Да, есть железо в яйцах советских инженеров!
О существовании этой книги я узнал случайно, но прочитав обзор - понял: я хочу её прочитать.
Впервые о том, что был такой проект - ОГАС (Общегосударственная автоматизированная система учёта и обработки информации), я узнал ещё когда учился в университете, хотя и случайно. Но в то время даже в интернете информации было мало, так что мои представления о происходившем остались достаточно обрывочными.
С тех пор много воды утекло, я узнал много нового. И о том, как технические проекты реализуются сейчас и о том, как технические проекты реализовывались в СССР. Не то, чтобы мой опыт был огромным, но какое-то общее впечатление, конечно же, субъективное, у меня сложилось.
А теперь только представьте себе - все модные слова вроде Big Data, Data Science, но задумывавшиеся на полвека раньше во вполне себе современном виде! И это не преувеличение - проект ОГАС в своей финальной фазе должен был объединить все предприятия страны в трехуровневую иерархию с главным вычислительным центром в Москве и обсчитывать плановую экономику в режиме реального времени. Честно говоря, такой уровень "диджитализации" даже сейчас ещё кажется фантастическим. Тогда не было всех и слов вроде DataLake и ETL, но именно эти концепции нащупывали лидеры советских кибернетиков для того, чтобы совершить прорыв в той области, в которой США ещё не имели преимуществ; а буквально за десятилетие до этого кибернетика при Сталине ещё считалась капиталистической пропагандой... Одно слово: удивительное было время!
Кроме того, в рамках ОГАС: - каждый советский гражданин должен был получить что-то вроде цифрового ID, по которому мог бы обращаться к любым информационным ресурсам с любого терминала в Союзе. - должен был быть внедрен безбумажный документооборот (безбумажные чертежи появятся только при разработке "Бурана" в ВПК). Привет, Россия, как там в 2к19? - предполагался даже безналичный расчёт (компания PayPal в результате слияния появилась только в 1998-м), хотя уже на ранних стадиях Виктору Глушкову от этого предложения пришлось отказаться по политико-административным причинам. - программировать систему предполагалось на естественном языке (привет Siri, Алекса, Кортана и Алиса). АААА, программисты не нужны!
Бенджамин Питерс даже называет это "облачными вычислениями", хотя то, что тогда понимали под децентрализованными вычислительными центрами с большой натяжкой можно назвать современными облаками, но почему бы и нет? Что? Кто сказал "блокчейн"?
Так и хочется сказать, что советские кибернетики, видимо, были ещё и первыми SRE - их системы должны были продолжать функционировать даже - буквально - в случае ядерной войны.
Так что, на мой взгляд перспективность и дерзость проекта не могут не восхищать и тут я полностью солидарен с автором. Он, правда, даже считает, что именно нереализованность этого одного-единственного проекта стала чуть ли не конечной причиной развала СССР. Для такого предположения, в принципе, есть вполне конкретные основания: согласно расчётам Виктора Глушкова, без компьютеризации, уже к 80-м всё взрослое население Советского Союза должно было... заниматься экономическим планированием!
Стоит отдать должное автору, рассматриваются и предпосылки непосредственно проекта Виктора Глушкова: - первая волна "в защиту кибернетики": сменяется тон в газетных и журнальных публикациях, появляется свой словарь терминов и некоторое расширение концепций Винера. К слову, в России его труды стали в итоге более популярны и цитируются чаще, чем на западе. Воистину, нет пророка в своем отечестве. - "Красная Книга" и ЕАСУ (Единая Автоматизированная Система Управления) Анатолия Китова. Его история тоже достаточно подробно рассказана, в том числе и знакомство в спецхране с "Кибернетикой" Норберта Винера, а также комиссия во главе с Рокоссовским, которая отвергла его более амбициозные проекты. - более скоротечные "промежуточные" предложения: предложенная академиком АН СССР А. А. Харкевичем ЕАСС (Единая автоматизированная сеть связи) и проект Н. И. Ковалева, начальника ВЦ Госэкономсовета в 1961-1971 гг.
Так что изложение более чем последовательное. Наверное, для англоговорящих читателей это отличная историческая справка о событиях тех времен - а автор захватывает период с начала 50-хх до конца 80-хх. Хотя книга достаточно тонкая - из 300 с небольшим страниц лишь чуть меньше 100 - это приложения. На мой взгляд это и второй по значимости минус книги - такое неожиданное завершение вызывает ощущение, что книга прерывается на полуслове.
Так вот, надо понимать, что это не книга вообще не техническая. Как по мне, так это фатальный недостаток для такой книги.
Здесь не будет даже банального разбора того, мыслили ли советские создатели вычислительных систем в терминах мейнфреймов (а от этой затеи в индустрии отказались ой как нескоро, как мы знаем) или же персональных компьютеров. Ну или обзора перспективных отечественных разработок того времени, которые могли бы послужить базой для ОГАС.
