Тринадцатый подвиг Геракла. Рассказы о Чике

Фазиль Абдулович Искандер (1929–2016) – мастер прозы, поэт, эссеист, автор остроумных афоризмов. «Детство формирует человека, и многие впечатления детства становятся потом основой характера взрослого. В этом смысле детство – это основа будущего взрослого человека», – считал писатель. Именно поэтому Фазиль Искандер много писал о детях. В книгу вошли рассказ «Тринадцатый подвиг Геракла» и цикл рассказов о Чике. Пятиклассник – герой рассказа «Тринадцатый подвиг Геракла» – не решил трудную зад...

Жанры

Купить эту книгу

Тринадцатый подвиг Геракла. Рассказы о Чике

Электронная

239.9 ₽192 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,3

23 оценки

5
57%
4
30%
3
13%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 28Хотят прочитать 20

Рецензии

litera_T2 февраля 2024 г.
Смешные уроки дисциплины
В детстве и юношестве я всегда почему-то мечтала стать учителем. Сначала воспитателем детского сада, потом учителем начальных классов, затем учителем русского и литературы и, наконец, преподавателем музыки по классу скрипки в музыкальной школе. Последнюю мечту я даже попыталась осуществить, но вовремя одумалась... В итоге - три моих закадычных подруги таки стали учителями, а я нет! И, собственно, ни сколько не жалею о сём, если не считать отсутствие филологического образования... Кошки иногда скребут на душе, и локоть немного дразнит своей недоступностью, но, как говориться, судьба... Руки мои проложили мне дорожку в жизни, ну а детская мечта... Её ещё не поздно немного приблизить, минуя преподавание, потому как я по натуре не учитель и не люблю обучать и контролировать других...
Однако, к чему я об этом? Рассказ этот об учителе. А тема, которая меня саму не раз интересовала - а как учителю держать дисциплину в классе? Учителя ведь по натуре и психике все разные. И степень их учёности не всегда равняется способности прививать знания, как и держать внимание учеников. А к этому ещё и примешиваются вредные детские натуры, ибо все знают, что дети - самые жестокие в мире люди. Развивающийся человеческий интеллект, который ещё не контролирует внутреннюю мораль - ядерная смесь, которая подчас дорого обходится многим вполне талантливым учителям.
Так вот, некий математик, Харлампий Диогенович, который, как и Пифагор, был грек по происхождению, выбрал себе, как приём удержания дисциплины в классе, которым несколько наказывал провинившихся учеников, всеобщее осмеяние. Нет, он не позорил свою жертву, он просто слегка подтрунивал над ней, якобы остроумной шуткой или сравнением с кем-либо, а весь класс при этом начинал смеяться. Что чувствовал при этом нашкодивший по умыслу или без умысла ученик? Стыд, конечно, который потом забыть было трудно, а значит урок по дисциплине усваивался однозначно. И вот воспоминания героя данного рассказа Искандера, которому математик приписал несуществующий тринадцатый подвиг Геракла :

Я, понятно, об этом нисколько не жалею, но мне хочется благодарно возвысить метод Харлампия Диогеновича. Смехом он, безусловно, закалял наши лукавые детские души и приучал нас относиться к собственной персоне с достаточным чувством юмора. По-моему, это вполне здоровое чувство, и любую попытку ставить его под сомнение я отвергаю решительно и навсегда.
Возможно, и хороший метод выбрал учитель, и многим он подошёл, в качестве некоего отрезвления, особенно в детстве. Ибо, как говорил Б. Окуджава - "Когда я кажусь себе гениальным, я иду мыть посуду".
Но... Я бы не стала применять этот метод со всеми подряд, потому как некоторых, особенно в детстве, можно и ранить до глубины души и не заслуженно даже, а вовсе не исправить их мелкие огрехи, потому что мы ведь все разные... Поэтому профессия учителя очень сложна и ответственна. Ведь, учитель не только даёт знания, но и в некотором смысле "лепит" наши души.

Читать далее
Тринадцатый подвиг Геракла. Рассказы о Чике
Фазиль Искандер
4,3
(23)
97 понравилось
9,6K
litera_T6 сентября 2023 г.
Назад в детство
Ну вот, неожиданно для себя докатилась до детской литературы! Хотя, Фазиль Искандер, вроде, и не детский писатель, а просто я с ним не знакома - и в этом то всё и дело. Хотела познакомиться, потому как на на полке есть парочка его книг, случайно попавших в дом, да ещё и время было ровнёхонько на повесть. Заглянула в содержание и нашла повесть «День Чика», которая оказалась лишь каким-то куском чего-то большого, в общем, не понятно...

