Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции

Конечно, советую почитать книжку Владимира Ленина «Государство и революция». Она о том, что государство — это организация тотального насилия, а не компромисс между классами. Жесткая книга!
Юрий Шевчук: Ответы на вопросы (часть 3)|о жизни, музыке, книгах и о многом другом. officialddt — YouTube

С этой фразы началась для меня первый и пока единственный прочитанный у В. И. Ленина труд — брошюра «Государство и революция». Безусловно, я был знаком со взглядами большевизма и на государство, и на революцию, но в основном в интерпретации или в пересказе других людей. Ленина сегодня принято, в основном, критиковать, а социалистическую революцию осуждать. Причём тезисы вождя Великого Октября служат предметом непримиримых дискуссий как консерваторов, так и центристов, и правых, и левых. В этом ворохе мнений очень просто утонуть, запутавшись в мнениях, часто ничем не подкреплённых. Потому лучшее, что можно сделать — это взять и прочитать первоисточник. Такое желание зрело давно, ну, а Юрий Юлианович Шевчук положил последний камень на чашу весов. Так началось моё знакомство с гением, который впервые в мире смог организовать государство, основанное на принципах социализма. Но всё же государство. Впрочем, обо всём по порядку.

Брошюра Ленина посвящена взгляду Маркса на два существенных вопроса:

1. Что такое государство и как оно должно быть преобразовано после того как будет установлено новое социалистическое общество?

2. Как именно нужно осуществить революцию, чтобы по её итогам получить необходимые преобразования государства?

Чтобы получить ответ на поставленные вопросы, Ленин осмысляет тексты трудов К. Маркса и Ф. Энгельса, попутно проводя полемику с некоторыми современными автору теоретиками марксизма — Плехановым, Каутским и др. и с некоторыми анархистами. Настроение книги видно с первых её строк.

С учением Маркса происходит теперь то, что не раз бывало в истории с учениями революционных мыслителей и вождей угнетенных классов в их борьбе за освобождение. <…> После их смерти делаются попытки превратить их в безвредные иконы, так сказать, канонизировать их, предоставить известную славу их имени для «утешения» угнетенных классов и для одурачения их, выхолащивая содержание революционного учения, притупляя его революционное острие, опошляя его.
Глава I. "Классовое общество и государство", § 1. "Государство — продукт непримиримости классовых противоречий"

Чуете — явно будет разнос?

Если кратко сформулировать общий подход к проблеме государства, можно со всей уверенностью сказать, что под ним понимается организованная политическая структура, созданная с целью эксплуатации одного класса другим. Тому времени были известны лишь империи и республики, где эксплуататорами выступали, соответственно, монархия с аристократией или буржуазия. Так или иначе, обе этих формации представляют собой господство меньшинства над большинством. Отсюда делается вывод о необходимости диктатуры пролетариата, когда в государственной модели меняются местами эксплуатирующие классы. В этом случае меньшинство ставится в подчинение большинству. Получается, что социалистическое государство — это вроде как бы и не государство в традиционном понимании и хочется вроде бы уже на этом успокоиться, но товарищ Ленин, опираясь на Маркса и Энгельса, остаётся непреклонен — любое государство должно в конечном счёте быть упразднено.

К вопросу революции. Из-за того, что Энгельс говорил об отмирании государства, некоторыми социалистами был сделан вывод, что построение бесклассового общества возможно путём прогресса через постепенное реформирование. У Ленина здесь нет никаких иллюзий — буржуазное государство не может отмереть, так как его цели — организованное насилие и эксплуатация большинства. Потому нет другого пути — только революция. А вот пролетарское государство за ненадобностью в своё время просто перестанет существовать.

Таким образом:

Смена буржуазного государства пролетарским невозможна без насильственной революции. Уничтожение пролетарского государства, т. е. уничтожение всякого государства, невозможно иначе, как путем «отмирания».
Глава I. "Классовое общество и государство", § 4. "«Отмирание» государства и насильственная революция"

Что у меня вызывает вопросы, так это попытка интегрировать два противоречивых тезиса — ленинская диалектика. Конкретно я останавливаюсь на двух моментах.

1. Пролетарское государство — это не государство или всё же государство? Принципиально другое государство, но всё же… Зная, как развивался Союз, мы можем с полной уверенностью назвать его государством, которое не особо-то и собиралось отмирать или, по словам Энгельса, «засыпать». А когда СССР всё же почил, коммунизма не случилось. Или случилось лишь наполовину — зарплату уже перестали давать, а деньги в магазинах всё ещё требовали. Попытки Ленина вывести суждение-синтез из тезиса и антитезиса здесь не приводят к ясному выводу. Опыт же Союза подтверждает экспериментально, что в данном случае Ильич эту мысль не додумал.

