Ахматова без глянца

Рейтинг LiveLib

4,3

51 оценка

• 5
  47%
• 4
  47%
• 3
  4%
• 2
  2%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 54Хотят прочитать 114

Рецензии

• 

  Coffee_limon5 марта 2011 г.

  Сегодня 5 марта 2011 года. 45 лет назад, 5 марта 1966 года умерла Анна Ахматова…

  Честно говоря, я совсем не помнила этой даты. Просто так совпало, что книгу из проекта Павла Фокина «Ахматова без глянца» прочла именно сегодня. Долго кружила возле нее. Ведь книга полностью состоит из воспоминаний современников Анны Андреевны. И я боялась, что наткнусь на сплетни, пересуды, что там еще может быть… Одним словом, книгу и хотелось прочесть и кололось. Но что-то девчоночье – любопытство? – во мне пересилило. Это же мы – девочки - всегда хотим знать о кумирах все, до последнего словечка. Какая она – Ахматова? Не только как известный и любимый многими поэт (ведь слово «поэтесса» она терпеть не могла), а просто как человек, как личность, как женщина…
  Признаться, книга вначале меня разочаровала. Разочаровала вступительным словом Павла Фокина. Я ведь беру в руки что-то сокровенное, жду каких-то тайн и открытий, а составитель начинает что-то невнятно вещать, причем цепляется к строкам Ахматовой о «моем народе», приплетает к ним Фрейда, царственность и еще бог знает что… Я дочитываю это вступление и понимаю, что если и дальше все пойдет в таком духе… Но право, роль Павла Фокина свелась лишь к вступительному слову и сбору воспоминаний. И спасибо, что больше никаких комментариев не было.
  Книга разделена на пять условных разделов, в которых Анна Ахматова предстает перед читателем в разных ипостасях:

  - Личность
  

  • В кругу семьи
  • На Парнасе
  • Жизнь и судьба
  • Златоустая Анна всея Руси

    Вообще, я бы не советовала читать книгу людям, которые не знакомы с творчеством Ахматовой досконально. И не только с творчеством. С жизнью, с окружением, со временем и событиями, которые она пережила. Потому что воспоминания идут потоком, ничего не поясняя и ничего не комментируя, это просто отрывки из дневников и записей. Но поскольку я перед этим перечитала практически все, что смогла найти из творчества Ахматовой, прочла прекрасную книгу Павловского «Анна Ахматова: Жизнь и творчество», читала сборники и биографии Мандельштама, Гумилева и других поэтов серебряного века, передо мной словно воссоздавался зримый образ чего-то, что раньше было доступно только схематично. Словно теперь наконец-то картинка обрела цвет, форму и зажила своей жизнью. На страницах этой книги действительно случилось чудо, зажила не только сама Ахматова, ожили все, кто ее окружал. Я вместе с Анной Андреевной смеялась над шутками Мандельштама, плакала и хваталась за сердце из-за непонимания Левушки, куталась в шаль, подаренную Цветаевой, и злилась на Пастернака… Вела себя по-королевски и капризничала как обыкновенная женщина.

  
  Я очарована этой книгой. Как очарована и самой Ахматовой. Может, поэтому с восторгом приняла ее путаницу в дате рождения. Всем известна строка, написанная самой Ахматовой: «Я родилась 11 (23) июня 1889 года…». Но вот ее же воспоминания:
  

  
  
  

  «Я родилась в один год с Чарли Чаплином, «Крейцеровой сонатой» Толстого, Эйфелевой башней и, кажется, Элиотом. В это лето Париж праздновал столетие падения Бастилии – 1889. В ночь моего рождения справлялась и справляется древняя Иванова ночь – 23 июня (Midsummer Night)…»

  
  Но Иванова ночь, ночь на Ивана Купала отмечается по старому стилю с 23 на 24 июня, а по новому стилю с 6 на 7 июля. Получается, что мы с Анной Андреевной родились в один день – 6 июля. Если она, конечно, ничего не путает :)

  Замечательная женщина. Славный поэт. Достойный самых лучших воспоминаний и самых лучших книг.
  

  
  
  

  «Я помню, что когда Арсений Тарковский начал свою надгробную речь словами «С уходом Ахматовой кончилось…» - все во мне воспротивилось: ничто не кончилось, ничто не могло и не может кончиться, пока существуем мы… Не потому, что мы стихи ее помним или сами пишем, а потому, что она стала частью нас, частью наших душ, если угодно. Я бы еще прибавил, что не слишком-то веря в существование того света и вечной жизни, я тем не менее часто оказываюсь во власти ощущения, будто она следит откуда-то извне за нами, наблюдает как бы свыше: как это она и делала при жизни… Не только наблюдает, сколько хранит».

