Книжица наших забав

Книга современного писателя и филолога составлена из коротких забавных историй, пересказанных со слов средневековых латинских авторов.

Купить эту книгу

Электронная

349.99 ₽280 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,4

68 оценок

5
50%
4
41%
3
7%
2
1%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 74Хотят прочитать 105

Рецензии

M_Aglaya25 февраля 2021 г.
Ну, я даже не знаю, как определить... )) Современная литература, наверно. Постмодернизм. А короче говоря - Шмараков же. )))
О чем: средневековые анекдоты. Как я понимаю - и как уверяет автор в кратком вступительном слове. Шмараков, значит, медиевист, работает с разными средневековыми текстами, хроники и прочее в том же духе. И вот в этих текстах, у нас малоизвестных (или вовсе неизвестных), потому что не переведено- не издано) он выбрал маленькие кусочки с какими-нибудь поучительными или необыкновенными случаями. То, что и называется анекдотами в культурно-книжном смысле слова. Эти истории автор пересказал своими словами... если верить автору... А то, может, какие-то он и сам сочинил, в духе стилизации, с него станется. В общем, получилось такое странное, дикое, временами начисто сюрное изложение. Для маньяков, которые такое любят. ))
Я люблю книги Шмаракова, но мне нужно каждый раз специально настраиваться. Тут так просто не почитаешь, нужно определенное настроение... Но вот я подумала, что - ну, я же в детстве обожала все это средневековое! )) В виде приключенческих романов, сказок Шарля Перро и братьев Гримм, или завораживающих текстов из хрестоматии (для школьников, на предмет лучшего усвоения школьного курса по истории средних веков). Наверно, тогда это для нас было как сейчас фэнтези. )) И вот в этой книжке оно и есть - средневековье. Почувствовать, как люди тогда жили, как что себе представляли, как чувствовали... Прикольно. )))

«Когда человек бормочет псалмы в дреме, без усердия, его слова без силы – пустая оболочка, словно кожура от гороха или бобов, которою эти свиньи, то есть, демоны, всласть наедаются.»

«… И наконец он остается один, счастливый своей нищетой, ибо ее тяготы не дают ему думать о тяготах любовных.»

«… Господи, ведь это был урок смирения, ну как можно из дидактического материала такие выводы делать.»

«Один послушал кукушку, накуковавшую ему 22 года и расфасовал их так: двадцать лет на беспутство и два – на покаяние; но Господь наш, не любящий всю эту народную фенологию, оставил ему два на беспутство и отнял остальные двадцать, и все это кончилось горько, но поучительно. Удивительного простодушия люди.»

«Салюстий говорит о Катилине, что он иногда совершал преступления без пользы, чтобы не терять форму.»

«… Цезарий спрашивал мариенштадского аббата Германна, видел ли он его когда-нибудь смеющимся: ведь считается, что воскресшие не смеются.»

«Увольте, я с этим делом давно завязал, никакой некромантии, только балет и керамика.»

«Видя, какая кругом напряженная политическая обстановка, клирик, натурально, вызывает дьявола.»

«… После этого он совсем сошел с пути и начал проповедовать вещи, противные святой вере, утверждая, что сказанному поэтами, надо верить во всем. Архиепископ Равеннский его осудил, но ересь распространилась.»

«Так-то награждает дьявол своих слуг: тела убивает, души ввергает в вечные муки, да еще тешится, мороча им голову.»

«Видишь вон тот большой амбар? Меньше соломы у него на крыше, чем демонов, что стоят вокруг меня.»

«Знай, что таково различие между червями богатых и червями бедных: черви богатых истребляют богатых, а черви бедных истребляются бедными.»