2. Уничтожение парламентаризма. В параграфе 3 главы «Опыт Парижской коммуны 1871 года. Анализ Маркса» Ленин приводит критику парламентаризма, точнее того, как понимают парламент оппортунисты. Те де говорят, что представительная демократия должна быть сохранена. А, поскольку анархисты выступают за разрушение парламента и замену его выборами делегатов (прямая демократия), то тезис о уничтожении парламентаризма — анархический. Ленин занимает ту же позицию, что и анархисты, но при этом замечает, что, мол, последние не правы. В чём противоречие, где принципиальное расхождение догматов, из текста остаётся неясным. То, что «анархо-синдикализм является родным братом оппортунизма», во-первых не обосновывается, во-вторых, совсем неочевидно, в-третьих, не является доказательством истинности марксизма в вопросе представительной демократии.

3. Централизм — добровольное объединение коммун в единую нацию. Повторяется та же песня, что и в теме пролетарского (не)государства. После длинной критики тезисов Бернштейна Ленин пишет:

Ну, а если пролетариат и беднейшее крестьянство возьмут в руки государственную власть, организуются вполне свободно по коммунам и объединят действие всех коммун в ударах капиталу, в разрушении сопротивления капиталистов, в передаче частной собственности на железные дороги, фабрики, землю и прочее всей нации, всему обществу, разве это не будет самый последовательный демократический централизм?
Глава III. "Опыт Парижской коммуны 1871 года. Анализ Маркса", § 4. "Организация единства нации"

Итак, Маркс — последовательный централист. Однако его централизм противопоставляется буржуазному, военному или чиновничьему централизму, организованному сверху-вниз. Централизм Маркса, таким образом, как бы снизу-вверх. Это значит, что коммуны, сливаясь между собой, создают всё более крупные административно-территориальные образования (то есть, муниципалитеты), и, в конечном счёте, составляют единство на всей территории страны (то есть, конфедерацию). Если Ленин считал, что собственность остаётся в частных руках, так это неверно - Прудон, как известно, предлагал замену собственничества владением. Так в чём тут расходится Маркс с Прудоном или Бакуниным? Разве что в сроках, но тогда к федерализму это не имеет никакого отношения.

Такое ощущение, что Ленину просто очень хочется отгородиться от анархистов, а заодно и обособить фигуру Карла Маркса как уникальную, самобытную и неповторимую. Прудон, читая ответ Маркса на свою «Систему экономических противоречий или философию нищеты» (ответ Маркса — «Нищета философии») периодически оставлял пометки на полях.

Читая Маркса, Прудон и его друзья делали пометки на полях. Они показывают, где по мнению Прудона и его друзей Маркс приписывает оппоненту то, что тот не утверждает, где нарушает логические правила. <...> Прудон писал для себя, поэтому нередко он ограничивается краткими надписями: «Пустой треп», «Клевета», «Плагиат» (это — когда Маркс пересказывает Прудона, не указывая, что здесь он с ним согласен).
А. В. Шубин «Социализм. Золотой век теории», глава III «Прудон и Маркс. Футурологический социализм»

Таким образом, и здесь Ленину нужно было или прямо сказать, что Маркс и Прудон одинаково смотрят на проблему централизма и федерализма, расходясь лишь в терминах, либо разрешить это диалектическое противоречие законченным, целостным выводом. Однако ни того, ни другого не происходит.

***

Конечно, Ленин — гений. Его брошюра крайне важна, чтобы развенчать мифы относительно учения Маркса о государстве и революции. Для многих левых и сегодня тезисы Владимира Ильича, изложенные в книге, являются сюрпризом. С другой стороны, вождь Великого Октября чрезмерно ортодоксален и не желает смешивать марксизм ни с каким-либо другим социалистическим взглядом, ни с какой бы то ни было интерпретацией. Он крестит одних своих оппонентов «оппортунистами» и «социал-шовинистами», других — «мелкобуржуазными идеологами» и «утопистами», иными словами, «еретиками», отошедшими от истинно-верного учения. Сегодня, возможно, эта проблема не одних только большевиков. Сегодня семена марксистской ортодоксии, посеянные Лениным, вымахали в гигантский клин между левыми — марксистами, ленинистами, троцкистами, анархо-синдикалистами, анархо-индивидуалистами, народниками и т. п. Пока эти движения увязают в спорах о «догматике», правые всё прочнее прирастают к штурвалу корабля «Планета Земля». Может быть, имеет смысл начать искать точки соприкосновения, общие положения и компромиссы для леваков?
Пролетарии всех стран, соединяйтесь что ли?

В этой работе Ленин рассматривает взгляды Маркса, Энгельса и большевистской партии на государство.

