Хочу прочитать
LarisaKozlovskaya
- 385 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Русский ответ "Пятидесяти оттенкам серого" - ровно с теми же проблемами, впрочем.
Язык корявый, постоянно было ощущение, что читаю чей-то блог в жж. Ни малейшей возможности вообразить, что дневник Лили был переведен с французского, больше того, не создается впечатления, что герои сами говорят на французском - то тут, то там используется вяленькая игра слов, возможная только на русском.
Герой-любовник собрал бинго "Мужчина, с которым не стоит встречаться" еще до двухсотой страницы. Никакой "романтики БДСМ" тут нет, все, что показано - обыкновенное, увы, психологическое насилие. "Мне больно делать тебе больно и вообще я тебя уважаю; да я сама себя уважаю" - это все сказочки венского леса, при чем, в тексте вовсе выглядят насмешкой. Не знаю, какого эффекта добивалась писательница, если того, чтобы читательниц на веки вечные отвратило от мужчин подобного типа - то, во-первых, ей это прекрасно удалось, а во-вторых, если я угадала, честь ей и хвала, от таких разумней бежать, чем потом сидеть или в психушке, или в тюрьме за то, что ножом его пырнула в конце концов, когда его "проверка на прочность" выйдет из-под контроля. А то вроде как видно, что козел, а посадят как за человека. (Ну вот, откуда во мне эта кровожадность? Вот это книжка должна в читательницах будить? Потому что ничего иного как-то не пробуждается. Героиня, собственно, сама с ножичком являлась ближе к финалу, но таки нишмагла.)
Чудовищно антисексуальная книга, хотя и (подозрительно) напоминает фабульно фильм"Дикая орхидея". Нужно срочно чем-то "зачитать поверх". И забыть, как страшный сон.
Конец в целом вялый, невнятный, не взрывной. Но, по крайней мере, не сусальный - и на том спасибо. Среди вороха вредных установок "вот так надо и это любовь" нет хотя бы "ты его перевоспитаешь". Не, я многие книги люблю, в которых излагаются чудовищные события, но терпеть не могу, когда автор навязывает читателю: так надо, а так нельзя, вот за такого мужчину держись, а других брось.
Алекс переплюнул даже героев де Сада, те хоть честно говорят - да, я мразь (и все-таки внятно трахаются, а не развешивают ноги и тукают сосками, как в "Коклико"). Этот из себя строит страдающего мишку и наматывает героиням на уши лапшу "а я просто несчастный и жить мне плохо", как будто во всем мире он один такой. Да он даже в книге не один такой! И ни война, которую он одним глазком повидал, ни смерть близкого не дают права мучить двадцатилетнюю наивную девочку просто потому, что "ну прикольно же, гы, мне вот от этого легче." Этот "внутренний мальчишка", которого так хочет разбудить в себе Алекс - да знаем мы этого мальчишку. Джек Меридью зовут, из "Повелителя мух" пришел.
Но Лили при том предлагается "отказаться от оценок". Затушить свой гнев. Это подлая позиция. Со стороны писательницы. Подлая и вредная. Лили имеет право на обиду, на гнев. Алекс не "не был ей ничего должен", он был с нею всегда нечестен, играл в притяни-оттолкни, как по учебнику, и я только надеюсь, что Ирина Кудесова писала не по собственным воспоминаниям этот текст.
Все второстепенные персонажи - на одно лицо. Есть неотразимый Алекс, которому покоряются все, ну абсолютно все встречные женщины, есть Лили, которая главная героиня просто потому, что дневник ведется от ее имени, а также ватага невнятных мужчин-персонажей, которых начинаешь быстро путать одного с другим (я запомнила только того, которого описали как "помесь Мика Джаггера и крысы" - просто из-за сравнения такого), вереница женщин с тяжелой судьбой, которые все равно ведут себя ровно одним способом: как "сучки-разлучницы", и, разумеется, все они с превого взгляда покорно влюблены в Алекса, за редким исключением, под которое попадают те, кто его не встречали. У Беаты и Фанты очень интересные предыстории, но они не оказывают никакого влияния на то время повествования, в котором присутствует Лили. Обе они вдруг - а с ними вместе и Каролин до кучи - циклятся на Алексе, забывая весь остальной мир. Фанта из-за этого еще и выглядит героиней, до предела неправдоподобной.
В целом, все персонажи "немножечко твари". Даже Лили, потому что в дневнике нет-нет, а проскальзывают сентенции "эта дура, та дура, кругом одни дуры, а у меня зато не вымя, а грудь". Единственные персонажи, которые могли стать в сюжете примером нормальности - художница Мила и художник же Денис - занимают меньше одного процента в тексте.
Однако ставлю все же не одну звездочку и не половину за то, что читала с большим интересом, увлеченно переворачивая страницу за страницей. Было интересно, до каких пределов мразотности может дойти Алекс.
На обложке романа написано: "это история о тебе". Упаси Гоголь от таких историй всех Лили и не-Лили на свете.
Напоследок хочется сказать читательницам: если вы однажды встретите мужчину, который будет бороться с вами за вас же, скажите ему "досвидули" и смените номер телефона. И купите перцовый баллончик, а то мало ли, вдруг однажды его черный воронок, то есть, "Лексус", будет поджидать вас у дома на переходе.

