Петру Ивановичу так много хотелось сказать жене, но она не замечала его, словно шкаф, или стол. Петру Ивановичу стало жаль себя, словно он умер, хотя он просто находился на подоконнике пассивным предметом.
Зина подняла Петра Ивановича, наклонила его носом вниз и стала разливать чай. И Петру Ивановичу было неприятно, что у него бежит из носа, хотя он и знал, что это кипяток, а не что другое.