Ах война, что ж ты подлая, сделала...
GlebKoch
- 577 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Пять интервью. В нюансах разные, разные подробности, но все одинаково очень интересные. Да, это не учебник, совсем не учебник, и благодаря стараниям корреспондентов, благодаря литературной обработки, очень интересно и в добавок ещё и легко читается. Вот только информация очень не легкая. Особенно для меня тяжелым стало интервью Ерошенко Владимира Михайловича. Страшные подробности о гибели членов экипажа. Помимо воспоминаний самих ветеранов, интервьюеры задают вопросы о быте, просят дать оценку событий, особенно того, что сейчас, обсуждается и ставится в вину (!) командованию. Есть и очень скользкие темы. Думаю это правильно, ведь именно ветераны могут объективно ответить на эти вопросы. Поверьте, ответы на вопросы Вас могут и удивить. Но в связи с этим, хочу привести фразу Борисова Николая Николаевича : "Поймите, нельзя этот эпизод оценивать с позиции сегодняшнего дня." И хоть это об одном факте расстрела пленных предателей, однако я бы сказала, что это ответ многим, кто сейчас пытается оценить или пересмотреть оценку событий. Вообще, я для себя очень много вынесла из этой книги, многое узнала, что-то подтвердила из своих знаний, где-то была крайне возмущена, где-то (и очень часто) испытывала благодарность и даже гордость потомка. Порой я была так впечатлена, что стремилась поделиться со всеми, хотя бы в виде цитаты. Однако вскоре пришла к выводу, что тут всю книгу надо цитировать, и не потому, что фразы красивые, а потому, что информация ценная или просто интересная. Однако, постепенно поняла, что это неблагодарное дело, так можно и всю книгу целиком приводить. Так что, читайте. Это очень серьезная и ценная книга, как и весь проект.
Более того, я для себя почерпнула ещё и целый список художественной литературы на военную тему.

– Говорят, многие генералы и старшие офицеры в трофейном вопросе откровенно злоупотребляли. Тот же Жуков, говорят, был знатный барахольщик. Верите в это?
– Да, правда, конечно. Хотя он, может, и сам какие-то вещи не знал, но его ближайшие услужливые подчиненные стремились ему угодить. Но ясно, что там было… И не только Жуков этим грешил. Знаю даже, что были такие командиры, которые еще до конца войны отправляли барахло домой целыми машинами. Мне попадался человек, который рассказывал, как он сопровождал груз своего генерала. Куда-то в Подмосковье сопровождал эту машину, а в ней чего только не было. И это когда война еще шла…

– Приходилось ли видеть или слышать про случаи изнасилований?
– В Германии никого насиловать не требовалось. Многие немки сами за нашими солдатами бегали и за буханку хлеба себя предлагали. Но оно и понятно. Свои запасы быстро кончились, а власти-то никакой нет, работы нет, мужчин нет, а они с детьми, которых нужно кормить. Так что там никакого насилия не требовалось. Все делалось на добровольных началах.
И в Польше то же самое.

– Но вы же знаете, что после перестройки стало принято выставлять всю Красную Армию дикарями. Мол, почти все поголовно насиловали, грабили и убивали.
– Понятное дело, были у нас и хулиганы, и безобразники. Но за такое и звания лишали, и судили по полной. Суды были, знаем. Если какой-то случай где-то произошел, нам политработники сразу рассказывали: «Там-то один такое натворил, и вот чем это закончилось…» И помню, если до Германии еще туда-сюда, мол, отомстим за все наши слезы и страдания, то как вошли, наш замполит не уставал повторять: «Помните, мы – победители! Надо держать свое лицо!»