Самиздатники - это те бойцы в литературном мире, которые, вооружившись лишь своей книгой (без издательского тыла) с открытым сердцем идут в народ, ближе к своему читателю. Наверное, чтобы стать самиздатником нужно иметь смелость, авантюрность, решительность и уверенность в своем таланте, ведь продвигать самостоятельно книгу сегодня - это огромный труд и ежедневная занятость. В интернете я прочитала, что Ирина Кудесова, автор романа Коклико, долгое время работала с Издательствами АСТ и Эксмо, но сейчас решила отправиться в свободное плавание, издаваться и продвигать себя сама! И эта смелость мне бесконечно импонирует. К тому же писательского таланта Ирине, прозаику, журналисту, переводчику, автору 4 романов, не занимать: Коклико - очень философский и сильный женский роман, и, в то же время, он читается очень легко: язык мелодичный, словосочетания необычно красивые, описания городов и их атмосфера очень живая, даже эти маленькие карандашные рисунки на полях они как крючки, за которые цепляешься и полностью погружаешься в историю молодой француженки Лили. Ощущение того, что читаешь дневник девушки втайне от нее не покидает до последней страницы. Иногда просто хотелось прокричать : Стоп, Лили, не делай этого!, - понимая, что на почти такие же грабли наступала и я когда-то в своей юности. Мне кажется, ее история близка и знакома многим взрослым уже девушкам. Роман затрагивает такие вечные темы как Отношения матери и дочери, поиск себя, отказ от оценок, взрослая любовь, "необычные отношения", жизнь после потери любимого человека, прощение и многие, многие другие. Действие романа происходит в разных странах, здесь очень много моего любимого Парижа, так и кажется, что вместе с героями и я брожу где-то на Монмартре или в солнечном Марсельском порту, неожиданно оказываюсь в душной Севилье, потом в северной Канаде, тропическом Мадагаскаре и даже на военных Балканах. В отличие от других читателей, кому роман напомнил 50 оттенков серого, мне показалось, что он очень в стиле Ф. Саган "Здравствуй, грусть!" - такой же легкий, такой же глубокий и вдумчивый и с немного меланхоличным послевкусием. Думаю, книга станет прекрасным и, самое главное, необычным подарком (ведь сейчас мы так редко дарим кому-то книги) всем молодым и взрослым женщинам и будет оценен ими!

Я изучаю французский язык и купила книгу именно поэтому – хотелось «французской» истории (автор живет во Франции). Я не знала, что означает слово «коклико», но в словарь смотреть не стала, не хотелось спойлеров.
И вот я открываю книгу и просто проваливаюсь в нее.
Да, сюжет увлекательный, но самое для меня сильное – я филолог, и кое-что понимаю в литературе – это язык романа. Великолепный, изящный, подвижный. Когда текст идет от имени героини Лили (мы читаем ее дневник), интонация несколько иная, нежели в авторском повествовании. Возможно, для большинства читателей это не имеет особого значения, но первое, что я делаю, когда беру в руки книгу – раскрываю ее наугад и пробегаю глазами страничку. Даже если захватывает, но форма не соблюдена, я никогда не куплю.
Здесь все наоборот. Морок красивого языка...
Не хочется перепечатывать много, вот пример:
И второй:
В первой части романа Лили всего 19 лет, она немного наивна, у нее – идеалы, мечты, убеждения, которые сейчас принято называть «ограничивающими». И дневник ее отражает это внутреннее «девичье» состояние – можно даже ошибиться, подумать, что на протяжении книги «так и будет». Нет, это только марсельский период, период иллюзий, жизни в родительском доме. Потом начинается новая жизнь в Париже, и мы заглядываем в ее дневник не сразу, а спустя некоторое время… И сквозь строки едва узнаем прежнюю Лили… Для меня это была чудесная лингвистическая игра.
Игры там много. И если вести речь не только об игре слов (и словами), то я бы отметила ту самую игру, которую ведет герой – именно она захватывает внимание и не отпускает до последней страницы.
Он играет с героиней – только пойми во что… В кошки-мышки? В любовь? В нечто большее (да, большее, чем любовь)? Мне кажется, что да, последнее. Потому что он добивается того, чего добиться так трудно: Лили растет… пусть, через страдание, непонимание, что называется, «через тернии к звездам» – банальное выражение, но ведь и верно, измениться получается только тогда, когда что-то в себе преодолеваешь. К сожалению, большинство людей – даже сильных – сами не могут делать решительные шаги, и это подарок судьбы – когда появляется человек, толкающий тебя вперед.
В конце (кстати, спасибо автору за отличную концовку!) мы видим все ту же Лили – нет, это не «совсем другой человек», потому что тогда получилось бы, что герой – Алекс – сломал ее. Нет… это та самая Лили, которую мы полюбили, но сумевшая раскрыть себя. И если бы не Алекс, она не пошла бы дальше с той минуты, когда у нее в жизни «сложилось». Увы, большинство из нас не совершает решительных поступков, когда все хорошо.
Образ новой жизни в романе – это фламенко. Лили мечтает танцевать, но ее преподаватель останавливает ее:
И лишь прожив все эти чувства, пройдя по краю пропасти (как пишет Лили, «чертов Алекс!), героиня может наконец надеть алое платье фламенко.
У каждого из нас есть свое «фламенко». И дай бог нам каждому такого «Алекса», чтобы мы все же дошли до того, чтобы коснуться своей мечты.
Другие издания