Честно сказать, повествование от лица ребёнка меня всегда смущало, а попросту - не нравилось своим проговариванием наивных подробностей окружающего его мира, что-то похожее на «что вижу - то пою». Но нужно вчитаться и тогда многое откроется. За простыми фразами детского лепета скрывается много истин, которые, конечно, стары как мир, но мы про них подзабываем, когда постепенно покрываемся жизненным налётом прожитых лет. А тут «голый скелетик» детского восприятия, удивлённо озирающегося вокруг себя, а это достаточно интересно, а главное давно каждому из нас знакомо, потому что сами были таковыми, но немножко забыли.

Ну что... Читала историю про мальчика и думала - хорошо, что девочкой рождена. А знаете, мальчикам ведь труднее, особенно в детстве! Ярче выражены основные инстинкты, которые в детском обществе имеют главенствующую роль: лидер - подчинённый, сильный - слабый, бедный - богатый, ну а красивый - некрасивый оставим девочкам. Я, конечно, немного утрировала, потому что всё перечисленное не имеет половой принадлежности, однако, судя по моему детству, всё-таки имеет.

Ну и конечно вспомнились маленькие детские радости, когда дети на какой-то момент хотят выйти из-под контроля родителей и немного поиграть во взрослую жизнь: построить домик и в нём спрятаться, тайком сходить в поход или за какой-то «добычей», ну и как водится, заиграться и заставить маму тебя искать, после чего получить нагоняй. Всё это есть в этой повести про мудрого мальчика Чика, с острым умом и тонким чутьём психолога, несмотря на возраст.

Не могу выразить свой восторг по поводу прочитанного, потому что тема для меня не столь притягательна, и повествование достаточно простовато. Об авторе пока трудно судить по этой повести, но несколько выражений мне пришлись по душе:

"Своих товарищей Чик разделял на тех, кто чувствует, что взрослые могут говорить одно, а думать совсем другое, и тех, которые этого не чувствуют. Обычно те, которые не чувствовали этого, были более губошлепистыми и счастливыми детьми. Чик чувствовал, что незнание делает их более беззаботными и веселыми, точно так же как знание делает людей более уязвимыми."

"Вообще Чик заметил, что чем слабее умственно человек, тем меньше он чувствует оттенки."

"Чик чувствовал, Что людей, охваченных жаждой сотворения мифа, невозможно остановить."

