Бумажная
309 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Письма – самое грустное, что я читал у автора. Грустное, потому что в них прошла жизнь Буковски. Начиная с 25 лет и до последних дней, он писал в различные издательства, газеты, журналы. Переписывался с писателями и поэтами. Литература была смыслом его жизни и главной отдушиной. И письма эти, как небольшие рассказы или эссе – истории, увидевшие свет, уже после смерти писателя.
Образ, который Буковски выстроил себе, благодаря романам о Генри Чинаски (альтер эго писателя) в письмах рушится. Перед нами появляется другой человек. Не тот, у которого проблемы с законом, женщинами и выпивкой, а человек начитанный и умный. Человек, хорошо разбирающийся в классической музыке и литературе. Буковски много читал. Он любил Достоевского, Тургенева, Селина, а вот Хеменгуэя в своих письмах ругал. Так часто ругал, что кажется, не просто так. В этом было что-то личное. Вообще Чарльз ругал многих, и ко многому проявлял свою нелюбовь. Предпочитал говорить только то, что думает на самом деле.
Забавно, когда Буковски пытался объяснять, что его очередной труд – это не автобиография, а художественное произведение, что он имеет право на свободное творчество, и может писать о разных вещах, в том числе не самых приятных: «Это моя работа как писателя, я лишь фотографирую, словами, то, что вижу. Если я пишу о «садизме», то потому, что он существует. Не я его изобрел, и если в моем произведении случается какое-то ужасное действие, это потому, что такие вещи происходят у нас в жизни, я не стою на стороне зла, если такая штука, как зло, где-то и существует. Когда я пишу, я не всегда согласен с тем, что происходит».
Дочитывая последние письма из книги, мне было безумно жаль автора. Ведь, если кончились письма, значит, он их перестал писать. А это он бы стал делать только в одном случае, если бы его не стало. Не стало Чарльза Буковски – харизматичного поэта и писателя. Но я, конечно же, с ним не прощаюсь. Впереди еще не прочитаны несколько его романов, сборники рассказов и стихов. Поэтому скоро увидимся Дядя Чарли. Обязательно увидимся, на страницах ваших произведений.

Удивительно, но я ничего не читала у Буковски. И полагаю даже, что как писатель он мне не понравится и я буду потом ворчать, что слишком все натуралистично, слишком грязно, мата много опять-таки, ну и все в таком духе. И все же почему-то, увидев эту книгу в магазине, я не прошла мимо. Возможно, все дело в том, что мне в принципе всегда нравилось читать писательские дневники и письма. Да, наверное дело в этом. И я не прогадала.
Письма эти, написанные разным людям, в разное время, в разном настроении и при самых различных обстоятельствах обрисовывают портрет человека, которому есть, что сказать про искусство, про писательский и редакторский труд, про стихи и про так называемых "модных писателей". Это очень чувствуется. Но при этом он яро выступает против тех, кто учит других жить/писать/творить.
Пожалуй, до этой книги я знала про Буковски только то, что он любил кошек. Теперь же я намного лучше представляю, каким он был и чего ожидать от его книг.

Взяла этот сборник с полки. Переводчик – небезызвестный Макс Немцов. Есть у меня одна история, связанная с его переводческим эм...экспириенсом в виде «Ловца на хлебном поле», но мы сейчас не о том собираемся говорить. Как-то выходит, что для Долгой прогулки в этом году всего в моей библиотеке домашней хватает, только странно что книги не мои, а моего парня. Вот и скатилась в альтернативу, хотя поклонником такой литературы никогда не была и вряд ли стану.
Чтобы написать рецензию на Буковски, надо спиться с ним. По крайней мере пока мы перескакиваем его двадцати-тридцати-сорока-летия. Бутылка на столе, другая... И вот буквы расплываются. У меня нет печатной машинки, но есть экран ноутбука. А с моим минусовым зрением ощущение от экрана (даже если слишком близко) расплывчатые. Хотя должна признать, есть что-то интимное в эпистолярном жанре. Как будто посредством писем создаётся подлинная биография человека. Та самая, от первого лица. Правда письма хоть и переведены с попыткой сохранить стиль и особые "словечки", без второй стороны всё равно выглядят однобоко. Мы можем отследить превращение молодого козла в старого, вдруг полюбившего писательство; его движение от "проклятия" к "дару". Меня не впечатлило.
За время чтения мне дважды вспомнилась нобелевская речь Бродского, в которой он утверждал: «поэт всегда знает, что то, что в просторечии именуется голосом Музы, есть на самом деле диктат языка; что не язык является его инструментом, а он – средством языка». То есть движущая сила творчества не появляется благодаря силе воли человека, а даётся свыше. Похожее утверждал Буковски в конце своей жизни: «Когда всё получается лучше некуда, это не потому что ты выбрал писать, а потому что письмо выбрало тебя».
Это неспешное чтение не принесло мне особого удовольствия, но польза от него другая — я хочу читать ту его прозу, от написания которой он бегал большую часть своей жизни: Чарльз Буковски - Почтамт. Женщины. Макулатура (сборник) . Значит знакомство было не зря.

Душа человека либо ее отсутствие будет видна по тому, что́ он сумеет высечь на белом листе бумаги.

«Политики и газеты много разглагольствуют о свободе, но стоит только начать ее применять, либо в Жизни, либо в форме Искусства, тебе светят кутузка, насмешки или непонимание»
(письмо Джону Уэббу, конец октября 1962 г.)

Но основа все та же: если достаточно долго валяешься в дерьме - выглядеть будешь им же.










Другие издания

