Эдгар По и его сочинения

Для меня неожиданным открытием стало, что Жюль Верн нашёл вдохновение в творчестве Эдгар По. О чем рассказал в эссе, подробно разобрав приглянувшиеся ему работы североамериканского писателя. Два этих писателя кажутся мне настолько разными, что влияние одного на другого выглядит просто фантастикой. Вот такой каламбур )))

Оба писателя фантасты, но очень разные. Приключенческая литература Жюля Верна, написанная живым языком с филигранно вплетённым научно-техническими подробностями и мистические рассказы Эдгара По. Что может быть более далёким друг от друга?

Тем не менее, творчество По оставило отпечаток на Жюле Верне, возможно, именно благодаря По мир узнал талантливого писателя в жанре приключений. В начале 1860-х годов Жюль Верн разочаровался в комедиях, которые он писал. Ведь денег они ему почти не приносили. Может быть именно “Приключения некоего Ганса Пфааля” натолкнули француза взяться за перо и вместе с героями отправиться в путешествие, а не писать очередной водевиль.

“Новелла «Приключения некоего Ганса Пфаалля» очень интересна. Только я поспешу вам заметить, что в ней По преступает самые простые, элементарные, физические и механические законы; это меня очень удивляет в некоторых сочинениях По; немного подумав, автор мог бы сделать эти истории более правдоподобными: но так как здесь мы будем читать о путешествии на луну, то не следует быть слишком взыскательными в отношении средств, выбранных для этого путешествия”

, — вот что пишет в своём эссе Жюль Верн про новеллу По.

Многие романы Верна выросли из творчества По: “Ледяной сфинкс” — продолжение “Повести Артура Гордона Пима” По, написанное спустя 46 лет после смерти американского писателя; “Вокруг света за 80 дней” — вдохновлены рассказом “Три воскресенья на одной неделе”; а сколько шифров и секретных посланий позаимствовал Верн из рассказов По! В эссе Верн так говорит про новеллу По “Золотой Жук”:

“новелле “Золотой жук”, в которой герой Эдгара По выказывает необыкновенную проницательность <…> Когда По увидел это собрание цифр, точек, черточек, точек с запятыми, скобок, то объявил, что все-таки ничего не понимает. Вы сказали бы то же самое, любезные читательницы. А романист разбирает эту путаницу очень ловко и искусно.

Первый представившийся вопрос был: на каком языке это написано? но игра слов в имени Кидд доказывала, что надо читать по-английски, потому слово это существует только в этом языке.”

И все эти криптозагадки мы потом наблюдаем в “Детях капитана Гранта” или в “Путешествии к центру земли”.

Жюль Верн не сразу нашёл “своего автора”, чьими работами он вдохновлялся. Радклиф для Верна писала слишком жутко, Гофман — слишком фантастически, а в творчестве По французский писатель нашёл ту самую золотую середину, которая ему откликнулась. Герои Верна тоже не совсем “нормальные”, но если персонажи По слишком чувствительны, то у Верна они менее склонны к романтике, зато их чудинка проявляется в другом. Влюблённый в море учёный-океанолог Немо, который ушёл от других людей под воду, потому что считал, что только в море человек может спастись от несправедливости общества. Филеас Фогг, спустивший кучу денег на идею кругосветного путешествия.

“Его [По] иногда сравнивали с двумя авторами: английским — Анной Радклифф, и немецким — Гофманом; но Анна Радклифф описывала такие ужасы, которые нет ни какой возможности объяснить естественными причинами; сочинения же Гофмана были чисто фантазии, не допускаемые ни одним физическим законом. Не то находим мы в произведениях По; лица, описываемые им, могли бы существовать; они в высшей степени человечны, хотя и одарены чрезмерной чувствительностью, нервны до крайности; это большей частью исключительные существа, как бы гальванизированные, какими были бы люди, если бы им пришлось дышать воздухом, содержащим очень много кислорода, и жизнь которых была бы только весьма быстрое горение. Лица эти если не сумасшедшие, то близкие к помешательству, потому что слишком напрягали свое воображение; это самые тонкие аналисты, которые, отправляясь от какого-нибудь незначительного факта, додумываются до абсолютной истины.”