Но оно и понятно - автор - Бенджамин Питерс - по профессии историк медиа. Мало ли как оно в жизни бывает, но в итоге он закономерно скатывается в такие общие материи как коэволюция техники и общества да рассуждения о том, почему предпосылки для создания чего-либо не являются условиям достаточным для реализации оного.
Местами изложение скомкано. Например, Чилийский эксперимент просто упоминается, без какого-либо анализа или углубленного контекста (правда, всё-таки несколько раз). Также нам вкратце напомнят, что примеры успешной "интернетизации" в СССР были - опять же у военных (проект "Периметр", рассчитанный на гарантированное нанесение "удара возмездия" в случае потери основного командного центра).
Разумеется, автор рассуждает о том, как воспринимали советские кибернетики функционирование общества в целом, о теоретических предпосылках этакого научного "кибернетического коммунизма". Думаю, что одно из основных достоинств этой книги и заключается именно в этой попытке показать советское общество глазами советских технократов (и, посмотреть через эту же призму на общество современное). Например, автор отмечает, что "советский взгляд на компьютеризацию" отличает восприятие экономики как саморегулирующуйся системы с обратной связью (что отлично подходит для применения кибернетики), в то время как западная традиция на тот момент рассматривала экономику как нерегулируемый "свободный рынок" (я с удивлением узнал, что этот термин появился вскоре после второй мировой войны) с разумными агентами, если пользоваться терминами теории игр.
Так что одним из фундаментальных отличий, по Питерсу, является ещё восприятие нации в данном контексте. В СССР нация - это тело, которое производит блага в реальном мире, выполняя план (достигая некий оптимиум), а глобальная информационная система должна была стать нервной системой этого тела, чтобы минимизировать постоянно накапливающуюся ошибку и увеличивать эффективность принимаемых решений. В случае осуществившегося ARPANET же, нация воспринимается как мозг, соответственно участники в ней - это нейроны, а связи между агентами - это нейронные связи. Я так и не понял, как эта философия повлияла на результат, но сама аналогия интересная.
Вернемся к перечисленным выше амбициозным планам, которые были заложены в проект ОГАС. Почему же. почему же он не был реализован? Как показывает история, сверхсложные технические проекты "военным менеджментом" управлялись в СССР достаточно успешно. Таланты и возможности, значит были?
Очень важно понимать, что ОГАС был сугубо гражданским проектом. Автор несколько раз повторяет, что "советский интернет" загубили противоречия между декларируемым и действительным: система противовесов в министерствах, блат (автор использует именно это слово; не могу не подчеркнуть бережное отношение Питерса к русскому языку: рядом с многими терминами приводится транслит в скобках, иногда даже с пояснением разницы в оттенках значений по сравнению с английским языком), в итоге номенклатура и затормозила перспективный проект, который эту самую неформальную и расточительную систему должен был заменить. Этот парадокс был везде: в лозунгах и делах, национализации частной собственности и сохранением личной, в госснабе и госплане.
Даже в самой ОГАС, которая должна была изменить систему управления изнутри, скрывается глубочайшее противоречие. Ну и конечно же, не последнюю роль сыграла преждевременная смерть Виктора Глушкова, после которой продвигать проект, по факту, оказалось некому.
Ну и напоследок - нельзя не упомянуть о Кибертонии.
Это удивительный феномен контркультуры, во многом схожий с "хакерской культурой" на Западе. Не с той, в которой ребята в капюшонах взламывают Пентагон, а той самой, на заре которой пионерами были сотрудники из лаборатории искусственного интеллекта в MIT в тех же 60-х.
Похожим образом в Институте кибернетики АН УССР города Киева сложилась своя хакерская культура. Все началось с новогоднего представления, в котором празднующим предлагалось отправиться в сказочную страну Кибертонию. В дальнейшем участникам этой "тусовки" стали выдавать даже паспорта, свидетельства о браке, а кроме того, у этой виртуальной страны была утвержденная Роботом конституция. Ах да, документы выдавались советом роботов Кибертонии.
В книге даже есть фото газеты "Вечерний Кибер" за 66-й год (с удивительном современной подписью "С Новым Кодом!"). Это вам не Cyberpunk 2077! Невольно вспоминаются сатирико-юмористические новогодние стенгазеты в Королёвском ОКБ-1, освещавших успехи и провалы минувшего года в понятной лишь "для своих" форме.
В любом случае, на русском языке о Кибертонии сейчас можно найти много материалов, в том числе и вышеупомянутых фотографий. Всем заинтересовавшимся добро пожаловать в поиск.
Подводя итог - картинка смешная - ситуация страшная проект великолепный, хоть и нереализованный, а книга - не очень. Бенджамин Питерс, конечно, ощутил советский технократический гений, стоя на берегу Волги, но книга не под стать материалу, которому она посвящена.
99 понравилось
