
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Неплохой науч-поп от профессионала. Автор описывает путь развития языка и способности говорить от древних людей до машин, использующих нейронные сети для синтеза речи. Приводится множество ссылок на исследования, цитаты ученых из различных областей - от фонетики до нейробиологии.
Для специалиста, разбирающегося в лингвистике или искусственном интеллекте, будет немного скучновато, но, думаю, это не вина автора, а скорее ограничения жанра "научпоп". Книга не претендует на звание учебника по какой-либо дисциплине, а лишь знакомит обывателя с этапами становления и развития речи в эволюционном разрезе.
Пройтись по верхам нескольких научных сфер, кратко описать историю и не заставить читателя скучать - по-моему, всё это автору удалось. Рекомендовала бы прочитать каждому - книга открывает глаза на то, как сложна и нетривиальна речь, хоть и принимаем мы её как данность.

Никогда такого не было и вот опять: локализация названия (в оригинале книга называется “Now You’re Talking”) не соответствует теме книги. Если вас действительно интересует вопрос «зачем мы говорим?», в более философском плане, то это книга не откроет вам ничего нового. В ней просто не поднимается эта тема. Но если вы интересуетесь строением речевого аппарата у людей и некоторых животных, механизмами распознавания голоса и свежими открытиями и разработками в этой области, то здесь найдётся парочка любопытных фактов.
Мы рождаемся со способностью выучить вообще любой язык. Поэтому дети так быстро и качественно овладевают несколькими языками, если растут в мультиязычной среде. И уже месяцам к шести ребёнок начинает отдавать предпочтение тем звукам речи, которые слышит ежедневно. Так что если маленького белоруса отправить сразу после рождения в среду, где все будут говорить только на клингонском, то и он вскоре на нём заговорит :)
Из необычных фактов: существует процедура под названием “подтяжка голоса”. Если вам кажется, что с возрастом вы начинаете как то по-старчески хрипеть, то можете отправиться на операцию, где из вашего желудка возьмут жировую ткань и введут её как инъекцию в голосовые связки для их утолщения и лучшего смыкания. Правда, эффект недолговечен - всего несколько месяцев. Так что лучше берегите голос смолоду :)
Ещё из этой книги я узнала об интересной болезни, которая называется FAS, синдром иностранного акцента. Болезнь довольно редкая и может развиться после травмы головы или неврологического заболевания (вроде инсульта). Вот говорили вы всю жизнь своим голосом, со своим акцентом, возможно, каким-то специфическим местным, но однажды жизнь поворачивается так, что окружающие начинают принимать вас за иностранку. Вы по-прежнему говорите членораздельно, но людям вокруг начинает казаться, что этот язык для вас не родной, потому что звучит из ваших уст как-то странно.
По описанию этот синдром - довольно забавная штука, пока вы не столкнётесь с ним в реальности. Это сильный удар по психике и самооценке человека, который вдруг стал говорить каким-то чужим голосом. Хотя на кого-то это влияет весьма позитивно. Одна женщина рассказывала, что до заболевания говорила с каким-то местным британским акцентом, который легко выдавал в ней провинциалку. Но её новый голос звучал как изысканный “королевский английский” :)
Книга местами была довольно увлекательной, особенно когда автор строил теории относительно того, как зарождался и развивался язык, рассказывал об эволюции и физическом строении речевого аппарата. Ну а дальше было много скучных и не очень относящихся к теме историй о том, способен ли компьютер быть “творческим”. Поэтому советовать книгу не могу, рискуйте сами :)

Книга очень понравилось. Всё чётко, интересно и легко написано. Всем советую!

На самом деле очеловечивание - это когнитивная ошибка. Такой перенос осуществляется потому, что схожие отделы мозга работают в тех случаях, когда мы думаем о поведении человека, и в тех, когда мы пытаемся понять движения объектов и животных. Будучи высоко-социальным животным, человек нуждается в том, чтобы предвосхищать действия, настроения и намерения других людей.

Историю систем производства речи, подобных Siri в iPhone, можно проследить до работ Дадли и других ученых из Лабораторий Белла. Наряду с изобретением Водера, эти люди создали очень похожее изобретение, с которым мы уже встречались ранее, - вокодер. Эта технология сыграла важную роль во Второй мировой войне.
В ходе этой войны секретная связь между союзниками была жизненно необходима. Но уже в первые дни войны германские специалисты по взламыванию шифров при-думали, как расшифровать и подслушивать разговоры, - например, трансатлантические телефонные переговоры между президентом Рузвельтом и премьер-министром Черчиллем.Была необходима новая система шифрования звонков, и решением, разработанным Лабораториями Белла в 1943 году, стал вокодер SIGSALY'. Он участвовал в военных операциях, в том числе в атомной бомбардировке Японии. Вокодер - сокращение от «кодировщик голоса» (voice coder), с помощью электроники он разбирает записанную на микрофон речь, разделяя ее на источник (гудение голосовых связок) и фильтр (окрашивание звука голосовым трактом). Затем разде-ленная на два потока речь шифровалась и отправлялась через Атлантику. За океаном эти сигналы дешифровы-Вались, а голос восстанавливался с использованием особой технологии, подобной технологии Водера. Военные записи не сохранились, но, судя по описаниям, речь можно было (хотя и с трудом) разобрать.
SIGSALY были сложными машинами и такими боль-шими, что могли бы занять теннисный корт. Сердцем системы кодирования были два идентичных виниловых диска, один находился в Лондоне, другой - в Вашингтоне.
На них были сделаны парные записи произвольного шума, которые использовались только один раз, а затем уничтожались. Записям давались кодовые названия, на-уничтожались. Записям давались кодовые названия, например «Красная клубника», «Дикая собака» или «Цирко-вой клоун», и операторы знали, какую из них нужно поставить на магнитофон для каждого звонка [23]. Шум от винила добавлялся к сигналам еще до их передачи, а на другом конце дубликат записи позволял его отделить.
Без соответствующих записей взломать передаваемые радиосигналы было невозможно. Передача была похожа на жужжание насекомого, что привело к появлению прозвища «Зеленый шершень».















