
Аудио
299 ₽240 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Удивительно, но эта небольшая повесть почему-то напомнила мне шолоховскую "Судьбу человека". Но я никак не могу понять, почему возникла такая ассоциация. Ведь эти две повести - ну настолько они разные, и в них так мало общего. И структурно. И композиционно. И идейно.
В основу "Повести непогашенной луны" легла история командира Михаила Фрунзе, умершего после операции зажившей язвы желудка. В общем то, что Фрунзе является прототипом Гаврилова настолько очевидно, что даже не понятно, зачем нужно было менять фамилии. С таким содержанием даже завуалировать ничего не поможет, и только одна фраза прозвучит убедительно - "все несовпадения имён случайны".
Излагается версия непреднамеренного убийства Гаврилова. То есть непреднамеренного убийства Фрунзе.То есть, как ни крути, убийства. Убийства великого человека по настоянию другого человека из дома номер первого. Переживания последнего дня Гаврилова. Его мысли. Его письма. Его ощущение приближающейся смерти. Это с одной стороны. С другой стороны быт врачей, его убивших. Поставивших заведомо ненужный диагноз и отправивших его на операционный стол - читай, на тот свет.
Значит, не такое уж непреднамеренное убийство?
Почему же возникла ассоциация с "Судьбой человека", если в этом произведении в центре стоит один только персонаж, солдат, мужчина, человек, а в "Повести непогашенной луны" Гаврилов главный, но не единственный персонаж. Да и судьба совершенно другая.
Так и не могу понять.
Но зато становится очень понятной фраза "ты нужен революции". Она просто не договорена - "Ты нужен революции мёртвым, чтобы сделать из тебя героя".

Эту книгу я получила в подарок от интернет-магазина за заказ, но я даже не представляла себе, какое сокровище приобрела в свою домашнюю библиотеку.
Я предполагала, что буду читать "Заволочье" зимой, чтобы атмосфера соответствовала. И даже после того как я получила заказ с книгой, я все ещё надеялась дотерпеть до холодов. Терпения хватило на два часа. Это все равно, что в жару знать, что у тебя в холодильнике вкусное мороженое, а ты сидишь и думаешь о том, что будешь есть его зимой, чтобы атмосфера соответствовала. Правда "Заволочье" Пильняка сложно сравнить с десертом, это скорее замороженная рыба (а ее я тоже очень люблю), в которую вгрызаешься зубами так, что от холода ломит эмаль, а язык перестает чувствовать вкус. Тогда нужно кусочек рыбы подержать на языке, чтобы он немного оттаял и потек сок. Потом немного подождать, чтобы все вкусовые рецепторы пришли в норму, и только потом брать новый кусочек рыбы. Именно такие ассоциации вызвала у меня потрясающая повесть Бориса Пильняка "Заволочье". Сначала ты даже не представляешь, что тебя ждёт. Ты только знаешь, что будет очень холодно. И точно также я зависала посреди предложения, чтобы передохнуть, придти в чувство и вновь погрузиться в мир, описанный в книге. А ещё у меня было такое ощущение, что Пильняк как заклинатель змей завораживает читателя. Ты впадаешь в транс, но не только благодаря сюжету, но и уникальному неповторимому стилю и языку автору. Я очень хотела бы привести несколько фраз из повести, но в отрыве от контекста они теряют часть магии. Цитаты Пильняка нужно приводить как минимум целыми главами, а структуру текста можно сравнить с поэтическим произведением. Я всего лишь второй раз сталкиваюсь с поэтизацией прозы (первый раз такую форму я встретила у Жоржи Амаду в романе "Мертвое море"), и это очень красиво. Попробую привести пример: на корабле, который отправляется в Арктику всего одна женщина. Прощаясь с землёй, она "ревет как тюлень". В следующий раз, когда мы встретим эту же фразу, которая замкнет определенный фрагмент текста, происходит столько событий, люди испытают столько боли и страдания, но сильная женщина все выдержала, она вызывает зависть мужчин, которые оказываются слабее духом, они перестают видеть в ней женщину, человека, а только живое свидетельство своей слабости. Ее оскорбляют и унижают, и поэтому она "ревёт как тюлень" - как тюлени на льдинах, мимо которых проплывает корабль с полностью деморализованными людьми.
Нельзя не сказать и об авторской орфографии и пунктуации, которая, как сказано в последствии, полностью сохранена. Сначала я подпрыгивала каждый раз встречая в тексте "итти" и "чорт", а также двойные тире - - , но постепенно привыкаешь и понимаешь, что это уже часть композиции, неотделимая от произведения.
В повести "Заволочье" сюжет стоит далеко не на первом месте, это основа, способ передачи автором ощущений, чувств, эмоций, поэтому каждое предложение текста проникает сквозь кожу читателя, принимая импульс от автора. Я увидела Арктику своими глазами, прочувствовала все своей кожей, "травила море" и сходила с ума вместе с персонажами повести.
Борис Пильняк уникальный творец слова, и я очень жалею, что когда-то отдала старую советскую книгу с его романами на книгообмен даже не попытавшись познакомиться с его творчеством. Поэтму теперь я буду искать снова встречи с ним, и мне уже не важно о чем он пишет, главное "как".
Есть книги после прочтения которых понимаешь, что теперь ты стал богаче, что теперь приобрел что-то, чего раньше не имел, а теперь у тебя это есть и принадлежит оно тебе не как какой-то внешний объект, а как часть тебя. Вот такой книгой для меня стала повесть Бориса Пильняка "Заволочье".

Там, где луна сошла за землю,
Оставив блики на воде,
В горах, в снегу, в заливе, в море,
Рождая тысячи других...
Там, где медведи смотрят добро,
А морж краснит глазами зло,
Где нет живых, и быть не может...
Где люди не живут совсем...
Там на полярную зимовку
Осталась дюжина мужчин.
И женщина. Тринадцать то есть.
На этом можно завершить.
Кажется, это моя первая книга об Арктике. И она оставила сильное впечатление.
Хотя читать ее было сложно, очень. Огромные абзацы из длиннющих предложений. Почти все книга - это описания, с микроскопическими вкраплениями диалогов и записей бортового журнала/дневников.
Но эти описания - чудесны. Они многословны, и повторяются, но они удивительно поэтичны. Страшная красота Арктики описана так, что в нее влюбляется помимо своей воли.
Это очень красиво и очень страшно - оказаться на необитаемом острове посреди ледяной пустыни. И пускай героев книги было немало - поначалу - но выжить удалось единицам.
И снова - это не история выживания, это ода суровой красоте Арктики. Она приняла в себя людей - и уничтожила их. Кого-то психологически, но большинство - в прямом смысле. Были люди - и нет их.
А ещё это история любви. Нелепой, короткой, недолюбви от одиночества и от страха. Потому что одна женщина на двенадцать мужчин на необитаемом острове - это страшно. И одиноко. И опасно. Потому - коротко. Можно сказать, что этой женщине повезло...
Ах да, шуба! Тут должна быть шуба. Пусть будет вот такая - на Обручеве. Или на Челюскине - тоже шуба. И тоже из Арктики.














