Ваша оценкаWhen the stability of American life was threatened by the Great Depression, the decisive and visionary policy contained in FDR's New Deal offered America a way forward. In this groundbreaking work, William E. Leuchtenburg traces the evolution of what was both the most controversial and effective socioeconomic initiative ever undertaken in the United States--and explains how the social fabric of American life was forever altered. It offers illuminating lessons on the challenges of economic transf...
Рейтинг LiveLib
4,5
1 оценка
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 1
Рецензии
red_star25 мая 2026Пересдача карт
Читать далееЕсли из фильма «Оппенгеймер» мы узнали, что у американцев были свои «шарашки», когда ученых вывозят в пустыню и обносят колючей проволокой, то книга про Рузвельта уже дает возможность постоянно видеть аналогии и сходства с СССР. Что как будто намекает нам, что набор инструментов у правительств весьма схож, несмотря на разницу в базисе. Можно даже пожертвовать деталями ради аналогии и построить почти непротиворечивое повествование, где США можно заменить на СССР и наоборот. Позволим себе поиграть с концепциями?
Первая мировая заставила даже американцев за океаном экспериментировать с государственным вмешательством в экономику и планированием, поэтому заметная часть политических кадров знала как это делать. У нас постоянно говорят, что военный коммунизм и вообще отношение к экономике как регулируемой общности выросло из аппарата Земгора и прочих комитетчиков Первой мировой. New Deal использовал такие кадры с той стороны океана для попыток огосударствления экономики в духе партнерства. Да здравствует синий орёл NRA!
Но господствующая догма была рыночной, что там у них, что у нас (за неимением еще теории и опыта экономики плановой). Поэтому после Первой мировой там и после Гражданской у нас началась эпоха НЭПа/ревущих 20-х с джазом, угаром и рыночными силами, которые у нас привели к росту экономики, там к просперити, у нас к ножницам цен и Великому перелому, там к краху Уолл-Стрит и Великой депрессии. Ибо свободный рынок был мертв, и попытка реанимировать его без опор на кейнсианские идеи о государстве, сглаживающем пики капиталистических кризисов, была равносильна быстрому бегу к пропасти. США до пропасти добежали и прыгнули.
При этом кризис у них был именно кризисом перепроизводства, когда миллионы, а то и десятки миллионов голодали среди изобилия – система не обеспечивала покупательной способности населения, поэтому урожаи уничтожали, жгли в эфемерной попытке поддержать цены, а фермеров выселяли и забирали заложенные земли. Заводы встали, люди оказались на мостовой.
На этом фоне республиканский кандидат проигрывает выборы кандидату от демократов. Кандидат ничем вроде бы не примечателен, говорит стандартные вещи про балансировку бюджета и прочие благоглупости. Учитывая то, что произошло в 1932-1940-м, историки потом шутили, что речи Гувера и Рузвельта во время предвыборной компании надо бы поменять местами, ведь Гувер говорил про госпрограммы и расходы, а Рузвельт про экономию и повторял стандартные клише про свободный рынок, хотя на практике всё вышло несколько иначе.
Тут любопытен подход – Рузвельт полагал, что США сильно отстали от ведущих западных держав в строительстве государства, ведь у них не было ни социального страхования, ни трудового законодательства, ни ясного разделения между президентом и парламентом. Он считал, что отставание надо преодолеть рывком, чтобы сделать систему хотя бы относительно современной. Трудно не увидеть аналогию со знаменитой фразой Сталина «Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Поэтому когда автор начал писать, что в 1937 году Рузвельт задумался о чистке правящей в Демократической партии, я даже не стал удивляться (даже слово используется 'purge', такое же, как и в отношении нашего 1937-го). Рузвельт не только задумался, но даже стал ее проводить в 1938, но не слишком успешно. А после этого пошел на третий срок, а потом и на четвертый.
В этом свете Акт нейтральности 1939 года выглядит очевидным аналогом нашего пакта – отчаянной попыткой отползти от очередной войны, которая им/нам абсолютно не нужна, но которая уже полыхает у вашего порога.
Завершающим штрихом можно считать деятельность одного из агентств, которое занималось посадками деревьев для борьбы с суховеями (среди высаживаемых был Лох узколистный, он же 'Russian olive'). Привет, Сталинский план преобразования природы, мы узнали тебя.
На этом сходства заканчиваются и начинаются различия. Прочитанная мною книга о Новом курсе вышла еще в 60-е, поэтому она явно устарела, но с другой стороны, как обычно, содержит концепции и взгляды, которые теперь в тех же США могут быть непопулярны. Автор явно был вполне прогрессивен и считал социальное законодательство добром, пришедшим навсегда, и вряд ли он мог предположить, что потом будут 80-е с возрождением неограниченного капитализма, рассказами об эффективности частного бизнеса и прочей ерундой – людям, пережившим 30-е в США, такое слышать было невыносимо.
Но при этом автор пишет, что Рузвельт сделал все, что сделал, под большим давлением, его заставляла, если выражаться высокопарно, история, которую он всячески притормаживал. Все институты, которые он создавал, были импровизированными решениями на полях американской конституции – ничего нового и антиконституционного, хотя Верховный суд так часто не считал. И здесь автор поразил меня прекрасной метафорой: New Deal – это буквально новая сдача карт, то есть колода осталась прежней, но Рузвельт попытался пересдать карты так, чтобы рабочим и крестьянам досталось хоть пара козырей.
И тут автор книги дает слабину – он, в начале 60-х, уверен, что бесконечная импровизация, все эти алфавитные агентства, несмотря на их порой печальный опыт, несмотря на социальный консерватизм и малый охват, сломали лед и сдвинули точку равновесия в США в сторону нормального государства. Мол, республиканцы приняли новый язык и новые институты, нет дороги назад, завоевания Нового курса устоялись, медицинская страховка и социальные гарантии будут у всех, а большой бизнес будет платить большие налоги. Как и у нас с завоеваниями социализма, все это оказалось ложным убеждением, но ни автор, ни Рузвельт в этом не виноваты.
P.S. С некоторой оторопью читал шутки про политиков-рептилоидов и бизнесменов-рептилоидов, оказывается этой метафоре уже почти век. А метафора ли это?
P.P.S. За рамками моего краткого отзыва остались особенности американского политического процесса, которым они придают так много внимания и которые так малопонятны всему остальному миру, все эти праймериз, выборы в середине срока, порядок внесения проектов в Конгресс и прочая шелуха. Этого много, люди этим живут и бесконечно обсуждают, но со стороны все это выглядит не более важным и эффективным, чем римские комиции, да простят меня американцы и латиняне.
33 понравилось164
