Здесь трудно жить, когда ты безоружен

В 2021 году со мной произошло замечательное событие. Я познакомился с жизнью и творчеством Бориса Рыжего.

Передо мной открылся молодой, начитанный, талантливый юноша; поэт, бунтарь, хулиган. Неприкаянный странник и проклятый поэт, по недоразумению или какому-то злому умыслу, вынужден был попасть в один из самых страшных временных отрезков российской истории.

В Борисе Рыжем можно найти сходство с Есениным, Маяковским, Пушкиным... Во многих строках его произведений чувствуется воспитание на русской классике, родство с ней и любовь к ней.

Его поэзия наполнена страданиями, одиночеством и некой чужеродностью...
Маргинальные, любовные и исповедальные мотивы прослеживаются в ней. Во всяком случае жестокая среда улиц , воспитание, нравы и образ жизни тех людей, под которых он вынужден был мимикрировать, переданы восхитительно.

Он страдал из-за того, что не мог быть вместе с теми людьми, которыми он восхищался и которых любил. Ведь кем бы не был Борис для друзей, семьи, знакомых... Его первоочерёдное призвание — поэт. Которое и составляло главную трагедию его жизни.

«Просто его мучил стыд от того что жив» — как говорил его близкий друг. Стоять на руинах распавшейся страны, наблюдать гибель стольких людей и рассказывать об этом так, как можешь — стихами.

Я детально изучил его биографию, посмотрел несколько фильмов о нём и был рад тому, что познакомился с творчеством ещё одного замечательного человека и поэта.

Я бы даже назвал Бориса Рыжего последним великим, русским поэтом двадцатого века. Ведь он так чётко, со всей правдивостью, без приукрашиваний описал весь быт и проблемы того времени, в котором его тонкая и ранимая душа, вынуждена была медленно сгорать.

На мой взгляд смерть его была неизбежна. Ведь душа поэта, сравнима с бабочкой. Таким хрупким и неземным существом; обломаешь крылья и подпишешь тем самым ей приговор на скорую и неизбежную смерть.

Я хочу сказать спасибо Борису Рыжему за его творчество и выразить восхищение его талантом. Хотя с нами его нет уже около двадцати лет, но стихи живут. Их не уничтожит ни смерть, ни время... И это также не может не восхищать.

Оказалось, я читала Рыжего в сборнике, а не врассыпную, отдельными стихами, шесть лет назад. Тогда поставила нейтральную оценку, теперь – четыре из пяти; наверное, стала больше принимать в нем, хоть блатная романтика так и осталась тем, что отторгает. Я не голубых кровей, но мне это совсем не близко.

Я люблю совсем молодого, раннего Рыжего, роднящегося с Маяковским, обещающего «строкой порвать ушные перепонки» и небо «размыть своими слезами». Люблю находить его переклички с предшественниками. С Давидом Самойловым:

«Сороковые, роковые, Военные и фронтовые, Где извещенья похоронные И перестуки эшелонные».

«Восьмидесятые, усатые, хвостатые и полосатые. Трамваи дребезжат бесплатные. Летят снежинки аккуратные».

С Борисом Пастернаком:

«Я больше всех удач и бед За то тебя любил, Что пожелтелый белый свет С тобой — белей белил».

«А я из всех удач и бед за то тебя любил, что полюбил в пятнадцать лет, и невзначай отбил…»

С Лермонтовым, Бродским… Но лучшие его стихи – оригинальные, только свои.

Со временем он становится все более удрученным, юношеская грусть сменяется черной, ядовитой правдой ранней зрелости, и не верится, что этот человек покончил с собой в 26 лет. Заметно, как он все меньше нравится даже сам себе, как осознает, что плох, грешен, неудачен.

Стихи провинции, стихи окраины Свердловска (Екатеринбурга) – нарочито неотесанные, циничные, с проблесками нежности и высоких помыслов – будут близки только тем, в ком уже в раннем возрасте сидит какая-то червоточинка. Это стихи не оптимистов, не гармоничных личностей, что вы. Собственно, только первым и советую.