Любимые книги Набокова
laonov
- 314 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Эта работа так же гениальна, как и неудобочитаема. Анри Бергсон рационализирует то, что обнаружил посредством интуиции. Он ввязался в спор между материалистами и идеалистами и предложил собственный "срединный путь".
Одна из сновных идей, доказываемых автором, что память - это не клетки головного мозга. Лично мне аргументация кажется совершенно притянутой за уши и наукообразной, а не научной, но выводы - бесспорными.
И в этом парадокс. "Материя и память", написанная в конце 19 века, как ни странно, до сих пор не устарела. Современная нейропсихология не предлагает однозначного ответа на вопрос, где хранятся воспоминания. Несмотря на постоянно улучшающееся оборудование, локализовать память до сих пор не удалось.
Материализм так и не победил, хотя ученые, конечно, не оперируют такими понятиями, как "дух", тогда как Анри Бергсон относит образы, формирующие наше сознание и представленную в нем картину мира, в область духа.
В целом, у меня позитивное отношение к "Материи и памяти", но я не стала бы включать ее в списки, обязательные к прочтению. По большому счету, эта книга мне ничего не дала и не сильно повлияла на мои представления о сознании и памяти. Если прибавить к этому довольно утомительную манеру изложения, Анри Бергсона никак нельзя рекомендовать для массового прочтения. Только для гурманов, которые не боятся продираться сквозь дебри рассуждений, по сути, совсем необязательных.

Довольно познавательная вещь, автор в данной работе пытается понять природу таких вещей как сознание, восприятие, воспоминание, память, пространство, представление, дух, реальность, прошлое, настоящее ,будущее и различное их взаимодействие между собой, затрагивает вопрос о свободе воле, пытается понять каким образом возникают образы и как впоследствии мы их отбираем. Довольно интересные понятия для ознакомления.
Из недостатков могу выделить язык повествования. Не знаю "заслуга" ли это переводчика или сам Бергсон так писал, но текст очень сложен для восприятия, часто приходилось перечитывать предложения не по одному и не по два раза, к середине предложения уже забываешь о чем говорилось в начале. Читал эту не слишком объемную книгу месяца два. Вообще данный текст можно назвать памятником причастному и деепричастному обороту. Здесь они представлены во всей своей красе.
Из сугубо личным минусов могу назвать введение такого понятия как "дух" и "душа". Как человек отрицающий и то и другое, столкнуться с данными понятиями в такой серьезной работе был несколько не готов, хотя и знал, что А. Бергсон был религиозным человеком. Нет, а чего я собственно ждал? И в описании данный момент прописан..видимо пропустил мимо ушей, если можно так сказать. А вообще, если закрыть глаза на язык повествования достаточно интересная и познавательная вещь, для общего развития самое то (главы про дух нужно, конечно, с известной долей скептицизма воспринимать).

«Борьба Духа против Времени»
О чистом восприятии и воспоминании, взаимодействии памяти и мозга, ассоциации идей и образов - обо всём этом и многом другом рассказывает книга известного французского философа Анри Бергсона «Материя и память», считающаяся одним из четырёх основных исследований учёного. Хотя повествование в книге ведётся не всегда ясно, некоторые места выглядят несколько путанными и туманными, но в целом работа, безусловно, интересная.
Память – основной объект внимания Бергсона, в своём исследовании он пытается показать отношения сознания и материи через анализ памяти, которая и является «пересечением разума и материи». Автор выделяет две различных формы памяти: память как двигательный механизм, реакция на непосредственное восприятие (сейчас её назвали бы сенсорной памятью) и образ-воспоминание (чистая память). Например, человек знает наизусть некое стихотворение. Первый вид памяти (повторение выученного стихотворения) не включает осознания прошедших событий - момента, когда стихотворение было выучено. А вот второй, которой только и заслуживает названия «истинной памяти», представлен воспоминаниями тех отдельных случаев, когда человек читал и пытался запомнить стихотворение, причем каждый такой случай не похож на другие, связан с определённой датой, особенной обстановкой.
Далее в работе рассматривается процесс узнавания с точки зрения проблемы духа и тела и обосновывается тезис, что «память – нечто абсолютно независимое от материи и не является функцией мозга». Бергсона часто критикуют за отсутствие доказательств в защиту своих выводов, большинство из приведённых им доводов – результат размышлений, основанных на собственных представлениях, поэтому не удивительно, что порой возникает впечатление надуманности и путаницы в рассуждениях. Особенно это заметно, когда автор прибегает к помощи математических инструментов, достаточно вольно обращаясь с некоторыми понятиями и явлениями. Но если рассматривать «Материю и память» не как строгое научное исследование, а как своего рода «художественное» произведение, раскрывающее мировоззрение писателя, то ряд наблюдений будет очень и очень волнующим:
Эту основную и главную идею памяти Бергсона в художественной форме великолепно воплотил Марсель Пруст: все помнят хрестоматийное печенье мадлен и два неровных камня мостовой (хотя, «в области искусства» Бергсон и Пруст понимали друг друга довольно плохо: «Поиски утраченного времени» философ вовсе не считал крупным произведением литературы, полагая, что оно «не восторгает и не ободряет душу»).
Бесспорно, Анри Бергсон был ведущим французским философом XX-ого века. Он оказал влияние на Уильяма Джеймса, Уайтхеда, Хайдеггера и значительно воздействовал на французскую философскую мысль. Идеи Бергсона привлекли и многих писателей – Пруста, Саган, Бернарда Шоу – и существенно повлияли на поэзию и литературу, а значит, и на духовную жизнь своего времени, возможно, именно в этом и заключается главная заслуга Анри Бергсона – философа с «оригинальными воззрениями».

На самом же деле мы никогда не достигли бы прошлого, если бы сразу не были в нем расположены. Прошлое, по сути своей виртуальное, может быть воспринято нами как прошлое, только если мы проследим и освоим то движение, посредством которого оно развивается в образ настоящего, выступая из сумерек на яркий свет. Тщетно было бы искать его след в чем-то актуальном и уже реализованном: все равно, что искать темноту при полном освещении.

Главная ошибка, которая, восходя от психологии к метафизике, создает в конце концов препятствия познанию как тела, так и духа состоит в том, что между чистым восприятием и воспоминанием видят только разницу в интенсивности, а не по существу. Наши восприятия несомненно пропитаны воспоминаниями и, наоборот, воспоминание, как мы покажем ниже, становится наличным, актуальным, только заимствуя тело какого-нибудь восприятия, в которое оно воплощается. Оба акта, восприятие и воспоминание, всегда, следовательно, взаимопроницаемы и всегда обмениваются своими субстанциями как при эндосмосе. Задача психолога разъединить их, вернуть каждому из них его первоначальную чистоту: таким путем разъяснились бы многие трудности, выявляемые психологией, а может также и проблемы, поднимаемые метафизикой.

Конечно, Декарт слишком далеко отрывал от нас материю, когда отождествлял ее с геометрической протяженностью. Однако, чтобы приблизить ее к нам, не было никакой нужды доходить до отождествления материи с нашим умом, духом как таковым. Дойдя же до этого утверждения, Беркли оказался неспособным осмыслить успехи физики и вынужден был, в то время как Декарт превращал математические отношения между феноменами в самую их сущность, считать математический строй вселенной чистой случайностью. Понадобилась кантовская критика, чтобы рационально осмыслить этот математический строй и восстановить прочный фундамент нашей физики














Другие издания


