Несчастливый брак марксизма с феминизмом: путь к более прогрессивному союзу

В принципе, суть этого эссе или развернутой статьи изложена в первой же строке:

Основной тезис этого текста состоит в том, что отношение между марксизмом и феминизмом, в тех формах, которые оно приобретало до сих пор, является неравным.

А дальше мысль уже разворачивается и подтверждается на примерах. Авторша исходит из того, что марксизм как научная теория о том, как устроен капитализм, и о том, как (теоретически) построить более равноправное общество, слеп к специфичному угнетению по признаку пола. Работа состоит из четырех частей. В первой части дан краткий обзор существующих (на момент написания работы, это начало 1980х годов) марксистских концепций женского вопроса, поданных в историческом развитии:

Сначала ранние марксисты, включая Маркса, Энгельса, Каутского и Ленина, предполагали, что капитализм вовлекает женщин в наемный труд, тем самым разрушая половое разделение труда. Затем современные марксисты включили женщин в анализ «повседневной жизни» при капитализме. С этой точки зрения все аспекты нашей жизни выглядят воспроизводством капиталистической системы, а мы все являемся рабочими при капитализме. И, наконец, марксистские феминистки сосредоточились на анализе домашнего труда и его отношения к капиталу. Некоторые из них утверждали, что домашний труд производит прибавочную стоимость и, таким образом, работа по дому является работой на капиталистов.

Разобраны утверждения Энгельса, некоего Эли Зарецкого и Мариарозы Далла Косты. Итог вкратце такой:

Если ранние марксисты игнорировали домашний труд женщин, фокусируясь на их участии в наемном труде, два более поздних подхода настолько зациклены на домашнем труде, что игнорируют роль женщины в рынке труда. Так или иначе, все три подхода пытаются рассматривать женщин как часть рабочего класса, а угнетение женщин – как часть классового угнетения.

В той же первой части отдельно дан обзор работ Джулиет Митчелл и Суламифи Файерстоун. Вторая часть посвящена радикальному феминизму.

Основные усилия радикальных феминисток направлены на иллюстрирование лозунга «личное есть политическое». Они утверждают, что недовольство женщин – это не невротические жалобы неприспособленных, а реакция на социальную структуру, в которой женщины подавляются, эксплуатируются и угнетаются.

Хартманн выделяет некую зацикленность радикальных феминисток "на психологическом измерении", иллюстрируя этот тезис работами той же Файерстоун, а также выделяет сильные и слабые стороны самого радикально-феминистского подхода:

Сильная сторона радикального феминистского анализа – его объяснение общества сегодня. Слабая же сторона в том, что зацикленность на психологическом делает такой анализ слепым к историческим изменениям.

Не забывая сделать ремарку о самом понятии:

Радикальные феминистки используют понятие «патриархат» для обозначения социальной системы, характеризуемой доминированием мужчин над женщинами.

однако внося в него собственные уточнения:

Итак, мы определяем патриархат как набор общественных отношений, которые обладают материальной базой, и в которых отношения между мужчинами строятся на иерархичности и солидарности, позволяющих угнетать женщин. Материальной базой патриархата является мужской контроль над рабочей силой женщин. Этот контроль поддерживается посредством лишения женщин доступа к необходимым экономическим производственным ресурсам и ограничения их сексуальности. Благодаря такому контролю мужчины получают от женщин личное обслуживание, которое позволяет им не заниматься работой по дому и не воспитывать детей, иметь доступ к телам женщин для секса, чувствовать власть над ними и обладать этой властью. Определяющими элементами патриархата на данный момент являются: гетеросексуальный брак (и вытекающая из этого гомофобия), женская работа по дому и воспитанию детей, экономическая зависимость женщин от мужчин (поддерживаемая организацией рынка труда), государство и многочисленные институты, основанные на социальных отношениях между мужчинами: клубы, спорт, профсоюзы, профессиональные сообщества, университеты, церкви, корпорации и армии.

