Моя домашняя библиотека
IrinaSaustyan
- 126 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Вновь состоялась моя читательская встреча с замечательной Наталией Сухининой. Знаете, друзья, трудно писать отзывы на православные книги, их невозможно оценивать с материалистической точки зрения, к ним надо подходить с духовными весами.
Вот героиню повести «Везучая Зинаида» по земным меркам никак уж везучей не назовешь, вся ее жизнь – сплошной поток несчастий: в детстве девочку невзлюбил отчим и однажды чуть не утопил в ванне. Затем её отдали на воспитание бабушке, которая была очень строгой, сдержанной, внучку во всем ограничивала. Лишь раз Зиночка попросила бабушку новое платье, на что пожилая женщина сорвала с девочки одежду и, натянув на нее пыльный мешок из-под картошки, вытолкнула в холодный подъезд. После этого внучка навсегда забыла слово «хочу». Мечтая в юности о большой любви, девушка ждала встречи с прекрасным принцем, а подверглась насилию со стороны одного из квартирантов бабушки. Рождение ребёнка, удачное замужество, но муж убит бандитами за то, что заступился за девушку. И так дальше на голову бедной Зинаиды Калининой постоянно сыпались беды, как будто кто-то специально при рождении девочки забыл добавить в жизненную чашу хоть капельку счастья, удачи и любви, оставив там только горести и печали.
Когда читаешь, как героиня опять попала в очередную передрягу, хочется воскликнуть: «Что ж такое? Сколько можно-то? За что такие испытания?». Тем более читатель знает, что Н. Сухинина пишет о реальных людях, истории здесь вовсе не выдуманные. Ох, как не просто найти ответы на эти вопросы, можно подумать, что в названии автор использовал какой-то оксюморон. Что уж тут везучего? Зинаида и рядом не стояла с этим словом, это не про нее. А вот и нет.
Героиня везучая, потому что дана ей естественная способность правильно относиться к происходящим событиям: спокойно, безропотно, рассудительно, без заламывания рук, без стенаний и обвинений. Сам автор очень хорошо объясняет читателю характер Зинаиды:
«Например, хочет человек петь. Учится, регулярно посещает педагогов, не жалеет времени на упражнения по вокалу. И вот свершилось – запел. Браво! Всё заслуженно. А бывает, голос человеку просто дан. Запел и поет нам на радость. Без подвига достижения поставленной цели.Моей Зинаиде «голос» дан».
И что, скажет читатель? Какая идея? И тут нам рассказчик подсказывает:
«Ведь любая жизнь, и моя – не исключение, кажется, в сравнении с ее (Зинаиды), зело благополучной и задавшейся.
Но моя – в коросте, а её – как стеклышко. Намытое трудолюбивыми руками стеклышко, через которое пробивается солнце, даже тогда, когда его нет».
В послесловии повести автор говорит о том, что нужно учиться у тех, с кем встретился на жизненном пути. Смирению, всепрощению, доброте, бескорыстию… Образ Зинаиды - всем нам учитель.
И другие произведения сборника «Везучая Зинаида» преподают нам уроки глубокой духовной мудрости. Например, в «Записках об ущелье» автор говорит о своем личном опыте проживания тяжелого периода после случившегося пожара, когда сгорел любимый домик на берегу моря, родной уголок, частичка души рассказчицы, место отдыха, приюта и пристанища для многочисленных друзей автора. Исцеление происходит постепенно, после посещения Соловков Н. Сухинина пишет: «Принимая за настоящую беду всего лишь грустное стечение обстоятельств, я нырнула в глубину настоящей беды, мой суррогат не выдержал никакого сравнения и бежал с позором».
Друзья, книга мне понравилась, почти во всех историях чувствуется авторское присутствие, окрашенное личными размышлениями и переживаниями, но без осуждений и порицаний, кажется, что именно в этом сборнике можно ближе узнать Н. Сухинину не только как писателя, но и как человека. И мне этот человек оказался близок по духу, что для меня, конечно же, приятно. Продолжу знакомство с творчеством автора.

Детские годы, вернее, воспоминания о детских годах, хранятся нами в особом сердечном кошелёчке. Замок его - проще некуда. Чтобы открыть было легче и заглянуть в очередной раз. Уж я и заглядывала, охотно, нетерпеливо, часто. Не всегда с умилением, чаще с грустью. Кто из нас не грустит о детских годах? Грустят даже те, кому и вспомнить особо нечего. Детский альбом - это всегда яркие краски. Мы не то что не любили сдержанные цвета, мы не знали про них. Мудрость Божия не открывала нам их до срока...

Буду смотреть в соловецкое, ничем не тронутое небо и радоваться, что Небо нельзя тронуть. Никогда. И если, по милости Божьей, в твоей душе наметился вдруг, пусть крошечный, лоскуток этого самого Неба, значит, беречь тебе теперь Его и беречь.
Сбережёшь? Не раскиснешь?
Надо сберечь. Надо.

Мы живем в дефиците настоящих чувств, мы приспособились к суррогату настолько, что хорошо ладим с ним. Слова наши и поступки уже давно тронуты ржавчинкой мелководья.
Другие издания
