С чего начинается Англия
Вызов импресарио. Прочитать произведение Джеффри Чосера.
Чосер для англичан почти так же священен, как и Шекспир. Ведь это он создал литературный английский язык. До Чосера англичане разговаривали либо по-французски, либо матом. Латынь была доступна немногим. Чосер подарил англичанам языковую идентичность, он научил их говорить по-английски культурно, тем самым отделив их и от нормандцев-завоевателей и от грубиянов-саксов, дав возможность всем наконец-то почувствовать себя англичанами, независимо от сословия.
Век Чосера – это 14-ый век, после него наконец-то в парламенте зазвучали речи на английском языке, и было понятно, и красиво, и нестыдно.
Кстати, о парламенте. Вот и поэма Чосера о парламенте, хотя и птичьем. Они обсуждают – нет, не экономику, не статьи доходов и расходов, и не тонкости системы клиринга в банковской сфере, и даже не политику, и не принятие мер для борьбы с изощрёнными преступниками вроде компрачикосов, нет. В день Святого Валентина сама Природа собрала всех птиц, чтобы они могли выбрать себе пару. Ведь, правда же, это дело важнейшее. Природа провозглашает свободу выбора, но вот свою любимицу, Орлицу, так сказать, принцессу среди птиц, она бы хотела отдать в супруги лучшему из лучших. Три претендента, три бравых орла, со всем благородством оспаривают своё право посвататься. Дебаты длятся и длятся. Не удержавшись, в них вступают и все низшие птицы – гусь, кукушка и прочие простолюдины тоже хотят быть судьями в данном вопросе, выразить своё мнение. Кто же победит? Чьё слово будет весомей? Хищников? Этих берсерков? Сапсан уже готовится.
Примечательно также предисловие и начало поэмы – поэт проводит день за книгами, повествованиями о древних, а потому, когда пришло время отхода ко сну, неудивительно, что ему снился Сципион Африканский, который привёл его к воротам дивного сада, и на них была табличка с двумя столбцами – в одном говорилось об ожидаемом блаженстве любви, в другом – о несчастьях, что эта любовь приносит. Поэт колеблется, но Сципион его ободряет и призывает вступить в этот чудесный сад, ведь поэт прежде всего – это наблюдатель. И сколько различных ликов любви видит поэт, войдя туда.
А что же птичий парламент? Как говорится, шумим, братец, шумим. И что же Орлица? Орлица отложила свой выбор ещё на год, и Природа не стала её неволить.
66 понравилось