"Чика всегда охватывала какая-то странная грусть, когда он издалека, с горы, смотрел на свой дом. Чик никак не мог понять, отчего ему становится грустно, и даже пытался думать об этом. Ему чудилось, что он когда-нибудь навсегда расстанется со своим городом, и то, что он на него сейчас смотрит как бы со стороны, было похоже на то, как он его будет вспоминать издалека, совсем из другого города, откуда он не сможет, как сейчас, спуститься к нему."
Читать далее
Тринадцатый подвиг Геракла. Рассказы о Чике
Фазиль Искандер
4,3
(23)
46 понравилось
1K
majj-s2 мая 2021 г.
Как писать частицу "не" в нашей солнечной стране
Вообще Чик заметил, что чем слабее умственно человек, тем меньше он чувствует оттенки. Оттенки — это лакомство умных, вот что заметил Чик.
Блистательный, яркие, густо окрашенные национальным колоритом, порой уморительно смешные рассказы Фазиля Искандера о Чике были и остаются читательским наслаждением. Современные, несмотря на то, что написаны в шестидесятые, а рассказывают о еще более ранних пятидесятых. Читать удовольствие, слушать аудиокнигой еще большая радость, а когда в исполнении Игоря Князева - чистый восторг
Сегодня их легко воспринять как оду счастливому советскому детству и удивиться, почему эту литературу не поднимают на знамя сторонники идеи о стране, которую мы потеряли. Потому же, почему в собственно советское время эта чудесная проза не только не стала хрестоматийной, но попросту обходилась вниманием: не издавалась и не переиздавалась, в отличие от гор идеологически выдержанного словесного шлака, не входила в число рекомендованной для внеклассного чтения. А если и входила, то достать и реально прочесть возможности все равно не было и массовый читатель познакомился с этими чудесными рассказами только в позднеперестроечный период.
Отчего так? Наверно оттого, что Искандер не лакировал действительность, а показывал жизнь такой, какая есть. Люди у него часто говорят одно, подразумевая совсем другое - а признание такого рода двоемыслия, хотя бы и относящегося к бытовой сфере, в Советском Союзе, где нормой были эзопов язык, чтение между строк и кухонная откровенность, было крайне нежелательно - признай за этим право на жизнь в одной сфере, ну как распространится крамола на остальные? Нет уж, пусть лучше эти рассказы останутся в серой зоне не выдающейся в библиотеках, и от того благополучно забываемой литературы.
Примерно в том же положении в Советском Союзе были книги Владислава Крапивина, в полном соответствии с пелевинским тезисом об элитном интеллектуальном потреблении, доступные лишь детям номенклатурных работников. Теперь можно всем, но уже как-бы не очень интересно, так? Не совсем так. Замещающих вариантов, на самом деле, хватает: сериалы, сети, компьютерные игры и музыка в наушниках. Однако уровнем возможности осмысления хорошая литература превосходит большинство альтернатив. А просто возможность выбрать, что тебе по вкусу, уже хороша.
Я переслушала вчера эти рассказы, которые прежде читала в разное время. В большинстве узнавая себя в детстве - по большому счету разница между книжным мальчиком и девочкой, для которых важно утвердить свой авторитет и в дворовой среде, не так велика. Чик именно такой герой, смышленый, крепкий, открывает для себя мир элитных радостей литературы, но не может позволить себе пребывать в статусе ботана. Да и не его это, природная бойкость, подвижность требуют познавать жизнь во всех ее проявлениях.
Характерное для полукровок и детей, воспитывавшихся не в традиционной семье умение усидеть на двух стульях. Странные, занятные, забавные логические построения, которыми оправдывает свои, не всегда безупречные с точки зрения общепринятой морали, проступки. Взаимодействие и способы нахождения общего языка с самыми разными людьми из своего окружения, все это так узнаваемо. Хотя допускаю, что изначально цельная натура, без этой внутренней раздвоенности воспримет Чика не с той безоговорочной приязнью.
Моим фаворитом был и остался рассказ "Защита Чика", вчера точно так же умирала со смеху над несчастным дядей и Акакием Закидоновичем, как в первый раз вот и теперь смеюсь.
Читать далее
Тринадцатый подвиг Геракла. Рассказы о Чике
Фазиль Искандер
4,3
(23)
41 понравилось
5,4K

Все рецензии

Цитаты

ulyatanya1 сентября 2015 г.
В нашей огромной родне и вообще в кругу наших знакомых на детей, и в том числе на меня, обрушивалось неимоверное число поцелуев. Господи, как я ненавидел эти поцелуи! Жестко-небритые, винно-водочные, чмокающие, скребущие, сосущие. Особенно женские, противно пахнущие помадой, особенно же среди особенных поцелуи женщин с неудавшимися судьбами, я их сразу отличал по какой-то свойственной им тупиковой силе удара. От поцелуев было трудно увернуться, приходилось терпеть, чтобы не обидеть взрослых.
30 понравилось
7,6K
ulyatanya1 сентября 2015 г.
И вот однажды исполнилась великая мечта – дядя купил мне настоящий двухколесный велосипед. Приятно пахнущий резиной и свежей краской, легкий, нарядный, чем-то похожий на самого дядю, он стоял у него в комнате, молодцевато прислоненный к подоконнику. Что это была за радость – трогать новенький руль, еще туго поворачивающийся, бесконечно звонить в звоночек на руле, понюхать кожаное седло, треугольную сумочку, висящую на раме и чем-то грозно похожую на кобуру пистолета, гладить клейкие шины, как живое тело, чувствуя ладонью их шершавую, рубчатую поверхность!
Читать далее
27 понравилось
7,6K
ulyatanya1 сентября 2015 г.
Вот одно из забавных наблюдений тех лет. Я заметил, что в те времена на лицах взрослых, главным образом городских людей, появилось что-то новое и очень смешное. Теперь, вспоминая эти лица, самые различные и в самых различных положениях, повторяющие одну и ту же гримасу, я могу сформулировать свое наблюдение так: на лицах людей появилось выражение политической настороженности.
Иногда, казалось бы, у человека совсем другое выражение на лице, но какой-то миг, какая-то быстрая перемена во внешней обстановке, которую он не сумел осознать и дать ей оценку, – и это выражение настороженности выпархивает на лицо. Точнее сказать, не успев осознать быструю перемену во внешней обстановке, он ее осознает как враждебную вылазку, даже если эта перемена вызвана явлением природы.
Читать далее
26 понравилось
6,3K