Medieval Rome: Stability and Crisis of a City, 900-1150

Medieval Rome analyses the history of the city of Rome between 900 and 1150, a period of major change in the city. This volume doesn't merely seek to tell the story of the city from the traditional Church standpoint; instead, it engages in studies of the city's processions, material culture, legal transformations, and sense of the past, seeking to unravel the complexities of Roman cultural identity, including its urban economy, social history as seen across the different strata of society, and t...

Рейтинг LiveLib

5,0

1 оценка

5
100%
4
0%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 1Хотят прочитать 4

Рецензии

red_star
16 апреля 2026
Жизнь на пепелище
Взяв эту книгу с полки, я подумал не об авторе, имеющем столь положительную славу в узких кругах, что даже странно, и не о предстоящем прыжке в хитросплетения, о которых я ровным счетом ничего еще не знаю, а о том, как всё преходяще. Книга эта – артефакт той эпохи, когда вечером в пятницу можно было сесть на Allegro и за несколько часов очутиться в Хельсинки, погулять по центру финской столицы, а потом зайти в Академкнигу, построенную Алваром Аалто, и на видном месте увидеть новинку знакомого британского автора. Я не уверен, что это ностальгия (в духе вздохов в парижских кафе в 1920-е), но некоторое удивление эфемерностью чего-либо присутствует.
Но стешем рубанком этот непонятный личный флер и погрузимся в мир папской политики. А точнее – в мир, который сделал возможным какую-то папскую политику. Уикхем известен своими потрясающими обзорными (марксистскими) работами по раннему средневековью ( Framing the Early Middle Ages: Europe and the Mediterranean, 400-800 и The Inheritance of Rome. A History of Europe from 400 to 1000 ), поэтому такое последовательное и детальное погружение в микрокосм Рима в 900-1150 гг. стало для меня и испытанием, и (какое громкое слово) откровением. Откровением не по фактам, а по какой-то удивительной тщательности, с которой препарированы имеющиеся (не слишком многочисленные) документы и на их основе воссоздан функционирующий мир экономики.
В представлении Уикхема есть Рим, который существует на развалинах бывшей имперской столицы внутри стен Аврелиана. Территория делится на abitato и disabitato, то есть на обитаемые развалин и районы необитаемых развалин. Насление города в описываемый период 20-40 тысяч человек, что выглядит ничтожным на фоне былого величия, но при этом делает город вторым в Европе по населению после Константинополя. Папы, присвоившие имперскую собственность после того, как ушли византийцы, не сумели удержать землю в своих руках, поэтому к началу описываемого периода она находится в собственности городских церквей и монастырей. При этом церкви и монастыри не хозяйствуют сами, а сдают земли в аренду римской знати на три поколения, взимая за каждую сдачу и обновление аренды крупный одномоментный платеж. Рим при этом контролирует участки внутри стен, винный пояс вокруг города и пространство примерно на 25 км радиусом, называемое Agro romano. Именно эти земли сдаются знати в управление, но при этом временность сдачи не привела ни к возникновению там классических замков и вассалитета, ни к появлению даже поместий – знать продолжает жить в городе, получая денежные подачки от пап и занимая разные относительно важные должности в городской рудиментарной иерархии.
Земельный пояс Рима был самым большим в Италии, хотя к концу рассматриваемого периода Милан догнал и перегнал, а Флоренция приблизилась. Но сама структура владения – непрямого, через монастыри и церкви – была уникальной, что привело к своеобразному развитию социальных структур в городе.
Рассмотрев базис, Уикхем переходит к надстройке. Цель его – рассказать, как Рим пришел к созданию коммуны и Сената в середине XII века. Сами итальянцы, если верить автору, считают создание системы самоуправления, не завязанной на пап, крайне важным событием, своеобразной революцией среднего класса, поэтому мелкие подробности обсасываются авторами и служат поводом для крайне разных выводов. Но Уикхем выходит из плоскости и рисует несколько иную картину – экономический кризис приводит к ослаблению роли пап и к распаду традиционной городской иерархии. Пап становится одновременно то два, то три, каждого кто-то поддерживает, а местная знать подсчитывает убытки от набегов императоров и армий разных пап, постепенно мигрируя за город, за пределы Agro romano, где на условно ничейной земле возводит замки и становится более классической. Но прелесть в том, что в самом городе ранее средние слои лезут на освободившиеся места верхних, образуют новые рода и фамилии за 20-30 лет, а потом, в момент почти полного распада и отсутствия каких-либо пап в городе на протяжении заметного периода времени, образуют сенат, который потом ведет относительно радикальную политику, уживаясь с подожившими папами на протяжении полувека. Эдакое институционализировавшееся двоевластие Петросовета и Временного правительства.
Все это крайне интересно, и Уикхем сразу говорит, что его взгляд именно на сословия, классы и долговременные структуры, так как бытописателей и без него много, но... Но как же интересны порой именно подробности. То, как у пап был расписан год на церемониальные шествия по Риму (мы об этом знаем, так как папская канцелярия платила горожанам за украшение маршрутов церемониальными арками). Какие странные были праздники и как папы чистили эти накопленные в раннее средневековье странности. Как вели бизнес – соляные промыслы на паях, протопрофсоюзы и их главы, которые попадали в Сенат в определенный момент. Как коронации императоров Священной Римской империи могли превратиться в битву между гостем-императором и папой, которая велась в городских кварталах. Как Колизей был многоквартирным зданием, а триумфальные арки римских императоров превращались в городские аналоги замков с пристроенными защитными башнями. Как, по документам, жили люди, о которых нам что-то известно (в качестве заимодавцев, свидетелей по актам земельной собственности и т.д.). Как налоги и взятки меняли папский двор, который просто тонул под спудом серебра, что твой раджа из сказки о Золотой антилопе. И как быстро распространялись слухи о том, как надо подмазывать папский аппарат для получения правильного решения.
Уикхем потрясающ. Дотошность и скрупулезность на старте дают возможность видеть общее и уникальное, увидеть те самые приводные ремни, которые разрушают старое, крушат коллегиальные органы времен Каролингов, а запросы внешней политики отрывают пап от непосредственных римских дел, делая их игроком имперских и более широких полей, но чуждыми своим непосредственным подданным, которые начинают чего-то хотеть и помышляют о самоуправлении. Ничего раньше не знал ни о структуре, ни о всех этих папах и антипапах, но и они люди, надо же, такие же как мы с вами и как люди до них. Страсти, деньги, дети, кровь и прелюбодеяние. Удивительное постоянство, а эфемерное, вроде поездок в Финляндию на выходные – просто рябь. На том и успокоимся.
Читать далее
34 понравилось
0
211