодной смерти младенца. И благодаря Майке были пойманы те, кто на горе людском наживался, отъедая щеки среди полуживых скелетов, умирающих ежедневно.
Людмила Никольская все это пережила сама. Она, конечно, была постарше своей героини Майки, успела к началу войны как раз закончить школу. И все рассказанное она видела своими собственными глазами. Спасибо ей, что смогла через боль воспоминаний поделиться с нами, читателями, о той тяжелой и страшной зиме 1941 - 1942 годов, о том страшном декабре первой блокадной зимы. Эта книга нужна и важна. Эта книга - великая память!

Очень страшная и болезненная книга. А как можно по-другому написать о блокадном Ленинграде?
И я совершенно не согласна с теми, кто написал про слезовыжимательство и прочую ерунду.
Котенок, которого девочка кормила дурандой из своей порции, а потом не отдала на смерть соседке — это выжимание слезы? Нет! Это боль, горе и желание оставаться человеком. Даже в таких адских условиях.
Мать, которая чуть жива от истощения, в сумерках не узнала своего сына — это нонсенс?! Люди! Да понимаете ли вы как чувствовали себя блокадники?
Это страшно. Не дай Бог!
Сестра моей родной бабушки выжила там. А двоих маленьких деток похоронила (в разгар блокады, в общей могиле). И муж погиб. Вот как жить после такого???
Помните. И не осуждайте. Эти люди прошли через что-то такое страшное, что даже невозможно вообразить.

Тяжёлая повесть, я морально раздавлена. Правда, начало не впечатлило совершенно, на этом чуть позже остановлюсь. А в целом достойное произведение, на мой взгляд, из раздела "к обязательному чтению".
Ещё одна книга в копилку прочитанного о блокадном Ленинграде и его жителях, несомненно, настоящих героях. В большинстве своем. К сожалению, далеко не всем удавалось сохранить человеческий облик. Голод не только раздувал животы и ноги, высасывая последние силы, но и будил что-то звериное, первобытное. Напасть, убить, отобрать, а после впиться расшатанными полусгнившими зубами в черствую корку чего-то землисто-серого цвета, отдаленно напоминающего хлеб. А ещё были те, другие... С сытыми лоснящимися лицами они, словно охотники, выискивали на толкучках наживу.
Главная героиня Майя в самом деле оказалась героиней. Ещё совсем девчушка, почти ребенок, но бойкая, сообразительная, готова прийти на помощь. Вот только поначалу она мне вовсе не понравилась. Слоняется по городу с соседским мальчиком Фридрихом. Причем мать неустанно повторяет Майе не высовываться из дома, но та будто игнорирует просьбы. А значит попадает в переделки. Носятся вдвоем с идеей найти в подвале давно забытую кем-то коробку монпансье. Но находят осветительные ракеты и еле живого котёнка — мешочек поросших шерстью костей...
Дети войны взрослеют раньше своих сверстников, особенно там, где остаются один на один с трудностями. И о том, как Майя проявила в сложных ситуациях свою человечность, доброту, совсем недетскую серьезность, прочитать, конечно, стоит. Ярких примеров тому было достаточно. Для меня образ девочки открылся с неожиданной стороны. Несмотря на юный возраст и бесшабашность, у неё есть характер, внутренний стержень, понятие чести и совести. Для страшных блокадных времён это дорогого стоит, как оказалось, даже человеческой жизни. История с годовалым младенцем тронула в самое сердце.
Книга адресована в первую очередь подрастающему поколению. Думается мне, современному подростку будет полезно познакомиться с творчеством Людмилы Никольской. А взрослым лишний раз вспомнить, кому мы обязаны жизнью...

















Другие издания


