Моя библиотека)
Daria_Chernyshevskaya
- 2 772 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Что ж, марафон продолжился Шмелевым. Собственно, произведение настолько ясное и прозрачное, что, казалось бы, и писать-то нечего. Но пару слов сказать надо.
Сюжет основан на истории, якобы рассказанной автору В. Вересаевым. Дескать, когда Троцкий проживал в имении одного из бывших великих князей, его сын решил устроить себе нечто вроде «потешного полка» из местных мальчишек. И вот однажды малолетний «командир» заявляет своему «войску», что нет никакого Бога. Но деревенские мальчишки, которых родители продолжают водить в разграбленный, но все еще действующий храм, не верят. Командир обещает доказать, для чего берет в усадьбе сохранившуюся икону и на следующее утро с теми, кого родители отпустили, идет на пруд – икону топить. Икона, естественно, выплыла...

Давным-давно в детской хрестоматии мне попались отрывки романа Ивана Сергеевича Шмелёва «Лето Господне». Я очень часто перечитывала их: отзывалось в душе настроение, восприятие событий глазами главного героя. Повзрослев, прочла роман полностью – и не разочаровалась. «Воспоминания», как мне показалось, своего рода его продолжение: и по сюжету, и по настроению: по тоске о том, что ушло навсегда. Всё-таки Шмелёв есть Шмелёв. Поэтому книгу прочитала с огромным удовольствием, хотя вообще не особенный любитель такого жанра.

В этом небольшом рассказе Шмелев, вспоминая детство, юность и школьные годы, делится с нами своими мыслями о том, как он стал писателем. Из-за того, что ему пришлось испытать в жизни, он начинает писать рассказы. Мне очень понравилось, как автор описывает свое вдохновение природой, как он неуверенно относит свое произведение в газеты и уже забывает о нем. Но однажды получил приглашение переговорить.
Шемелев понимает свое предназначение в жизни, это он и пытается донести до читателя, что надо найти себя в жизни, найти то занятие, которое придется по душе.
Я очень советую почитать рассказ тем, кто пытается писать статьи или рассказы. Кто хочет, но не верит в себя.

Что значит «оборотень» — я знал от плотников. Она не такая, как всякий крещёный человек, и потому говорит такое, как колдуны.

Это был, так сказать, дописьменный век истории моего писательства. За ним вскоре пришёл и «письменный».