  
  И я полностью поддерживаю эти слова Иосифа Александровича Бродского. Ничего не кончилось. Мы существуем. Существует память и знание. И в нашей власти сделать так, чтобы эта цепочка не прерывалась.

   

  
  

  Читать далее

  43

  213
• 

  Marina_ya21 августа 2017 г.

  Без таких вот звоночков,
  Я же зверь-одиночка
  Промахнусь... вернусь ночью
  Не заметит никто
  Всё тот же зверь-одиночка
  Я считаю шажочки до последней до точки
  Побежали летать ...

  
  По счастливой случайности совсем недавно мы с дочкой и мужем попали в музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме в Питере. Попали неожиданно, за пару часов до поезда из отпуска домой… в силу ограниченности во времени не брали ни аудио гид, ни экскурсию… Вышли из музея ошарашенные с одним желанием: вернуться!...
  
  Сразу же добежали до магазина «Подписные Издания», и пока муж с дочкой спокойно пили кофе и сок, я судорожно и с горящими глазами искала биографию Анны Андреевны… Девушка-продавец вынесла эту книгу со словами: это лучшее, что может быть об Ахматовой… Лучшее не лучшее, но книга волшебная!
  Она состоит из кусочков, из слов, воспоминаний… Мне книга, пока я её читала, напоминала питерских художников …
  Благодаря мазкам из слов при чтении создавался образ поэтессы: вот прорисован облик, вот показан характер, вот описали привычки, интересы, увлечения… Вот хрипловатым голосом сама Ахматова рассказала про свою первую любовь, про сына, про жизнь…
  В чём смысл книги: про Ахматову тут рассказывает не автор, а люди, её знавшие, родные и близкие, биографы: Лидия Чуковская, Виктор Ардов, Иосиф Бродский и другие… Их как будто попросили написать мини сочинения на разные темы: судьба, творчество, семья Ахматовой… а они все вложили в свои слова душу…
  Встречаются дневниковые записи самой героини, но, к сожалению, мало…
  В конце книги приведена краткая летопись жизни и творчества Ахматовой…
  Я первый раз в жизни растягивала чтение книги: просто не хотела прощаться с этими людьми, с Анной, с той тяжёлой эпохой…
  Единственный минус книги - это отсутствие фотографий, вообще ни одной… а так хотелось бы параллельно словам из книги видеть образ Анны Андреевны, её знаменитую чёлку, позу при курении…
  Книгу однозначно рекомендую к прочтению, и пусть, возможно, сказано не всё, пусть что-то чуть укрыли, не досказали, но знакомство с Ахматовой состоялось…
  Вот больше и читать ничего про неё не хочется… пусть этот образ сильной женщины с нелёгкой судьбой, но преданной своему народу останется во мне…
  И да! Квартиру Ахматовой в Фонтанном доме настоятельно рекомендую посетить всем!
  
  P.S. на фотке мой любимый маленький читатель)

  Читать далее

  13

  263
• 

  terpsichoro31 марта 2018 г.

  Когда в 11 классе мы изучали поэтов себрянного века, наш класс, так или иначе разделился на своего рода лагеря - одни любили Ахматову, но совершенно не воспринимали Цветаеву, и наоборот. Я относила себя больше к почитателям творчества Ахматовой, но о ее личности я знала крайне мало и именно этим я руководствовалась, выбирая для чтения эту книгу.
  Начну с того, что читать книгу интересно. Во-первых, потому, что эта книга не сухой сборник фактов, читать который не представляется возможным. А во-вторых, потому, что эта книга не мнение какого-то одного человека, который решился написать биографию Анны Андреевны и описывает ее только со своей позиции. Нет, книга как раз и прекрасна тем, что тут собраны воспоминания и мнения разных людей, которые были близки и знакомы с ней. От этого книга становится как бы более личной.
  Еще одной несомненно классной вещью является то, как книга построена. Это не биография в стиле "родилась, росла, училась и т.д.". Тут все начинается с личности, чтобы читатель смог создать в своей голове образ Ахматовой, придать ей голос и наделить ее характером, привычками и отношением к разного рода вещам. И это действительно классный ход, потому что книга не вызывает с первых страниц скуку, а наоборот подстегивает интерес к жизни Анны Андреевны.
  Не могу сказать, что книга разложила для меня все по полочкам и я теперь знаток Ахматовой. Нет. Тут не дается четкой картины ее жизни и всех жизненных обстоятельств, с которыми ей пришлось столкнуться. Тут кусочки и воспоминания, которые словно яркие заплатки сшитые в один ковер. Но эти кусочки позволяют создать именно образ этой удивительной женщины со своими недостатками и достоинствами и напитывают этот образ характером. И этот образ как бы подстегивает тебя к тому, чтобы изучить ее жизнь детальнее и глубже.
  В общем, мое мнение таково - читать стоит, потому что хорошо и интересно.

