
Электронная
419 ₽336 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Почему-то мне всегда довольно сложно писать отзыв о книге, которая понравилась. Особенно сложно давать оценку мемуарам, разве что с точки зрения "читабельности", насколько интересен у автора слог, потому что как можно давать оценку содержанию чьей-то непридуманной жизни? Е.Г. Боннэр оказалась хорошим рассказчиком, книга получилась интересная, даже увлекательная. Автор посвятила ее в основном своему детству и юности, о более поздних событиях жизни рассказывая небольшими штрихами-ремарками, вкрапленными в основной текст. Мне почему-то всегда было интересно читать именно о детстве, о школьных годах известных людей, представлять всех этих знаменитых и не очень дяденек и тётенек обыкновенными мальчиками и девочками, такими же (или не совсем) как все остальные дети, так что "Дочки-матери", несомненно, пришлись мне по душе.
Е.Г. Боннэр - дочь партийных функционеров среднего звена, репрессированых в 37 году. Ее родители работали в Коминтерне, отец (вернее, отчим) как я поняла, в свое время был близок к Кирову, незадолго до его убийства ожидал вызова на работу в Ленинград. Но с родителями в Ленинград Люся Боннэр тогда так и не поехала, родители остались на работе в Москве, а через некоторое время были арестованы. В своих воспоминаниях Е.Г. Боннэр упоминает многих известных в то время людей, бывших просто соседями в их "коминтерновском" доме или коллегами родителей, рассказывает о повседневной жизни, быте людей своего круга, с теплотой вспоминает своих родных, друзей, свою первую любовь, поэта Всеволода Багрицкого, погибшего в 1942 году. Несмотря на то, что автор много рассказывает о трагических событиях в истории страны, самым непосредственным образом отразившихся на жизни ее семьи, книга получилась светлой, проникнутой любовью к дорогим сердцу людям.

Елена Боннэр-супруга академика А. Сахарова, очень подробно описывает события в жизни Санкт-Петербурга и Москвы , куски своего детства, характер родителей, любимых нянечек, и особенно напряженный, тяжелый и трагичный 1937 год.

"Прекрасная книга, давно ожидаемая, но такой мелкий шрифт и серая бумага, что это огорчает, поскольку части читателей она будет не по глазам. В плюс можно поставить большое количество фотографий. Читая воспоминания, погружаешься не только в историю отдельной семьи, но и в историю страны в целом. Андрей Дмитриевич Сахаров успел увидеть и оценить эти записи. Переживал, что своих корней он не смог найти (это позднее сделали его наследники). Очень живое, эмоциональное повествование, вызывающее ответную эмпатию. Погрузившись в книгу, с трудом оторвалась."
Это моя рецензия по горячим следам покупки и прочтения на Book24, сейчас по работе взяла эту книгу в руки, и опять как в омут погрузилась в описание перипетий жизни 30- 40-х годов в СССР.
На вопросы о том, что было дальше, и на многие просьбы написать продолжение ДОЧКИ-МАТЕРИ, Елена Боннэр отвечала дочери, что "Без Андрея (Андрей Дмитриевич Сахаров) ничего писать не буду". Но писала, как вспоминает её дочь, но это была уже публицистика... И совсем другая история. Жаль, беспредельно жаль, что времена в книге резко ограничены. Такой живой, отличный слог, такое хочется читать.

«Одни защищены породой, другие защищаются хамством. У тебя породы не хватает».

Где-то в конце 43-го Фаня вернулось в Москву. Свою комнату она потеряла. Скиталась по знакомым, снимала какой-то угол. Жила бедно, впроголодь. После воины в СССР приехала Элеонора Рузвельт. С ней в качестве помощницы и переводчика приехала подруга Фаниной юности Нила Магидова, когда-то вышедшая замуж за американского врача работавшего в Москве. Нила разыскала Фаню. Они виделись пару раз, во время пребывания Нилы в Москве. А перед социум отъездом, кажется, уже по дороге на аэродром, весь кортеже Элеоноры Рузвельт остановился перед хибарой, где тогда снимала угол Фаня. Там Нила выгрузила два больших чемодана весь свой гардероб и оставила Фане. Еще оставила какие-то деньги и ски-нула с себя шубу. И уехала, улетела куда-то в заоблачную высь, в Америку. Фаня из Золушки стала принцессой. А Нила Магидова доброй феей. Но так в сказке. А не а нашей истории. Фаню арестовали. Ее обвинили в шпионаже в пользу США. И связь она осуществляла через Магидову и саму Элеонору. Вот так! Следствие было очень тяжелое. Тяжелей, чем у многих жен 37-го–38-го годов. Фаню жестоко били, у нее были выбиты все зубы. Срок ее начинался тогда, когда мамин кончался. И приговор 25 лет. Сидела Фаня в Темпццовском и Потьменском лагерях. Вышла уже после ХХ съезда.

Мы с Лялькой (армянка) зимой иногда вместе гуляли, и она часто заводила меня в церковь…Там она научила меня в полутёмных приделах под видом целования икон зубами отгрызать бусы, украшавшие их.










Другие издания

