Бумажная
689 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Жил-был мужик, все откладывал жизнь на потом. А зачем, если в 36 лет ровно в день своего рождения склеишь ласты? Пофиг, что Лермонтов умер в 27, до тридцати скончались Лотреамон, Новалис, Фурнье и вообще целый клуб двадцати семи есть, ведь до тридцати шести ничего сделать невозможно, поэтому можно небо коптить и тратить жизнь зазря. Основания ожидать, что ровно в этот роковой день его настигнет смерть, у мужика есть - именно так помирали все мужчины в семье по отцовской линии с мохнатого века, тогда как женщины наоборот жили долго. И вот в день тридцатишестилетия, основательно подготовившись: с работы уволился, аренду квартиры отменил, все подписки тоже, завещание написал, электричество отключил, парадный костюм надел, лег на диван и приготовился помирать. А тут хоба - проклятие не сработало. И что делать дальше? Жить! Просрав всю молодость на фигню, увы.
Тут присутствует французский колорит в виде аппетитных блинчиков и трудолюбивых мигрантов, оригинальной девушки в духе Амели, которая делает умопомрачительные шляпы и верит, что люди хотят кому-то помогать, ибо это лечит от депрессии, поэтому время от времени садится на скамейку в людном месте и рыдает в три ручья. Но в целом книга мне показалась ни о чем. Да, знать дату смерти заранее - идея вообще не очень, но исполнение, например, в «Бессмертниках» мне понравилось больше. Вообще что-то современная французская литература, видимо, не мое.

Свойство французской литературы вообще, современной французской литературы в частности - умение не только впрячь в одну повозку вола утилитарности с трепетной ланью высоких чувств, но добиться, чтобы везли в нужном направлении. Ни в излишней меркантильности молодых супругов из эпиграфа не упрекнешь - жить на что-то надо же; ни в чрезмерном романтизме и сластолюбии - если не любить, зачем вообще жить? Но Насардин и Пакита не герои этой истории, они лишь второстепенные персонажи. Да, обаятельные и милые, но не главные.
Здешний парсонаж принсипаль как раз не думает слишком много ни о материальной стороне (все равно тридцати шести не пережить), ни о любовной. То есть, о ней подумал хорошо, и решил стать тем, на ком оборвется родовое проклятие рода Негруполисов, мужчины которого умирают аккурат в одиннадцать утра тридцать шестого дня рождения. Хватит! Каких только глупых, нелепых, достойных премии Дарвина смертей не принимали мужчины рода, имена которых непременно начинаются с Мор-. Морти разомкнет круг сиротства, станет последним.
Нет, уж он-то возьмет от своей короткой жизни все. Не в смысле белужьей икры ведрами и загорелых красоток на борту океанской яхты. Было бы тоже неплохо, да где ж на всех напастись? Но есть рискованные виды спорта и разного рода бессмысленные проделки дурного удальства, необъяснимо привлекательные для женщин и дающие мужчинам понять, что если ты и не альфа особь, то уж точно и не сигма. А чего бояться, раньше тридцати шести все равно не умрешь (кому суждено быть повешенным, тот не утонет).
Карьера еще. К чему, зачем? Необходимость подстраиваться под сотни требований корпоративного этикета и регламента объяснима, когда планируешь двигаться вперед и выше по служебной лестнице лет до шестидесяти, а если и до сорока не дожить, какой смысл? В точности, как нет смысла копить мирские богатства - внутрь деревянного ящика или пластиковой урны "под мрамор" не заберешь с собой - не во времена фараонов живем. Разве что забери из-под подушки сбереженья, там немного,но на похороны хватит.
И вот, накануне роковой даты, он увольняется с работы, расторгает договор аренды, облачается в костюм (носков,только, подходящих не нашлось, надел с медвежатами). Ложится умирать. И что? Уж полночь близится, а Германа все нет? Почему семейное проклятие дало осечку, разбираться будем потом, сейчас счастье: ЖИВ! А потом такое: вот засада. Ни работы, ни жилья, ни перспектив. И единственную женщину, способную составить счастье ты, дурачина, сам упустил.
Но нет ничего непоправимого, когда мы живы. Окончательна одна только смерть, а она дала отсрочку. Хорошая книга. Забавная, легкая, духоподъемная и совсем небольшая -на один укус.

Не знаю, почему люди делают такой культ из смерти? Именно с такой мыслью я приступила к чтению.
Вот что ответила мне на это книга.
«В вопросах смерти – главное носки. Ты должна быть от них восторге! Ладно, шучу, …. но к этой теме мы ещё вернёмся. Итак.
1.Место, где ты планируешь отбросить коньки - вопрос смертенеобходимый! Кем бы ты ни был, место ты должен занять зачетное. Зачем? Глупый вопрос. Надо и все! … но главное, все же, носки.
2.Носки и остальная одежда. Не знаю для кого это все надо, но как говори Маяковский «Значит это кому-нибудь нудно».
…..
Хотя это тоже все не важно. Ведь главный герой жив и можно забыть о всей этой чуши про смерть. Он орёт не человеческим голосом о том, что он жив и ведёт себя не совсем адекватно. Но это простительно, ведь он жил с мыслью что он умрёт. Готовился к смерти, как никак. А тут на тебе.
В общем книга совсем не об этом. А о чем, спросите вы?
Скажите, у вас есть соседка или знакомая, которая болтает без умолку, вспомнит всю свою родню и слова вставить вам не даст?.... Вот как раз обо всем об этом. Совершенно лишняя и бесполезная информация.
Как итог:
Юмор в книге занудный. Я себя ощущала человеком, читающим не смешной анекдот. При чем в виде диалога, в котором участвовал тот, кто вечно смеётся над собственными глупыми шутками и тот, кто вечно поправляет оппонента. Я не Герцен, задаваться вопросом «Кто виноват?» не буду, а просто озвучу свое мнение…книга вышла из под пера быдла.
Вы замечали, что книга - как любовь с первого взгляда. Либо ты сразу чувствуешь, что тебе хочется не спать с ней всю ночь, либо ты смотришь на страницы и отсчитываешь буквы, когда это кончится.
Я сбежала, правда сбежала. И мне не стыдно.


















Другие издания