  Читать далее

  8

  361

Цитаты

• 

  rebeca_buendia11 мая 2013 г.

  В сороковых и пятидесятых годах гардеробом Анны Андреевны стала заведовать Нина Антоновна. Своеобразный стиль одежды был в какой-то мере сохранен. Ахматова носила просторные платья темных тонов. Дома появлялась в настоящих японских кимоно черного, темно-красного или темно-стального цвета. А под кимоно шились, как мы это называли, "подрясники" из шелка той же гаммы, но посветлее. Кроме Анны Андреевны, никто так не одевался, но ей очень шел этот несуетливый покрой и глубокие цвета, тяжелая фактура тканей...

  Анна Андреевна была очень терпелива и непритязательна. Антонина Петровна Оксман как-то зашла к ней без звонка и- разбудила; огорченная, стала извиняться. Анна Андреевна ответила: "Ничего. Не сахарная".

  Когда Анна Ахматова жила вместе с Ольгой Судейкиной, хозяйство их вела 80-летняя бабка <…> Бабка все огорчалась, что у хозяек нет денег: "Ольга Афанасьевна нисколько не зарабатывает. Анна Андреевна жужжала раньше, а теперь не жужжит. Распустит волосы и ходит, как олень… И первоученые от нее уходят такие печальные, такие печальные – как я им пальто подаю ". Первоучеными бабка называла начинающих поэтов, а жужжать – означало сочинять стихи. В самом деле, Ахматова записывала стихи уже до известной степени сложившимися, а до этого она долго ходила по комнате и бормотала (жужжала)

  Анна Андреевна очень придирчиво относилась к отклонению от норм русского языка в устной речи окружающих. Вместе с тем она охотно вводила в свою речь современные арготизмы. Она скучала, если в общении с близкими звучала только правильная речь. Отсюда пристрастие Анны Андреевны ко всякого рода домашним кличкам или литературным цитатам, превращенным в семейные поговорки. Бранное обращение "свинья" Анна Андреевна заменяла домашним арго – "свин", "полусвин", "свинец".

  В ее стихах юмор редкость, а в разговоре, особенно с близкими, она часто шутила, и вообще шутливый тон всегда был наготове. Иногда она намеренно сгущала краски, описывая какое-то событие, какое-то свое дело, - ей предлагали тот или иной выход, она говорила: "Не утешайте меня - я безутешна". Негодовала из-за чего-то, ее пытались разубедить - это называлось "оказание первой помощи". Ей советовали что-то, что было неприемлемо, она произносила иронически: "Я благожелательно рассмотрю ваше предложение". Ольшевская жаловалась на нее, что вот, столько дней безвыходно просидела дома, не дышала свежим воздухом, она добродушно защищалась: "Грязная клевета на чистую меня".
  Она смеялась анекдотам, иногда в голос, иногда прыскала. Вставляла в разговор центральную фразу из того или другого, не ссылаясь на самый анекдот. "И как правильно указывает товарищ из буйного отделения..."; "Сначала уроки, винить потом..."; "То ли, се ли, батюшка, а то я буду голову мыть...". К пошлости была нетерпима, однажды сказала, возмутившись: "Все-таки есть вещи, которые нельзя прощать. Например, "папа спит, молчит вода зеркальная", как недавно осмелились при мне пошутить. А сегодня резвился гость моих хозяев: "Отчего Н. лысый - от дум или от дам?"" Терпеть не могла и каламбуры, выделяя только один - за универсальное содержание: "маразм крепчал".

