Оге Илавз Иван

Не знаю, отчего я так долго тянула с прочтением данной книги (название, что ли, отпугивало?), ведь книга замечательная: уютная, домашняя, добрая (что-то в стиле Маша Трауб - Когда мама – это ты ).

Аннотация интригующе обещала нам сплав иронической и сентиментальной прозы. Не уверена насчет сентиментальной (для меня это синоним романтической направленности, но вот последнего в книге точно не будет), я бы скорее назвала ее чуть иначе - ностальгической. Ироническая же составляющая точно присутствует в 99% произведения. Поэтому если вдруг у кого случится плохое настроение, то с чистым сердцем рекомендую данную книгу к прочтению. Легкая, забавная, трогательная, местами очаровательно-меланхолическая (а ностальгия именно такая и есть), она сразу же и незамедлительно погружает нас в атмосферу детства, юности, школьных проказ, летнего лагеря, первых открытий. У автора большинство перечисленного пришлось на советское время, поэтому чтение для меня было отчасти и познавательным; так тепло об этом рассказывает автор, с таким юмором (вот просто читаешь и улыбаешься все время, прекрасно понимая Костика и вспоминая себя в таком же возрасте - детский сад, начальную школу, первую учительницу), что влюбляешься в это время. Тем более что многие вещи, о которых поведает нам в книге Константин Семенов (кстати, это не первое прочитанное мною произведение у автора, рекомендую также предыдущую его книгу - Константин Семёнов - Звали его Эвил ; правда, та понравилась чуточку меньше), как оказалось, вне времени. Например, он рассказывает нам о пленке, которой его отец обклеивал дневник сына. И чтобы пленка приклеилась, ее нужно было прогладить. Так вот у меня на дневнике была точно такая же, хотя я и училась уже не в советской школе. Был у меня на пару с братом и настольный хоккей , о котором пойдет речь в одной из глав книги (но настольный футбол все же нравился мне больше, он у меня тоже был:)

Почти всю книгу ломала голову над ее заглавием, а разгадка была до неприличия проста, но вот мне в голову отчего-то не пришла. Я ждала объяснения на несколько страниц, а ответ оказался в нескольких словах. Видимо, всякие головоломки не мое))

Про Ивана, кстати, мастера-умельца на все руки, который начнет делать ремонт в квартире повзрослевшего Костика, будет не так уж и много. В своих бесконечных отвлечениях от главной темы автор все больше обращается к собственной судьбе, что совсем не испортило книгу. Особых событий и сюжетных поворотов в ней вроде бы и нет, но какое же это все-таки теплое чтение, какая это чудесная атмосфера... 4.5/5

Жанр, который автор придумал сам, оказался вполне понятным набором историй про себя и про других. Не особо смешных и не особо грустных. Обычные такие истории.

Как и обещал автор, в книге его все сложилось не так. Истории, перебивающие одна другую, спорящие, как базарные торговки в ярмарочный день, веселые, грустные, разные, толпились в голове автора, требуя выхода на свежий воздух.

Иван оказался балаболом-ремонтником, и в отличие от Эвила из первой части, о нем мы узнали почти в начале книги. Спойлер: Иван и автор ремонт таки завершили. С жертвами, конечно. Но ремонт, как говорится, требует жертв.

Первую половину книги автор посвещает историям о своем питерском детстве, и пионерском лагере. Но, скажу я вам, если миллениалам эти истории могут показаться странными, эпатажными и необычными, то нам - детям девяностых, поколению пепси и старше - эти истории про детские лагеря, дискачи, медляки и ночные обмазывания пастой кажутся совсем даже и тривиальными.

Еще автор непомерно многословен. Ну прям чересчур. Уже к середине достаточно толстой книги ни о чем его многословность наскучивает, а потом и вовсе на нее развивается аллергия.

Первая часть "Его звали Эвил" лучше, душевнее что ли.

Вот так нечаянно натыкаешься на самую настоящую Большую современную Литературу. Подаренная издательством ещё в феврале-марте с.г. книга скромненько стояла себе на полке, терпеливо ожидая своей очереди на прочтение. Собственно говоря, таковая очередь для книги была примерно определена сразу (тут нужно поблагодарить игру Охота на снаркомонов, потому что книга как раз вписалась в самый последний пятидесятый пункт задания). Однако, как это водится в реальной жизни, то одно, то другое, то относительно длительные отъезды из дома в дома казённые и безрадостные, то ещё что-то, в общем время для книги пришло только в последней декаде октября.

Предыдущую книгу Константина Семёнова я не читал (потому что тогда этот томик переместился бы на первые места в очереди на чтение). Однако если в ней автор сохранил свой особый семёновский литературный стиль (почему-то в голову приходит имя Андрея Битова, но вот хоть убей не смогу внятно связать эти два имени — Семёнова и Битов), то понятны и восторженные отзывы читателей первого романа и включение его в длинный список премии Большая книга.

По сути, книга представляет нам несколько жизненных историй, причём часть этих историй касаются главного героя книги (имеющего имя, совпадающее с именем автора романа), другая часть рассказывает о жизни наёмного работника, того самого Ивана, который Оге Илавз, и существенная часть книги повествует о жизненном (и карьерном) пути отца Ивана. Все эти события происходят либо в начале и середине 80-х, либо уже в более поздние времена, и показывают нам медленные, но закономерные трансформации номенклатурных людей последних советских времён.

Но самое главное в книге не её острота и злободневность (кстати сказать, книга написана без всяких наездов и разоблачительных хул, просто как изложение). А самое главное в книге — это то ощущение, что написана она не о Костике Семёнове и не об Иване, а написана она напрямую о тебе самом: о твоём детсадовском периоде и о первых классах начальной школы, о семейных ритуалах и ценностях, которые были — были и жили! — в каждой семье, о летнем детском на тот момент ещё пионерском лагере, о том, как ты сам рос и во что ты мог вырасти и вырос на самом деле.

А ещё этот очень хороший чётко выдержанный авторский стиль. С отличный юмором и с точностью наблюдений, с тонкостью суждений и с великолепный знанием жизни.