«При смерти он велел друзьям, чтобы все его золото сплавили в один ком. Друзья спросили, зачем. «Я знаю, - сказал он, - что мои родичи, радуясь моей смерти, разделят мои сокровища. Если же сплавить все вместе, они друг друга перебьют."
***
«Дьявол, однако, предприятия своего не оставлял, являлся ей в разных местах, и она, видя таковую его настойчивость и понимая, что красивых девиц в валлонском Брабанте пруд пруди, принялась его спрашивать, кто он и откуда и все ли в их краях такие мономаны. И так она его допекла, что он возьми и откройся ей: так и так, я-де дьявол, приятно познакомиться. Тут уж она совсем расхотела за него замуж, а он задора своего не терял и думал привлечь ее склонность маленькими сюрпризами: то в чашку ей нагадит, то в суп навоза накладет. До супа ее семья еще как-то терпела – мало ли, кавалеры разные бывают, образованный человек со странностями, - а тут уж они прямо вопрос поставили, что знает ли он, к примеру сказать, молитву Господню (с козырей люди заходят). Говорит: «Прекрасно знаю». Его просят продемонстрировать. Он читает: «Отче наш, иже еси…» И поскольку в этой молитве он то и дело перескакивал и допускал варваризмы, то, закончив ее, он со смешком прибавил: «Вот так вы, миряне, обыкновенно читаете вашу молитву.»
Читать далее
66
418
majj-s13 февраля 2021 г.
И веют древними поверьями
Один человек, в чьем доме было много ласточкиных гнезд, поймал одну ласточку, привязал ей к лапе грамотку со словами: «Ласточка, где ты живешь зимой?» - и отпустил, зная по опыту, что ласточки возвращаются на прежние места. Улетев с другими в Азию, она свила гнездо в доме некоего Петра. Заметив грамотку на ее лапе, тот поймал птицу, прочел и приписал: «В Азии, в доме Петра». Когда ласточки воротились, человек прочел ответ и потом рассказывал эту историю как чудо.
Вот за это больше всего и люблю, как пишет Роман Шмараков. Совершенно серьезный, академичный стиль в рассказах о немыслимой какой-то дичи, вроде сварливой девицы, после смерти которой могила задымилась, а раскрыв оную, пейзане увидели, что от пояса вверх она сгорела в прах, в то время, как нижняя половина осталась цела или аццких конях, преследующих мирных путников, или того же происхождения жабах, и всяком таком.
А потом - раз, эта история о ласточке, напомнившая, КИД (клуб интернациональной дружбы) из нашего детства. У меня была подруга по переписке из Калининграда. А про одну девочку из нашей школы рассказывали, что она переписывалась вот так с болгарином, а потом вышла за него замуж. Представляете, за настоящего болгарина! Однако я отклонилась, надобно рассказывать не про свои школьные годы, чудесные, а о "Книжице наших забав".
Итак, сборник анекдотов с которым Роман Львович не впервые выступает как неустанный популяризатор книжной культуры. Обратившись на сей раз к трудам раннесредневековых европейских авторов, писавших, вне зависимости от места происхождения и жительства, на латыни. Тут стоило бы ввернуть сентенцию, вроде: "Ну, не удивительно ли культурная страна Франция, все, буквально все, даже дети и простолюдины бегло говорят там по-французски!"
Однако воздержусь, глупости на свете без того в избытке. Тем более, что статус языка интернационального общения автоматически не делал латынь пандемос (всеобщей). В те времена, как и теперь, для овладения ею нужно было пройти долгий и трудный путь, а карьерно-ориентированные люди предпочитали дискутировать о трудах отцов церкви (ну или подводных камнях международного права с точки зрения престолонаследования и спорных территорий). Услаждать слух современников забавными, курьезными или пугающими историями - это во все времена от избыточности.
И вот какой казус, могли ли все эти серьезные люди, упомянутые в обширной библиографии "Книжицы...", могли ли думать, что спустя тысячелетие в заснеженной дикой России кто-то вспомнит их не благодаря ученым штудиям и разного рода заслугам, достижениям, представлявшимся им значимыми, но за рассказанный к месту анекдот. Нам не дано предугадать. И когда б вы знали, из какого сора вырастает, в конечном итоге, культурная преемственность.
Книга, автор которой скромно титулует себя составителем, включает четырнадцать глав, тематически объединяющих истории в кластеры, среди которых наряду с основополагающими, вроде "Смерти и других превратностей" выступают и несколько, хм, странные, как "Строгание палок в воскресенье". Хозяин-барин, однако же, и коли составителю угодно было развлечь читателя строганием палок, последнему ничего не остается, кроме как принять с благодарностью.
Отдельно стоит сказать "О чудесных статуях и головах, и среди прочего - о браках с языческими божествами", где не только про Венеру Илльскую (ну вы помните, помните эту страшную историю Мериме, а я, так просто как страшилку ее в пионерлагере после отбоя впервые услышала). Но и про несчастную Горгону Медузу, причем - и это особенность книги, достойная упоминания - некоторые бродячие сюжеты приводятся здесь в пересказе разных авторов. Кто-то скажет: "К чему?", а мне нравится сравнивать.
Славная книжка. Занятная, забавная, аутентичная. Подходит тем, кто не желает забывать, что мир стоит на плечах гигантов, и что прежде жили люди, которые во многом поумнее нас были.
Читать далее
36
378
Calpurnius22 сентября 2025 г.
+
Книга представляет собой сборник из различных средневековых историй, имеющих религиозно-нравственное назначение. Их перевёл и по-своему обработал филолог Роман Шмараков, так что перед нами цепочка забавных историй, за которыми скрывается и улыбка переводчика. Буквальности здесь искать не стоит, хотя по тексту видно, что в целом источник передан.
Здесь рубрицированы тексты авторов X-XII веков, дающих богатый материал для размышлений о народных суевериях, сказаниях, видениях и тому подобных вещах, которые бродили среди людей в их религиозно-бытовом мире. Это и интересно с точки зрения того, что некоторые вещи живы до сих пор, и с точки зрения того, чем питается фантастический жанр по сей день.
Читать далее
20
95

Все рецензии

Цитаты

rijka30 марта 2022 г.
Клирик говорит: увольте, я с этим делом давно завязал, никакой некромантии, только балет и керамика.
5
61
rijka30 марта 2022 г.
Видение стало повторяться ночь за ночью, и угольщик задумался и опечалился. Это заметил граф Неверский, неизменно чуткий к думам и чаяниям простых угольщиков
4
94
rijka30 марта 2022 г.
А чтобы ты удостоверилась в истине моих слов, знай: через год, на сей же самый праздник ты умрешь; если же проживешь дольше, считай, что я солгала.
3
64