
Византия
Kassia
- 136 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Калделлис, как всегда, великолепен, очередная безумно интересная книжка, попутно развенчивающая ряд устоявшихся мифов. На Западе обходили молчанием византийскую историю Парфенона, т.к. считалось, что Афины «закатились» после торжества христианства и были вновь открыты только после Ренессанса. Но источники показывают, что это вовсе не так. Византийцы причинили меньше вреда Парфенону, чем позднее Элджин и венецианцы. Парфенон даже куда больше чтился в Византии, чем в античности. Только в византийскую эпоху паломники приезжали, чтобы почтить здание Парфенона. В античности храм не пользовался особой популярностью, паломники приезжали в Афины ради Элевсина и его мистерий.
К 7 веку Афины как центр образованности и философии пришли в упадок, однако затем они обрели популярность как христианский центр и место особого почитания Богоматери. С 8 века люди стали ездить в Афины не для учебы, а для паломничества в Парфенон, который называли «Великой церковью Афин». На колоннах храма сохранились византийские надписи, большинство – молитвы или эпитафии, и на других зданиях Акрополя тоже много граффити паломников и верующих. В древности надписи на памятниках были знаком почтения, а не вандализмом. В 10-12 вв. Афины уже прочно ассоциировались с Парфеноном, куда потоком шли паломники.
В то же время начальники и клирики, посылаемые в Афины, а также образованные люди, ехавшие туда специально чтобы увидеть античные древности (т.е. по сути как современные туристы), бывали разочарованы, т.к. это был византийский провинциальный город, а в их воображении были цветущие Афины античности. Тамошние руины не были похожи на ту картиной, которая была у них в голове благодаря чтению классической литературы. Однако Парфенон был одним из редких зданий, практически полностью сохранившимся с античных времен, и в этом тоже была причина его большой популярности.
То, что паломники шли в Афины поклониться именно самому храму - явление для Византии не характерное, т.к. обычно поклонялись не храмам как таковым, а заключенным в них реликвиям - мощам, иконам итп. Но в Парфеноне значимых реликвий не было, и в Афинах не было знаменитых подвижников и святых (оказывается, культ Дионисия Ареопагита там возрос во время латинского завоевания, а не в византийскую эпоху). Считалось, что Парфенон испускает некий чудесный божественный свет. Временами слава Афин как "города Богоматери" даже затмевала славу Константинополя.
Михаил Хониат (1140-1220), приехав в Афины в качестве епископа, думал, что современные афиняне превосходят древних благодаря православной вере. Но пожив там, он изменил мнение и говорил, что древние язычники были благороднее и добродетельнее нынешних христиан. Единственным утешением ему служил Парфенон, который он любил и восхвалял.
«Богоматерь Афинская» стала брендом в Византии, Ей даже посвящали храмы в других местах. Паломники в больших количествах посещали Парфенон и оставляли там граффити. В источниках паломничества объясняются тем, что это был «знаменитый храм». Но знаменит он был не из-за христианства или культа Богоматери, а по причине античного прошлого Афин. На одном уровне Богоматерь победила Афину, но на другом это была узурпация, т.к. Богоматерь присвоила себе черты Афины (защитница-победительница, воевода итп). Византийцы писали, что Парфенон почитался потому, что это была «церковь Богоматери», но ведь таких церквей было много - почему именно эта? Ее называли «знаменитой церковью Богоматери», но чем она была знаменита? - Источники молчат об этом.
Любопытный пассаж содержится в Житии св. Мелетия Нового, написанном Феодором Продромом (12 в.): там сказано, что Афины когда-то были городом идолопоклонников, а теперь стали городом Богоматери, и если афиняне так усердно почитали Ее до того, как полностью узнали, то насколько же больше они Ее почитают теперь, когда действительно узнали, - т.е. почитание Афины, по мысли Продрома, являлось на самом деле несовершенным почитанием Девы Марии.
В реальности славы «Богоматери Афинской» не могло быть без славы Афины и античных Афин. Парфенон был одним из редких храмов, сохранившихся с античных времен. Секрет его успеха заключался в его языческом прошлом и в славе языческих Афин, хотя из-за христианской идеологии об этом не могли говорить открыто, и интеллектуалы, возможно, сами не вполне сознавали эту связь.
Византийцы гордились своим античным прошлым не только в Афинах. Существовал даже своего рода туризм, не связанный с почитанием христианских святынь. Например, жители Кизика тоже любовались сохранившимися там развалинами античного храма, на которые приезжали посмотреть даже из др. мест. Никифор Влеммид в одном храме в Троаде видел фреску мужчины с надписью «пророк Ахилл», а в Спарте в 15 в. туристам показывали дворец и портрет Менелая. Михаилу Хониату по приезде в Афины устроили экскурсию по античным памятникам города. Памятник Лисикрата на современной Плаке ему показали как «Фонарь Демосфена»: афиняне придумали это название нарочно для Хониата, чтобы было интереснее. В общем, в пикеровке эллинизма и христианства «Афины смеялись последними».
Ну, и а к вопросу о «варварах». Греческие и иностранные археологи в новое время уничтожили все следы постклассического прошлого Парфенона и Акрополя. Византийские фрески никто не изучал, и они исчезли. Даже многие византийские церкви Афин были разрушены в результате «модернизации» города.
(Кстати, в афинском Музее Акрополя даже инсталляция сделана на тему, как «варвары»-христиане уничтожали прекрасный античный Парфенон. Хотя он вообще-то был более всего поврежден не ими, а пожаром в 3 веке, но кому это интересно…)