Государство, в понимании коммунистов, является инструментом подавления эксплуатирующим меньшинством эксплуатируемого большинства. Государство не является чем-то совершенно необходимым для человеческого общества и само наличие государства является неоспоримым свидетельством того, что меньшинство диктует свою волю большинству. В период первобытного коммунизма необходимости в государстве не было, т.к. внутри первобытных родоплеменных общин все были родственниками, не было деления на классы и поэтому не было необходимости в подавлении одного класса другим. Такая необходимость появилась в рабовладельческом обществе, где меньшинство эксплуататоров рабовладельцев диктовало свою волю большинству эксплуатируемых рабов. Такая необходимость сохранилась в феодальном обществе, где меньшинство эксплуатирующих помещиков диктовало свою волю большинству эксплуатируемых крестьян. Такая необходимость прослеживается в буржуазном обществе, где меньшинство эксплуатирующих капиталистов диктует свою волю большинству эксплуатируемых пролетариев. Развитие производительных сил в буржуазном обществе, однако, сделало возможным обеспечить в изобилии продукцией всё общество и избавиться от необходимости в подавлении эксплуатируемого большинства эксплуатирующим меньшинством. Но капиталистическое устройство общества не даёт реализовать эту возможность, и поэтому коммунизм выступает за уничтожение государства.

По коммунистическим представления, буржуазия добровольно не отдаст власть рабочим, а поэтому для взятия власти необходима пролетарская революция. Однако, коммунисты не столь наивны, чтобы после революции немедленно упразднить государство. Таких наивных представлений придерживаются анархисты. Коммунисты же, добившись власти, заменят буржуазное государство пролетарским, в котором господствующим классом должен стать пролетариат, а подавляемым классом - буржуазия. Использовать прежнюю бюрократическую и военную структуры для реализации власти пролетариев будет невозможно, т.к. люди, служившие прежней власти, не смогут добросовестно осуществлять диктатуру пролетариата - им будут в этом мешать их прежние представления, налаженные личные связи, сложившиеся интересы. Поэтому первым делом будет уничтожено буржуазное государство, а на его месте будет образовано пролетарское государство.

Почему же коммунисты не отменят государство, хотя выступают за его уничтожение, а уничтожив буржуазное государство, заменят его государством пролетарским? Дело в том, что у коммунизма есть две фазы развития. На первой фазе коммунизма будет проводиться принцип равного вознаграждения по труду: "От каждого — по способностям, каждому — по труду." Этот принцип, однако, не является в полной мере справедливым, т.к. у разных членов общества могут быть разные потребности. Первая фаза коммунизма, следовательно, ещё несёт в себе отпечаток прежнего буржуазного общества. Для равного распределения требуется учёт и контроль, который и должен осуществляться коммунистическим государством.

По мере развития коммунизма, функции учёта и контроля во всё более полной мере будут выполняться самими трудящимися, так что необходимость в специальных должностях, занимающихся только лишь учётом и контролем, постепенно будет пропадать. Кроме того, по мере развития сознательности трудящихся, должно всё меньше оставляться людей, эгоистически использующих общественные фонды потребления и всё больше должно становиться людей, добросовестно пополняющих эти общественные фонды. Стало быть, по мере развития коммунизма пропадёт необходимость вести учёт и контроль даже силами самих трудящихся и наступит высшая фаза коммунизма, при которой распределение будет осуществляться уже по принципу "От каждого по способностям, каждому по потребностям".

Не стоит, однако, путать потребности с капризами или прихотями. Больному человеку требуется лечение - это объективная потребность. Каждому человеку требуется жильё - это объективная потребность. Детям требуется образование - это объективная потребность. Коммунистическое общество стремится воспитать своих членов таким образом, чтобы они старались больше вкладывать в общественные фонды своего труда, но брать из них только сообразно объективным потребностям. Учёт и контроль перестанут быть необходимостью только в таком обществе, каждый член которого ведёт себя сознательно и не возьмёт из общих фондов лишнего, где каждый будет контролировать себя самого и своих окружающих. И это не нечто вовсе невозможное, ведь в современном обществе люди не так часто устраивают драки, а при их возникновении окружающее большинство способно самостоятельно разнять подравшихся. Точно так же и в коммунистическом обществе будущего окружающие смогут пристыдить эгоиста, а то и силой вернуть в общественный фонд взятое сверх действительно необходимого.

Маркс не считает высшую фазу коммунизма достижимой в обозримой перспективе, это скорее направление развития коммунизма, а не какая-то осязаемая цель. Таким образом, коммунистическое государство имеет место только на первой фазе коммунизма и несёт ещё в себе отпечаток буржуазного способа распределения, и только лишь поэтому может называться государством. По мере развития и продвижению к высшей фазе, оно будет во всё более полной мере утрачивать признаки буржуазности, а стало быть всё меньше оснований будет и для того, чтобы называть его государством. Государство, таким образом, по мере развития коммунизма будет отмирать само.