В эссе 4 главы, в каждой из которых Верн разбирает новеллы По, в том числе и с научной точки зрения.

Эдгар По сегодня считается одним из родоначальников детективного жанра и мистического направления, но в свое время не был столь признан и популярен, да и вообще судьба его незавидна и грустна (и к слову описана в том числе в этом эссе). Жюль Верн - еще один писатель, культовый и популярный своими приключенческими книгами и научными тематиками в оных. Поэтому такое комбо нельзя было пропустить - прочесть эссе Ж.Верна о творчестве Э.По. Уж не знаю причину, но эссе адресовано женщинам, так что я попала в целевую аудиторию, запланированную автором:

Позвольте мне, любезные читательницы, рассказать вам о знаменитом американском писателе, Эдгаре Поэ; имя это, вероятно, вам известно, а потому я желаю познакомить вас и с произведениями его. Они, так же как и сам автор, занимают важное место в истории фантазии, потому что Поэ создал совершенно особый род сочинений, его можно назвать основателем школы чудесного. У него были подражатели, которые старались превзойти его, но не один из них даже не сравнялся с ним.

После краткого описания многострадального жития Эдгара По, Верн переходит к комментариям его творчества. И прежде всего пытается его категорировать, сравнивая с тогдашними писателями и выделяя особенности нового жанра мистики. Но более всего он уделяет внимание тем самым "зачаткам детектива", описанию логических выкладок и наблюдательности персонажей, которые приводят к красиво структурированной разгадке данной в сюжете загадки. Но тут обязательно стоит учитывать, что Верн пересказывает ряд сюжетов, разбирая их, а потому не читавшему сами рассказы По есть риск нахвататься спойлеров.

Теперь я перейду к новелле «Золотой жук», в которой герой Эдгара Поэ выказывает необыкновенную проницательность; я должен буду приводить многие места из этой новеллы, но вам это не будет неприятно, уверяю вас; вы даже несколько раз перечитаете ее.

А вот обещания Верна о появлении желания перечитать новеллы действительно работают, он очень бережно и увлекательно разбирает сюжет на составляющие. Причем старается не просто анализировать действия героя или описания автора, а найти объяснения происходящему. Тут и про историю создания (ответ на банальный вопрос на все времена - как автор придумывает свой сюжет) и про персонажей, и про идеи автора, вложенные в уста героев. Кроме того Жюль Верн, этот верный популяризатор науки от литературы, не мог оставить в стороне то, как выбранный им в качестве предмета анализа писатель, обращается с научными фактами, общепринятыми в то время. И приходит к выводу, что, с одной стороны По умело подмечает малоизвестное, крайне убедительно подает даже явную выдумку, противоречащую законам той же физики, а потому По - талантливый материалист, способный изобрести свои научные законы.

Оставив в стороне непонятное, надо удивляться, в сочинениях Поэ, новости положений, выбору малоизвестных фактов, его уменью наблюдать болезненные ощущения в человеке, выбору сюжетов в его сочинениях, его героям, всегда отличающимся болезненным нервным темпераментом. И, между тем, не смотря на все невозможное, его описания иногда до того правдоподобны, что читатель невольно верит им. Позвольте мне теперь обратить ваше внимание на материалистическую сторону его историй; в них никогда не заметно вмешательства провидения. Поэ, по-видимому, не признает его, и старается все объяснить физическими, законами, которые при нужде, сам выдумывает.

Эссе состоит из четырех разделов и детально препарирует рад новелл По, показывая авторский верновский взгляд на творчество заморского писателя.

Во Франции первые книги По были переведены Ш. Бодлером, что вдвойне радовало Ж.Верна, а после появления «Тайна Мари Роже» начинают появляться уголовно-сыщицкие новеллы и романы. По заложил и разработал детективные, научно-фантастические и психологические жанры новелл.

