Анатолий Алексин:Победа за чужой счет... это почти поражение
Prosto_Elena
- 271 книга
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Смотрите все! Вот эта книжка, именно эта, да-да, заставила меня поставить с трудом натянутую двоечку с половиной школьной повести Железникова. Всё потому что читала я их подряд, и Алексин уделал Железникова по полной, хотя сравнивать такие вещи, по-хорошему-то, не стоит. И всё-таки в "Звоните и приезжайте" я нашла всё то, что так люблю в советской школьной прозе - сложное в простом, забавные байки, ненавязчивое чувство юмора, житейские проблемы, школьные заморочки, семейные курьёзы. При этом Алексин, оставаясь полностью в рамках хорошей советской повести о школьниках, умудряется как-то зацепить комедийные сериалы. Совершенно серьёзно - постоянные гэги на это всё время намекают, хотя во времена Алексина таких сериалов, конечно же, ещё не было. Чего стоит одна только бабушка, которая всегда появляется и говорит: "А вот зять (внук, сын, дочь...) моей соседки делает это гораздо лучше!"
Я несколько раз уже вякнула слово "советская", хотя читается повесть вне времени. Взять, к примеру, один из главных движущих конфликтов в семье. Мама в своё время встречалась с условным господином Б., который всем хорошо, всем пригож, талантлив, необычаен, уникален, отлично зарабатывает и вообще. Папа талантлив в своём более узком сегменте (он хирург), но при этом не блистает на экранах, не носит домой миллионы и не заставляет девиц вокруг дуть кипятком. Бабушка как занудный трикстер и комический элемент постоянно нудит, что вот надо было за господина Б. выходить. А главный герой всеми силами старается примирить маму и папу, вступивших в кризисный период их жизни. Идеальная схема почти любого семейного конфликта со своими подстрекателями, запретными плодами, нелепыми влюблённостями и попытками склеить всё воедино. Не всё так сахарно в семейном советском королевстве. На нынешнюю почву так вообще ложится на ура.
Ещё одна приятно порадовавшая вещь - отношение к профессии, которую молодому человеку предполагается выбрать на всю жизнь. И это совсем не то советское чересчур восторженное отношение ко врачам или космонавтам. Алексин предлагает нам взглянуть на профессию со всех сторон. Хирург у Алексина мало зарабатывает, пропадает на работе, переживает за каждого пациента, которые имеют коварное свойство умирать, сам берёт на себя обязательства сообщать об этом родственникам умершего. Однако при всём при этом о профессии рассказано с настоящей теплотой без лишней патоки: как люди благодарны этому человеку, что он может изменить в мире вокруг себя. Такого обзора ой как не хватает сегодняшней молодёжи, большинство представителей которой смотрит на профессии с чисто утилитарной точки зрения.

Прочитала ещё в декабре. Рецензии тогда не писались, но сейчас оставляю заметку себе на память. Очень хотела вернуться к произведениям Алексина. Помню, что в моём детстве мы с отцом точно читали "Третий в пятом ряду". Не помню, дочитал ли, не помню своих впечатлений, не помню, было ли это произведение единственным у автора в моей читательской копилке. В подборку "прочитать зимой" добавила себе его сборник повестей. Начала вот с этой - "Сердечной недостаточности".
Поначалу понравились тонко, быстро, точно, узноваемо выписанные характеры (мой любимый психологизм!). Потом я начала спотыкается об язык автора. Такое было ощущение, что он рассказывает о чём-то своём, увлекается, перестаёт замечать собеседника (читателя, меня), и начинает строить фразы одному ему понятным способом. Ну и советское время... нет, тут нет идеологии, с этим всё хорошо. Но, с каждой новой книгой автора из СССР, я понимаю, как тяжело мне теперь погружаться в атмосферу того времени, и на это есть свои причины.
А вот концовка - обожгла. Проняла.
Благо "для своих", "для дома, для семьи", ненужное, в общем, блатное благо, обернувшееся настоящей трагедией. Есть над чем подумать.
И есть желание продолжить читать автора.

В детстве я читал сборник Алексина, где все было печально и нескладно. Любопытно видеть, что к такому состоянию души автор пришел далеко не сразу, пройдя в конце 50-х – начале 60-х через аккуратно-официальный период.
В первой повести о прикарманенном паспорте старшего брата Сева Котлов мало чем отличается от Вити Малеева и других деревянных, как бы развязных, а вместе с тем милых мальчишек Носова. Все его девиации – это попытка накинуть несколько годков и попасть в кино, читальный зал и протащить с собой друга. Тут интереснее, как часто бывает, смотреть на детали советского быта середины 50-х, от оправы очков до священной тишины в библиотеке, от пиетета перед директором школы до присылаемых домой штрафов за переход в неположенном месте. И цвет паспорта – зеленый!
Вторая повесть уже живее, тут тебе и Спутник-2, и милый пафос его поиска в небе, и легкая сатира на коммуналку. Автор несколько безуспешно пытается придать шарм общественному труду в виде расчистки новопостроенного дома силами школьников, но делает он это лишь в силу так понятого им общественного договора. Коллизия же с дневником и старшим братом хороша, хоть и детектив не слишком загадочен.
Третья же часть внезапно срывает героев из относительно комфортной Москвы и забрасывает семью Котловых в Заполярье. На дворе внезапно вместо 1957-го как минимум 1961 (судя по упоминанию и Гагарина, и Титова), а герои не слишком-то выросли за 4 года, такая вот авторская условность (так часто в циклах делают, их герои взрослеют куда медленнее реального времени). Тут любопытно многое, от того, что отец героя вдруг оказывается специалистом по вечной мерзлоте (чего он в Москве-то делал), что едут они в Заполярск (по Енисею от Красноярска), который, как догадается почти любой читатель, на самом деле Норильск.
Странная это, на мой взгляд, традиция. Почему было принято переиначивать названия городов? Энск вместо Пскова у Каверина, Севастополь без названия у Крапивина. Думаю, множить примеры можно долго.
Добираются герои в Красноярск из Москвы на Ту-104, мир тогда менялся на глазах (герои все сетуют, что летят не на Ту-114). Заполярск-Норильск показан в повести как новый, молодой город, построенный буквально только что москвичами, ленинградцами и киевлянами. Про Норильлаг, конечно же, упоминания нет.
Если я позволил себе начать со сравнения с героями Носова, то можно тем же и закончить. Первая и вторая повести о Севе Котлове находятся на уровне «Приключений Незнайки», третья почти дотягивает до «Незнайки в Солнечном городе» (Севу мы видим в Норильске только во время полярного дня). Судя по всему, автор исчерпал возможности темы, так что аналога «Незнайки на Луне» не появилось.

"Отвыкнут разговаривать друг с другом, - рассуждал я. - А потом..." Мне стало страшно. И я твёрдо решил помирить маму с папой.

Я люблю с помощью фотографий наблюдать, как с годами меняются лица людей. Но выражение лиц с годами почти не меняется.