Автобиографии, биографии, мемуары, которые я хочу прочитать
Anastasia246
- 2 055 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Есть женщины - их волосы, как шлем,
их веер пахнет гибельно и тонко,
им тридцать лет. - Зачем тебе, зачем
моя душа спартанского ребенка?
Я очень люблю стихи Марины Цветаевой. В них необыкновенная глубина. Такое ощущение, что слышишь, как высокий пронзительный голос на надрывно ноте произносит слова. Нервно, эмоционально, безапелляционно. У тебя как будто буря внутри, от которой не спрятаться не скрыться. Непривычный ритм кружит голову, хлестко, нетривиально, резко. Она не говорит, она утверждает. Беспощадно. Не оставляя ни малейшего шанса.
Я не представляю, как можно не восхищаться, не преклоняться перед таким талантом. В те времена, когда мужчины правили балом и утверждали:
Марина писала так, что затмила любого. Но какая судьба ждала эту сильную, но ранимую женщину?
Здесь она рассказывает о себе самой. Бесценные воспоминания, диалоги, люди. Первая влюбленность, отношения в семье. Но мне было тяжело читать. Ведь свою манеру поэтесса из стихов перенесла в прозу. Автобиография наполнена множеством тире, знаками восклицания, необычными словами и сравнениями - всем тем, что так любила Цветаева. Из-за этого изобилия создавалось впечатление, что она не рассказывает, а кричит, ранит. От ее прозы мне стало душно... Но бежать было некуда (да и не хотелось) - и я, задержав дыхание, нырнула во все это с головой.
Передо мной проносились картины из жизни: вот Марина, пятилетняя девочка, старательно играет на пианино, а вот она передает первую любовную записочку. И все это видишь ее глазами. Она щедро делиться своими чувствами, колоритно описывает даже мелочи.
Открыто рассказывает, что за человек была ее мать, что с таким воспитанием она не могла стать никем другим, только поэтом.
Эта книга подарила мне незабываемые переживания. Очень советую ее поклонникам творчества Марины Цветаевой - ни один биограф не сумеет раскрыть душу этой великой женщины лучше, чем она сама.

О "мази" же. Мазь - была. Ровная, прочная, темно-коричневая, маврова, мулатова, господо-богова. Только не "намазан" был, а вымазан, и даже-выварен: в адовом ли кофе лирической бессонницы, в ореховом ли настое всех сказок, в наследственной ли чужеземной прикрови -не знаю. Знаю только, что ровнее и коричневее, коричневее - и ровнее - я краски на лице не видела. Разве на лице нашего шоколадного дома в Трехпрудном.

Острый глаз Макса на человека был собирательным стеклом, собирательным -значит зажигательным. Все что было своего, то есть творческого, в человеке разгоралось и разрасталось в посильный костер и сад. Ни одного человека Макс- знанием, опытом, дарованием- не задавил. Он, ненасытность на настоящее, заставлял человека быть самим собой. "Когда мне нужен я- я ухожу, если я к тебе прихожу - значит, мне нужен ты."

Макса Волошина в Революцию дам двумя словами: он спасал красных от белых и белых от красных, вернее, красного от белых и белого от красных, то есть человека от своры, одного от всех,побежденного от победителей.
















Другие издания


