
Школьная библиотека (логотип "V")
Ok-Computer
- 101 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга разделена на две части:
Часть первая:
В первой части как бы идут путевые записки - описание природы, местности и рассказы, которые солдат записывает под рассказы своего капитаны, который не прочь повспоминать былое, сидя возле костра с чашкой чая или с фляжкой чего-то крЕпкого... В Бэле рассказывается о дикарке, в которую влюбился Печорин, он долго её добивался, но когда Бэла признала свою любовь, буквально уже через пару месяцев Печорин утратил к ней интерес...
Далее у нас идёт журнал Печорина, в котором у нас рассказывается о похождениях господина Печорина - первая глава это "Тамань", если честно, я не знаю для чего эта глава, потому что я вообще не увидел в ней никакого смысла... А вот 2 глава "Княжна Мери" самая крутая и информативная - в ней Печорин раскрывается полностью и когда прсят описать Печорина на ум сразу почему-то приходят слова из трейлера "50 оттенков серого" - он вежливый, умный, сильны, опасный... И вообще всю книгу он мне напоминал Грэя...
Возможно название книге дано с некой иронией, но для меня в каком-то смысле Печорин стал героем или правильней сказать эким кумиром, ибо его понимание людей и их психологии просто бесподобно и умение манипулировать их чувствами, да возможно, это и неправильно, но всё же очень круто...
Печорин такой человек, которому постоянно скучно в этой жизни и даже если он находит какое-то занятие, ну или что-то что ему нравиться, через некоторое время он теряет к этому интерес, как это произошло с Бэлой, Максим Максимычем и Мери...
Книга даёт нам понять, что нужно бороться за счастье, а не придаваться собственным прихотям, ведь пока мы тешим своё самолюбие счастье может уйти от нас навсегда и безвозвратно....
Ну а напоследок хотелось бы закончить прекрасной цитатой из книги:
Всё вздор на свете!.. - Натура - дура, судьба - индейка, а жизнь - копейка!

В романе интересное построение глав, которое , на мой взгляд, мало кому может не понравится. История о человеке, который не смог себя найти.

Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я её отрезал и бросил, - тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей её половины.
Из двух друзей всегда один раб другого, хотя часто ни один из них в этом не признается...(Княжна Мери)
Печальное нам смешно, смешное грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.
Неужели зло так привлекательно?..
я люблю врагов, хотя не по-христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь. Быть всегда на страже, ловить каждый взгляд, значение каждого слова, угадывать намерение, разрушать заговоры, притворяться обманутым, и вдруг одним толчком опрокинуть всё огромное и многотрудное здание из хитростей и замыслов, – вот что я называю жизнью.
Порода в женщинах, как и в лошадях, великое дело (Тамань)
Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня...
Любовь дикарки немногим лучше любви знатной барышни; невежество и простодушие одной так же надоедают, как и кокетство другой. (Бэла)

Из двух друзей всегда один раб другого, хотя часто ни один из них в этом не признается...

Печальное нам смешно, смешное грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.














Другие издания


