Татьянин день. Татьяны принесшие литературе не только хорошие произведения но и вписавшие имя Татьяна в скрижали Истории Литературы
serp996
- 10 418 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Очень важная, очень нужная животрепещущая тема.
О проблеме восприятия старшим ребенком появления в семье младшего в нашей литературе создано не так уж мало произведений: и «Сестренка» Нины Гернет, и чудесная «Сестра моя Ксения» Драгунского (правда, в этом случае как раз проблемы не было — полное взаимопонимание), и особенно созвучный с книгой Коваль рассказ Надеждиной «Иринка-рябинка»… У современного поэта Александры Бодровой есть стихотворение, в котором белочке Варе тоже трудно принять рождение младшего братика, и она предлагает «отдать его обратно»:
…Брату Мите три недели.
Он бельчонок настоящий,
только крошечный пока:
носик розовый блестящий,
хвостик тоненький слегка.
Лапки, маленькие ушки,
над кроваткой погремушки.
Все заботы о бельчонке —
Варя хмурится в сторонке.
— Мы — счастливая семья,
есть у нас уже ребенок,
замечательный бельчонок.
И бельчонок этот — я!
Умница, красавица
Ваш Митя мне не нравится!
Что с ним делать, непонятно.
Отнесем его обратно!
Но вопрос этот остается очень актуальным: почти каждая семья с рождением второго ребенка переживает сложный период. Так что переоценить значение этой книги трудно. Тем более, что это действительно отлично написанная история, а хороших книг (и детских, и взрослых) никогда не бывает много, о чем бы они ни были. Эта книга выводит Татьяну Коваль на ту орбиту нашей детской литературы, по которой движутся весьма крупные фигуры: Алексин, Железников, Осеева…
Трогательное, искусное и очень достоверное описание переживаний ребенка, который неожиданно стал старшим братом, понимание его психологии и умение облечь это в увлекательную художественную форму — все это делает маленькую повесть Коваль большим достижением в ее творчестве. Кстати, нельзя не отметить ошибочного поведения родителей, которые совершенно не подготовили героя к грядущему событию. Но в какой-то момент мама чувствует, что происходит с её сыном: она не высмеивает его «нелепое» поведение — стремление уподобиться в 5 лет грудному младенцу, а делает из него совершенно верные выводы и стремится сгладить стресс, который на мальчика обрушился. Так что родителям тоже есть, о чем подумать и какие выводы сделать из этой книги.
Поворотным же моментом сюжета становится ситуация, в которой Миша осознает ответственность за сестру, желание защитить ее от опасности. Именно тут он чувствует, что они — одна семья. От всей души надеюсь, что так же удачно сложатся судьбы всех семей, в которых может зародиться подобный конфликт.
Очень советую эту чудесную, добрую и светлую книгу всем ребятам лет 5-10 примерно — независимо от того, есть у них братики или сестрички, или нет. Ведь в первую очередь это просто веселая и душевная история о 5-летнем мальчугане, написанная в лучших традициях отечественной литературы, да еще и с замечательными рисунками!

Одни из самых добрых и забавных историй, из тех, что мне доводилось читать. Поможет юным читателям/слушателям преодолеть ревность к новому члену семьи. Понравилась обеим дочкам (3 и 5 лет), слушали буквально, открыв рот. Приятные яркие иллюстрации. Рекомендую для чтения в дошкольном возрасте.

— Не знаю, — вздохнул я. – Но мне кажется, она стала любить меня меньше. Ну вот сама подумай, когда Маша спит, мне шуметь нельзя, а когда я сплю Маше можно кричать сколько угодно. А вчера мама меня за мокрые брюки отругала! А я, между прочим, мост через лужу строил, доброе дело делал! Зато Маша пеленки просто так мочит и ей мама все прощает.

Я просунул руку между решеток и пальцем коснулся крохотной ладошки. И тут Маша как схватит меня за палец. Вот это да! Такая маленькая и такая сильная. Мама продолжала раздевать Машу и, когда она сняла чепчик, мои самые плохие предположения оправдались. Моя сестра была абсолютно лысая! Совсем как грудничок Кати Волковой.

— Мам, а кого ты больше любишь, меня или Машу?
Мама посмотрела мне прямо в глаза, и я вдруг так разволновался, но все равно продолжал улыбаться, из последних сил. А мама обняла меня крепко-крепко, и сказала:
— Я люблю тебя больше на целых шесть лет!
«На целых шесть лет! Это же так много!» — подумал я.