Из обсуждения о том, что будет представлять собой коммунистическое государство, вырисовывается примерно следующая картина:

1. В коммунистическом обществе не будет бюрократии, на смену бюрократам придут общественные деятели. Законы будут упрощены настолько, что выполнять функции общественного деятеля сможет любой член общества. Должность общественного деятеля должна стать сменяемой и выборной, так что люди, выбравшие гражданина на должность, смогут в любой момент отозвать его. Работа общественного деятеля должна оплачиваться в таком же размере, как работа пролетария. Все эти меры должны исключить возможность подкупа должностных лиц и сделать сами эти должности не столь привлекательными для карьеристов.

2. Для максимального упрощения законов устройство общины должно быть унитарным, а не федеративным. В федеративных республиках имеются отдельные части, использующие собственные законы. Чтобы упростить выполнение законов рядовыми гражданами, нужно чтобы закон был един во всей республике.

3. В коммунистическом обществе не будет армии, т.к. её функции будет выполнять народное ополчение. Кстати, именно для недопущения революции, в буржуазном обществе гражданам запрещается обладать оружием.

4. В коммунистическом обществе все средства производства и весь жилищный фонд перейдут в общую собственность, откуда будут распределяться сообразно потребностям. В таком обществе дефицит жилья не должен появляться при наличии свободных помещений, как это бывает в капиталистическом обществе, где часть жилья пустует потому, что не может найти покупателей или съёмщиков из-за высокой цены, выставленной собственниками.

5. В коммунистическом обществе не будет духовенства. В этой книжке, правда, я не нашёл обоснований для таких представлений. Правда, предполагаю, что духовенство очень удобно капиталистам, потому что обосновывает текущее положение вещей "волей Господа", призывает "смиренно принимать тяготы земной жизни", не даёт людям возможности увидеть истинных причин их бедственного положения и предпринять активные действия для устранения этих причин.

В этой работе Ленин жёстко проходится по социал-демократам, которые считают, что пролетариат может заполучить власть мирным выборным путём, не прибегая для этого к революции. Подобная позиция социал-демократов очень удобна для буржуазии, т.к. буржуазия согласна идти на небольшие уступки пролетариату, лишь бы не лишиться частной собственности. Кроме того, буржуазии гораздо проще подкупить лидеров социал-демократических партий, чем и впрямь идти на уступки пролетариям. Ну и, следовательно, такая позиция удобна и самим лидерам социал-демократических партий, т.к. позволяет им получать взятки от буржуазии.

У коммунистов и анархистов взгляды на государство и революцию частично совпадают. И те и другие считают, что власти можно добиться только путём революции. И те и другие выступают за уничтожение государства. Однако анархисты не идут дальше в своих рассуждениях и не хотят менять общество таким образом, чтобы не допустить реставрации капитализма, которая автоматически состоится, если не обобществить всю частную собственность и не осуществлять диктатуру пролетариата. Именно для предотвращения реставрации капитализма коммунистам нужна диктатура пролетариата, для чего, в свою очередь, необходимо на первых этапах пролетарское государство.

Насколько я понял, Первый интернационал собрал представителей всех трёх течений, отстаивающих интересы рабочих: социал-демократов, коммунистов и анархистов. На Втором интернационале социал-демократы и коммунисты отмежевались от анархистов. Третий интернационал был чисто коммунистическим, т.к. во время Первой мировой войны социал-демократы проявили себя как социал-шовинисты, оправдывая войну необходимостью отстаивать интересы государства. Социал-шовинизм - это термин, который применялся до возникновения термина "фашизм", примерно в том же смысле. Социал-шовинисты, прикрываясь необходимостью защиты государственных интересов, на самом деле отстаивают империалистические интересы национальной буржуазии.

В примечаниях к книге упоминается, что на втором съезде РСДРП в 1903 году партия определила для себя программу-минимум в случае успеха буржуазной демократической революции и программу-максимум на случай социалистической революции. На случай социалистической революции предусматривалось установление диктатуры пролетариата. На этом же съезде в партии произошёл раскол, поделивший партию на две фракции - меньшевиков и большевиков. Меньшевики заняли социал-демократическую позицию, большевики - коммунистическую.

Думаю, что именно из-за наличия настоящей, а не декоративной программы, а также из-за решительной настроенности на взятие власти, большевики в конечном итоге заполучили власть в свои руки. После февральской революции власть практически с неба свалилась на кадетов - конституционных демократов и эсеров - социалистов-революционеров. Первая партия была буржуазной и могла опираться только на власть буржуазии. Вторая партия опиралась на крестьянство и переживала раскол, т.к. не смогла принять решение об уставе. Крестьянство тоже было не надёжной опорой, т.к. было довольно разобщено и неорганизованно. Большевики, вооружённые уставом и программой, опирались на рабочих, которых было меньше, чем крестьян, но они были лучше организованы.