  Труднее сказать о том, как говорила Ахматова, и такие слова, как «неторопливо», «делая паузы», «величественно», пожалуй, мало что пояснили бы. Легче сказать о ее произношении, которое по некоторым фонетическим признакам относится к так называемому «старому петербургскому». Ахматова произносила глубокое заднее а (но сильно редуцированное в безударном положении после шипящих— «шеги», «шелить»), ее речи было свойственно упрощение групп согласных, но прежде всего четкость, ясность артикуляции. Быть может, еще и потому стихи Ахматовой в ее собственном чтении приобретали особенную выразительность. (На преимущественно артикуляционную ориентированность стиха Ахматовой в свое время указывал Б.М.Эйхенбаум.)
  Речь Ахматовой воспета в русской поэзии— «Твое чудесное произношенье», «Ваша горькабожественная речь».
  Замечу, кстати, что слова «поэт», «поэзия» Ахматова по традиции, поддержанной Гумилевым, произносила с отчетливым,нимало не редуцированным о. Некоторые йоты она вокализовала, например, в слове пейзаж (без слогового и не удастся прочесть стих, которым открывается вторая «Северная элегия»:Так вот он тот осенний пейзаж...). Всякое слово приобретало ее устах почти вещественную плотность, становилось единственно возможным. И, может быть, не стоило бы специально останавливаться на 265том, что романские слова—латинские,
  итальянские, и почему-то русские фамилии, восходящие к тюркским корням (включая собственную— «имена пяти поэтов начинаются на "Ах"» шутила Ахматова), звучали в ее произношении удивительно красиво.

  Анна Андреевна всегда проявляла интерес к архитектуре.
  Однажды она заметила, что Лев Толстой был равнодушен к красоте зданий. Он знал только одно: старое или новое здание - то, в котором живут персонажи его произведений.
  В 1937 году мы шли с ней по Фонтанке, я провожал ее домой, в Шереметевский дворец. Она спросила меня:
  

  • На вас действует ленинградский пейзаж?

  
  Я ответил восторженно.
  Ахматова вздохнула и про

  • А я уже привыкла, к сожалению...

    Сидя в креслах или за столом, Ахматова обыкновенно опирала голову на левую руку - большой палец под подбородком, ладонь и пальцы поднимаются к виску, либо пальцы отставленной руки упираются прямо в висок, и когда Анна Андреевна плохо слышала, она небольшим движением отодвигала ладонь назад к уху. На тахте она сидела прямо, касаясь ее руками и слегка на них опираясь. В больнице Анна Андреевна сидела в постели так же прямо, не спуская ног. Все, кто знали Ахматову, помнят особое выражение ее лица, когда она гляделась в зеркало, держа его правой рукой на высоте головы, левой поправляя прическу, чуть-чуть поджимая губы. Такой момент счастливо запечатлен на ее, вероятно, последней фотографии, сделанной у Ардовых всего за несколько дней до ее смерти.

    В житейских делах она была беспомощна.

  щна.

Все знали, что она боится техники, не умеет включить проигрыватель, не умеет поставить пластинку, не умеет зажечь газ.
"Зато, – говорила она, – умею топить печи, штопать чулки, сматывать в клубки шерсть..."

Странная это была семья, Горенко, откуда вышла Анна Ахматова. Куча детей. Мать богатая помещица, добрая, рассеянная до глупости, безалаберная, всегда думавшая о чем-то другом, может быть, ни о чем. В доме беспорядок. Едят когда придется, прислуги много, а порядка нет. Гувернантки делали, что хотят. Хозяйка бродит, как сомнамбула. Как-то, при переезде в другой дом, она долго носила в руках толстый пакет с процентными бумагами на несколько десятков тысяч рублей и в последнюю минуту нашла для него подходящее место - сунула пакет в детскую ванну, болтавшуюся позади воза. Когда муж узнал об этом, он помчался на извозчике догонять ломового. А жена с удивленьем смотрела, чего он волнуется, да еще и сердится.
Горенко служил, насколько помню, в Государственном Контроле, дослужился до чина действительного статского советника. Был хороший чиновник и очень неглупый человек. Любил пожить. Ухаживал, и не без успеха, за всеми хорошенькими женщинами, которых встречал. Был большой театрал. К

• Я человек не завистливый, а вот тем, кто может у Дузе ручку поцеловать, страшно завидую...
но завидую...
Это мне понравилось. Я сама, когда видела Дузе, совершенно растворялась в ее победоносной гениальности.
Анна унаследовала от отца его важную осанку и выразительное лицо. Не было в ней его жизнерадостности. А жадность к жизни отцовская, пожалуй, и была. В нем не было и тени той поэтической сосредоточенности, которой Анна была обвеяна. По какому закону наследственности из этой семьи вышла такая умница, такая оригинальная, глубоко талантливая и прелестная женщина?
Горенко-отец таланта дочери не ценил. Она рассказывала мне, что когда под первым своим напечатанным стихотворением она подписала - Анна Горенко, отец вскип
• Я тебе запрещаю так подписываться. Я не хочу, чтобы ты трепала мое имя.
бы ты трепала мое имя.
Тогда она стала Анна Ахматова и этот псевдоним вписала в лучшие страницы русской поэзии. Не отказалась от него и позже, когда вышла замуж за Гумилева.

