Бумажная
749 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
" - Другого пути все исправить, кроме конца света, нет?
— Как вам сказать? Мне кажется, все настолько чудовищно неправильно, что легче все сделать заново. На месте Вселенной я поступил бы так же. Просто признал бы, что с первого раза не получилось" ©
Жеке двенадцать лет и он писатель. Пишет не абы что, а целый роман о конце света. Каким он будет? Как его распознать? И кого спасать, взяв с собой в свою новую версию Вселенной? Тем временем реальный мир становится все более несовершенным — Жека перестаёт оправдывать надежды своих родителей, в школе проблемы, с друзьями — разлад, и только дедушка, самый лучший и мировой на Жекиной стороне.
Очень необычная и прекрасная, пронзительная повесть о чудесном мальчишке, проблемах взросления, о горечи потери и радости приобретения, и, о нашем таком несовершенном мире, в котором мы являемся всего лишь песчинкой, растворенной в вечности. Во время чтения этой книги невозможно удержаться от смеха и... от слёз.
Повесть «Вселенная. Новая версия» — победитель премии им. Крапивина (2016) и это так здорово сознавать, что автор качественной современной подростковой прозы говорит с нами на одном языке.
Случайная цитата: Пока дети маленькие — их любят все. Ими гордятся, демонстрируют знакомым. Сюси-пуси. А лет с двенадцати... Кажется, они вообще никому не нужны. Взрослые, кому некуда деться, сжав зубы, пережидают, пока они вырастут. Посторонние просто обходят их стороной на всякий случай. А ведь подростки — довольно большой процент населения.

Ася Кравченко
4,2
(52)

И снова книга, где главный герой – подросток, школьник, юный мыслитель, который тоже, как и герои предыдущих книг, пишет. Только не дневник, а целую настоящую книгу. О конце света.
Главного героя этой книги зовут Жека. Ему двенадцать лет, он умница и бунтарь. Много думает, живет осознанно, а это ох как трудно в наше время, когда гораздо проще идти в ногу со всеми и подпевать хору, а не пытаться прозвучать своим голосом, соло.
Жека не понимает многих простых вещей. Например, почему учительница, которая искренне любит поэзию, все портит своими дурацкими вопросами о том, что хотел сказать автор? И почему все книги, прочитанные в школе, нужно обязательно препарировать и расчленять на основные мысли и идеи? Почему нельзя просто читать их и любить, молча?
Да, ему определенно есть что сказать. Поэтому Жека пишет книгу о конце света. И в самом деле, как же ее не писать, когда мир теперешний выглядит так, будто он уже накануне апокалипсиса. Выйдешь во двор – качели сломаны, мусорный бачок перевернут, а на скамейке то ли пьяный лежит, то ли труп… Вот и разберись, это уже конец света – или обычные будни в обычном городе?
Тут и правда захочешь, чтобы конец света наступил. А потом? Потом будет начало света! Начало нового мира, и уж на этот раз пусть бог все сделает правильно. Вообще-то Жека не очень верит в бога, но иногда все-таки к нему обращается. Не с молитвами и просьбами, нет. Так, с размышлениями о том, например, как это богу удается всех сразу услышать. И почему, если бог всевидящий, то он допускает все то, что творится в мире нехорошего.
Нет, если Жека во что-то и верит, то – в жанфутизм. В наплевательство. Это дедушкина теория. Скорее всего, вымышленная. Дед у Жеки очень своеобразный. Он напевает неприличные песенки, кормит бездомных собак, смешит оркестр, сбивая музыкантов с ритма, учится ездить на велосипеде (и падает, конечно) и иногда под настроение уходит погулять по городу и теряется. А мама и Жека потом его ищут.
Папа у Жеки тоже есть. Он большой начальник и считает, что все проблемы легко решаемы. Своего сына он, разумеется, хотел бы видеть одним из лучших. И Жеке жаль, что он не оправдывает доверия. Но что поделать? Ну не выходит из него вундеркинда, несмотря на лучшую школу, множество репетиторов и все те штуки для творчества, которыми папа наполняет дом.
Впрочем, один раз краски по ткани пригодились, как и знание иностранного языка. Чтобы написать на майке ругательный слоган и в таком виде отправиться в школу. Желтое на черном. Эффектно. А для тех, кто в состоянии прочитать и перевести надпись, – еще эффектней.
А главное, по этой дурацкой надписи можно отыскать своих. Тех, кто такой же «не от мира сего» и не хочет вписываться в рамки и шаблоны. И тогда наконец-то будет с кем встретить конец света. И Вселенная получит свой второй шанс.

Ася Кравченко
4,2
(52)

...Тем круче, когда эксперимент удался на пять с плюсом.
Итак, ребенок пишет роман о конце света. И параллельно ищет его признаки в мире реальном. И приходит к выводу, что все происходит в действительности. Да, мир несовершенен. Несовершенен настолько, что, пожалуй, стоило бы переписать его набело. Это тем острее чувствуется, когда человеку двенадцать лет, и папа с мамой усиленно растили из него лучшую версию себя. И вот наступает момент, когда «лучшая версия» вдруг начинает понимать, что папа с мамой, кажется, немого уже не те. И Вселенная, кажется, потихоньку начинает распадаться. И одноклассники какие-то инфантильные. И нелюбимая училка со своим Пушкиным – вдруг становится предельно ясно, где этот Пушкин у нее сидит уже давно…
Я очень люблю современных наших авторов, но как-то все равно казалось, что времена Вольфа, Голявкина и Погодина миновали, и такой силищи не предвидится даже от лучших. Все мельчает, это естественный процесс, это нормально, зато сюжеты, зато острые темы, зато фантазия… Но я был не прав. Эта книга прямо-таки из вольфовской обоймы: та же глубина, те же интонации, только время и место другое. И новая версия Вселенной всегда на ступеньку выше предыдущей. Пожалуй, лучшая из детских новинок этого года, которые довелось прочесть.

Ася Кравченко
4,2
(52)