Эдгара По можно было бы назвать «главой школы странного», потому что в своих книгах он раздвинул границы возможного

Это небольшое эссе напоминает скорее презентацию или краткий обзор основных рассказов американского писателя. Жюль Верн восхищался и вдохновлялся манерой изложения, полетом фантазии и мысли, психологичностью произведений, чувствительностью на грани нервозности и наэлектризованностью героев Эдгара По, то как совмещалась наука и литература.

Несомненно Ж.В. привлекали детективные "логические истории" с их точностью, скрупулёзностью, безупречными логическими построениями, с героем, живущим уединенно, у которого дотошный и аналитический ум.

Если герои По и не сумасшедшие изначально, то совершенно очевидно, что они должны прийти к помешательству, ибо злоупотребляют своим мозгом так же, как другие — крепкими напитками. Они доводят до предела свои способности рассуждать и делать выводы; это самые глубокие аналитики, каких только можно вообразить: отталкиваясь от самого незначительного факта, они добираются до абсолютной истины.

Привлекает в рассказах акцент не на преступлении и не на расследовани, а на человеке ведущем его. Это Легран в «Золотом жуке» и Дюпен в остальных трех. А поверхностный не особо динамичный слой компенсируется напряженным интеллектуальным и внутренним. По раскрывает сам процесс мышления, его принципы и логику. Герой проявляет необычайную эрудицию, анализирует, сопоставляет факты, подвергает сомнению всякую деталь и всякое предположение.

Верн, конечно же, не оставил без внимания в своем обзоре и научно-фантастические новеллы, которые иногда были и с альтернативными законами физики. Как, например, в рассказе про приключения некоего Ганса Пфааля, преступника, безумца и убийцы, решившем сбежать от долгов на Луну. (Кстати, его рассказ «Путешествие на воздушном шаре», в поздних изданиях - «Драма в воздухе», немного подражает этой истории про Ганса.) Но не эта своеобразная физика впечатлила Верна, а задумка об обитателях Луны, их интересной физиологии, свормированной в условиях необычной атмосферы Луны (да, мы помним про фантизию и воображение По), их социальный строй, и их связь с гражданами Земли и прочие мрачные тайны.

Поразмыслите хорошенько над всем вышесказанным, дорогие читатели, и вы поймете, какие замечательные страницы мог бы написать Эдгар По обо всех этих необыкновенных вещах! Но он предпочел остановиться, а в конце рассказа даже доказывает, что всё его содержание — не более чем утка. Он сожалеет, и мы сожалеем вместе с ним, о том, что описание Луны с точки зрения физики, а ее жителей — с точки зрения физиологии, морали и этнографии еще только предстоит составить. До тех пор, пока за это не возьмется более вдохновенный или более смелый ум, придется отказаться от познания особой организации лунных жителей, их манеры бессловесного общения между собой и в особенности связи, устанавливающейся между нами и обитателями спутника Земли.

Так же ему не давала покоя неоконченная мистическая повесть с открытым финалом "Приключения Артура Гордона Пима из Нантакета", и Верн пишет продолжение – приключенческий роман "Ледяной сфинкс". Кстати, Лафкрафт тоже вдохновился приключениями Пима и на свет появились мрачные Хребты безумия.

... в историях, в которых никогда и ничего не объясняется вмешательством Провидения. По, кажется, его совсем не принимает и стремится все объяснить законами физики, по мере необходимости даже придумывая их.

После прочтения эссе вполне может появится желание погрузиться в готическую, упадническую атмосферу рассказов Эдгара По, а возможно узнать его биографию, т.к Верн пользовался ненадёжными источниками и многое напутал (даже год рождения По). Он называет По апостолом материализма. И ему действительно удается виртуозно подчинить непредвиденное и невообразимое материалистическим формулам, его рассказы пропитаны цифрами, точными датами, формулами, научными выкладками и отссылками к настоящим исследованиям.

Он создает фантастическое хладнокровно, если можно так выразиться. Несчастный является апостолом материализма. Только мне кажется, что в этом не столько виноват его темперамент, сколько сказывается влияние чересчур практичного и индустриального общества Соединенных Штатов. Он пишет, думает, мечтает по-американски, то есть как трезвомыслящий человек. Отметив такую тенденцию, будем восхищаться его произведениями