В третьей части разобрано взаимодействие между патриархатом и капиталом.

... большинство мужчин, вероятно, предпочтут, чтобы женщины оставались дома и обслуживали их. Небольшая группа мужчин – капиталистов хочет, чтобы большинство женщин (но не их собственных) работали по найму.

Особый интерес для меня представлял раздел "Индустриализация и развитие принципа семейной зарплаты" - этой же теме во многом посвящена работа Сильвии Федеричи "Патриархат заработной платы", но изложение Хартманн показалось мне каким-то более последовательным и внятным. Также она дает краткий обзор этой же проблемы в двадцатом веке и сегодня (ну то есть в 80-е).

Мы утверждаем, что, несмотря на возросшее участие женщин в наемном труде, особенно с началом Второй мировой войны, семейная зарплата является краеугольным камнем разделения труда сегодня, разделения, при котором женщины в первую очередь ответственны за домашнюю работу, а мужчины – за оплачиваемый труд по найму. Более низкая оплата женского труда на рынке (вместе с необходимостью присматривать за детьми) определяет необходимость существования семьи как объединения, необходимого для совместного привлечения ресурсов. Таким образом семья, поддерживаемая семейной зарплатой, позволяет мужчинам контролировать труд женщин как в семье, так и за ее пределами.

Коротко, но ёмко разобраны также популярные гипотезы "а что же будет дальше?". Гипотеза первая говорит, что капиталистические отношения, точнее, выход женщин на рынок труда и обретение ими возможности самостоятельно себя содержать, в конце концов приведут к полному разрушению семьи. Гипотеза вторая - что со временем сгладится и вовсе исчезнет половое разделение труда внутри семьи. Обе их Хартманн рассматривает весьма критически. После этого она обращается к анализу того, как гибко взаимодействуют, взаимопроникают друг в друга патриархат и капитализм.

Как женский труд выполняет две задачи – поддержание мужского доминирования и капиталистическое производство, – так и сексистская идеология выполняет двойную функцию – восхваление мужских черт\капиталистических ценностей и принижение женских черт\общественных потребностей.

Завершает эссе краткий обзор положения левого движения в США и тактики дальнейшей борьбы.

Во-первых, борьба за построение социализма должна вестись совместно разными группами. Женщинам не стоит надеяться, что мужчины освободят их после революции — отчасти потому, что едва ли они знают, как это сделать, отчасти потому, что не имеют такой потребности. По сути дела, их непосредственные эгоистические интересы состоят в том, что угнетать нас дальше. Поэтому мы должны иметь свои собственные организации и собственную базу. Во-вторых, мы считаем, что половое разделение труда при капитализме дало женщинам неоценимый опыт, который научил нас понимать, что такое взаимозависимость людей и каковы их насущные нужды. Мы согласны с Лиз Вогель – если мужчины долгое время ведут борьбу против капитала, то женщины понимают, за что они борются (59). Обычно позиция мужчин по отношению к патриархату и капитализму не позволяет им как признать потребность людей в заботе, сочувствии и помощи, так и обнаружить потенциал для удовлетворения этих потребностей в неиерархическом, непатриархатном обществе. Но даже если мы сумеем просветить мужчин, они могут, вообразив потенциальные приобретения и потери, предпочесть существующий статус-кво. Мужчинам есть что терять, кроме своих цепей.

Эссе снабжено подробными примечаниями и ссылками. Также в сборник входит глава из книги Чинции Арруцци "Квир-союз между марксизмом и феминизмом?" (это название главы, а не книги), в которой дан обзор собственно работы Хартманн, а также более поздних работ Нэнси Фрезер, Айрис Янг, Мишель Барретт. Здесь затрудняюсь с оценкой, лучше прочитать всю книгу, которая, как я понимаю, пока не переведена на русский язык. Вообще, работа очень интересная, в целом понятная, хотя и небольшая. Явно есть над чем подумать, хотя главный вопрос ("а делать-то со всем этим что?") остается нераскрытым.