Когда Анна Андреевна была женой Гумилева, они оба увлекались Некрасовым, которого с детства любили. Ко всем случаям своей жизни они применяли некрасовские стихи. Это стало у них любимой литературной игрой. Однажды, когда Гумилев сидел поутру у стола и спозаранку прилежно работал, Анна Андреевна все еще лежала в постели. Он укоризненно сказал ей словами Некрасова:
Белый день занялся над столицей.
Сладко спит молодая жена,
Только труженик муж бледнолицый
Не ложится, ему не до сна…»
Анна Андреевна ответила ему… цитатой тоже из Некрасова:
…на красной подушке
Первой степени Анна лежит .

Огромного дачного кота Глюка, который с грохотом прыгал с сосновой ветки на крышу дома, называла "полтора кота" и однажды сказала про Бродского: "Вам не кажется, что Иосиф - типичные полтора кота?"

Домашнее прозвище Анны Андреевны было Акума, что по-японски означает ни больше ни меньше как уличную женщину. Так прозвал ее Шилейко, и Анна Андреевна долго не знала,что значит Акума. Думала- нечистая сила.

В тридцатых годах все было устроено так, чтобы навсегда забыть и литературную славу Ахматовой и те времена, когда одна ее внешность служила моделью для элегантных женщин артистической среды. Николай Николаевич при малейшем намеке на величие Ахматовой сбивал тон нарочито будничными фразами: "Анечка, почистите селедку" (тогдашний любимый рассказ Надежды Яковлевны Мандельштам).

Мы заговорили о книге Губера «Донжуанский список Пушкина» (которой Ахм. еще не читала).
— Я всегда, когда читаю о любовных историях Пушкина, думаю, как мало наши пушкинисты понимают в любви. Все их комментарии — сплошное непонимание (и покраснела).

В отношениях О. М. и Анны Андреевны всегда чувствовалось, что их
дружба завязалась в дурашливой юности. Встречаясь, они молодели и
наперебой смешили друг друга. У них были свои словечки, свой домашний
язык. Припадки озорного хохота, который овладевал ими при встречах,
назывались "большой смиезь" - посмотреть, скажешь: не двое измученных,
обреченных людей, а дрянная девчонка, подружившаяся по секрету от старших
с каким-то голодранцем... Выражение "большой смиезь" пошло с тех пор, как
Анна Андреевна позировала Альтману, а О. М. прибегал на сеансы. Они
рассказывали, будто вошел сосед Альтмана, тоже художник, итальянец по
национальности, и услыхав, как они хохочут, сказал: "А
здесь, оказывается, большой смиезь"... Были и другие традиционные слова.
Услыхав о какой-нибудь нелепой сцене, О. М. всегда говорил: "И никакой
неловкости не произошло"... Эта фраза тоже имела свою историю. Как-то Анну
Андреевну попросили зайти с поручением к старому, парализованному актеру
Г-ну... Ее привели к старику и сказали, кто она. Он посмотрел на нее
мутным взглядом и произнес: "Совершенно неинтересное знакомство"... О. М.
в незапамятные времена выслушал про этот визит и резюмировал: "И никакой
неловкости не произошло"... Так эти две фразы и остались жить... Жизнь
делала все, чтобы отучить их смеяться, но они оба туго поддавались
воспитанию.

Когда Цветаева, сопровождаемая Т.Грицем, ушла, Ахматова сказала: - В сравнении с ней я тёлка».

Кроме Мандельштама, на столе передо мною были выложены две фотографии Марины Цветаевой (одна с дочкой на руках) и фотография Ахматовой, которую я уже знала, но теперь в увеличенном виде. Фотографии Марины Ивановны привезли Сосинские. Анна Андреевна положила передо мною рядом одну фотографию Марины Ивановны и другую-свою и спросила:
-Узнаете?
Я не поняла.
-Брошку узнаете? Та же самая. Мне ее Марины подарила.
Я вгляделась: безусловно так. Одна и та же брошка на платье у Цветаевой и Ахматовой.

Несколько слов о Бродском. У него сейчас дочь... Зовут ее Анна Александра Мария. Анна- в честь Анны Андреевны, Александра- в честь отца Иосифа, и Мария- в честь матери Иосифа. Дочь трех имен.