Фронт и тыл Великой войны

Книга Юрия Бахурина "Фронт и тыл Великой войны" - это интересный рассказ о малоизвестных по сей день вопросах и проблемах истории Первой мировой. Автор отвечает на многочисленные вопросы, некоторые из которых оказались вне поля зрения большинства отечественных исследователей: чем питались воины Русской императорской армии в Великую войну и - досыта ли? Соблюдался ли ими принятый в начале войны "сухой закон"? Суеверны ли были русские солдаты, и слухами о чем они делились друг с другом? Хватало ли...

Рейтинг LiveLib

4,8

7 оценок

5
86%
4
14%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 9Хотят прочитать 53

Рецензии

red_star3 июня 2019 г.
Заслоненная война
Наши отходят на Ковно,
на сажень
человечьего мяса нашинковано.
В.В. Маяковский, «Война и мир», 1915-1916
Отличная книга для зануд – автор многословен (в книге почти 1200 страниц) и методичен. Книга обзорная, автор честно предупреждает, что она скомпилирована (порой наивно-грубо) из разных публикаций, однако задорный слог, адекватность автора и интересная тема (и хорошее исполнение самой книги) искупают все огрехи сшивки. В метро ее, правда, читать, таскать, доставать и убирать было проблематично – увесиста и обширна.
Бахурин пишет о том, что обычно остается за кадром. Учитывая, что вся эта война в России осталась за кадром, попав в тень революций и Гражданской, мы говорим о двойном умолчании. Обувь и питание на фронте (в сравнении с другими воюющими странами), беженцы (я давно хотел про это почитать, ибо в одном Царстве Польском были сотни тысяч подданных империи, квалифицировавшихся в качестве «русских»), система награждений (и примечательные награжденные), оборона Новогеоргиевской крепости («Порт-Артур на Западе»), изобретательство (с безумными проектами гигантских цепей против аэростатов и аэропланов), наши экспедиционные силы во Франции, обучение летчиков в Англии, бельгийский бронедивизион на нашем фронте. И множество другого, хорошо поданного и печально читаемого.
Как известно, царский режим истаял за годы войны, стал призрачным, легко исчезнув в Феврале 1917. Ничего особенного не произошло, просто царя никто не поддерживал, а еда закончилась. При всей некорректности сравнения, невооруженным взглядом видна колоссальная разница 1914-1918 и 1941-1945 – царский режим чах, утрачивая опору после первых вроде бы успехов (если забыть про Восточную Пруссию), СССР выдержал жуткий удар и оправился, заметно окрепнув к концу войны. Несколько спекулируя, можно сказать, что большевики хорошо учились на чужих ошибках.
Экономика царской России не смогла функционировать в условиях военного времени. Почти все воюющие страны пошли на заметное огосударствление экономики в том или ином виде – фиксированные цены, госучастие и субсидирование, госприемка и так далее. В России, увы, трухлявый пень не взлетел, многие вещи обсуждались-обсуждались-обсуждались, что-то разнонаправленно делалось, что-то было почти готово к 1917 (став некоторой базой для большевиков), но в целом гражданское общество явно перехватило кормило управления у имперских институтов. Все они, эти Союзы городов и Земские союзы, поверили, что они смогут функционировать и без мертвых, гальванически-сокращающихся государственных институтов. 1917 показал, что надежда была тщетной.
Бахурин пишет о том, как режим таял. Первые братания (вполне сравнимые с рождественским футболом на Западном фронте), начало стрельбы по своим, коллапс госмашины из-за беженцев, депортации по национальному признаку (даже это не большевики придумали и начали осуществлять). Особенно любопытен разговор о стрельбе по своим – как таковых заградительных отрядов в царской армии не было, хотя, как почти во всех армиях мира, некоторые функции исполняли и жандармы, и ударники. Но главное-то было в том, что в Великую Отечественную заградотряды должны были пресекать бегство с поля боя в тыл, тогда как в царской чаще всего шла речь о пресечении сдачи врагу, будь то австрийцы или немцы. Свои стреляли по своим, сдающимся в плен, каково?
Не менее мрачен разговор об авиации – наши самолеты постоянно сбивали свои. Если судить по примерам, шанс погибнуть или просто быть сбитым своей пехотой был высок почти всю войну. Бывали даже случаи грабежей и убийства сбитых своих летчиков. Какая должна была быть пропасть между крестьянской пехотой и модерновыми летунами.
Кормили солдат на бумаге хорошо, в средних нормах хорошо, а на практике скверно. Обуви не стало почти сразу. В тылу еда закончилась, большие города стояли на грани голода. Вернее, еда была, но вот механизмы перераспределения работать перестали, что и вынудило царское правительство запустить продразверстку. Энтузиасты государственного вмешательства в работу рынка требовали большего давления, просидели весь период Временного правтельства, взывая к действиям, и наконец получили мандат после Октября (но это уже другая история ). А немцы и австрийцы, сами вроде бы поприжатые блокадой союзников, продолжали звать наших угощаться и оставаться в плену.
Странная, впечатляющая смесь модерности – и в технике, и в тактике - и старорежимности – и в титулах, и в сословности. Многое оказалось мишурой, побрякушками, обсыпалось, как старая лепнина. Будущее раскидало героев книги – кто пошел к белым, кто к красным. А многие просто не дожили до этого момента, сложив голову на кровавых полях.
Автор замечен в аккуратных реверансах Нелиповичу , Ганину и Колоницкому . Упоминает Лора и Фуллера , вообще явно подкован не только в самом вопросе, но и в современных его интерпретациях. Не лишает он себя и удовольствия потрепать фолкисториков вроде Старинова, посмеяться над пламенными сторонниками идеологем «немецких денег», английского следа, масонского заговора и прочих нелепиц, мощным валом рынка захлёстывающих обывателя. Бахурин иногда возьмет да и пригорюнится, что войну мы проиграли, несмотря на то, что так старались. Но сам же пишет, что из песни слов не выкинешь.
Последним звонком, последней каплей и запоминающейся нотой в книге служит доклад Родзянко, поданный царю в начале 1917 года. Председатель Думы говорил царю, что в стране коллапс – железная дорога при смерти, все забито и не движется, подвижной состав изношен, инфляция, печатный станок разгоняет ее, беженцы и население голодают, воевать всем надоело. И завершает правдивый, ясный и прозрачный рассказ набором благоглупостей о спасении России через ответственное министерство, какой-то маниловщиной о том, что после этого все станет хорошо. Назовите это послезнанием, но ведь не стало же. Кажется, в 1914 году Россия взяла себе билет в один конец.
P.S. В книге еще много-много всего, автор пытался охватить все, признавая при этом, что лишь намечает путь. От противогазов до "заговора генералов", от пощечины Ренненкампфу (которой не было) до аккуратного кидания грязью в нашего с вами воспевателя коллаборационистов Александрова, от картонных подметок в сапогах до кружечного сбора. И от славословий царю до переобувания на лету в 1917, таких мы с вами много раз видели в посление годы.
Читать далее
65
1,9K
reader-89622613 ноября 2024 г.
Это фундаментальный ТРУД
Очень интересная и подробная книга.
Если вдумчиво читать, можно, наверное, потратить на нее месяцы.

Книгу покупал муж для себя, и он под большим впечатлением.

Мне тема войны неинтересна, однако и я с удовольствием прочитала её.
0
30