Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы

«Но чтобы моё мнение не было голословным, интересующимся означенной темой могу посоветовать вот такую незаурядную книгу Книга песен. Из европейской лирики XIII - XVI веков — оно может и не совсем буквально по теме, но оригинальной любовной романтики там вволю, причём из первоисточников», — так закончил я предыдущую игровую долгопрогулочную книгу, как будто предчувствуя, что на ней сексуально-эротическая продажно-любовная тема для меня не закончится, а будет продолжена (и, надеюсь, наконец-то закончена — не люблю заниматься в этом смысле разного рода слюнотечными теоретизированиями, предпочитаю практику) книгой бонусного задания марта — от борделей и до съёмок порнофильмов будет почти полный спектр клубнично-перчёного. Вот на этом пожелании и ожидании мы эту мартовскую тему и закроем.

Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!
(М. Лермонтов «Бородино»)

А нынешние как-то проскочили…
(В. Высоцкий)

Эти два эпиграфа как нельзя лучше подходят и ко всей книге Захара Прилепина, и практически к каждой из одиннадцати её глав — одиннадцать глав на одиннадцать славных имён.

Основной и главной мыслью Прилепина в этой книге является то, что все названные в ней поэты пушкинской (хотя и допушкинской тоже) поры (так же, как и многие другие, не ставшие персонажами этого повествования, но тоже в нём Прилепиным — специально упомянутые) при всём разнообразии их собственных политических вкусов, воззрений, взглядов и убеждений (от крайне монархических и до самых смелых на тот момент, цареубийственных и дворцово-переворотных) в лихую годину военных испытаний для Отчизны и Родины (а понятие Родины ввёл в обиход как раз один из них, из тех, о ком идёт в книге речь) следовали порывам своего сердца и души и без долгих раздумий и сомнений и колебаний отправлялись в ряды действующей армии (и флота), и непосредственно и лично участвовали во всех выпадавших на их долю сражениях и битвах. В том числе и не только в войнах с супостатом на территории Российской империи и в прямую защиту её священных рубежей, и угрожавших самой целостности державы (пугачёвское восстание, война со Швецией и Наполеоновские), но и ведущиеся за пределами Отчизны и, казалось бы, существованию Отчизны никак не угрожавшие. Прилепин специально останавливается в своей книге и на этом обстоятельстве тоже и аргументированно и эмоционально (а З.П. умеет вложить в свою прозу и эмоцию и чувство) обосновывает такой выбор тех людей, о ком говорится в книге.

Знаете, вот казалось бы, что книга стопроцентно посвящена той эпохе и тем людям, в который жили её герои: уже упоминавшиеся в тексте отзыва так называемые «поэты пушкинской поры» и их время — конец XVIII – большая часть XIX веков. И это на самом деле так, ибо автор почти совсем не протягивает ниточки связей из того времени и от тех людей сюда, к нам, в наше непростое и практически смутное время, и к нам, к нашим поэтам и писателям — нашим современникам. Почти совсем. Почти . И вот этого талантливо сделанного Захаром литературного «почти» как раз и хватает для того, чтобы читатель сам протянул эту цепочку аналогий и сравнений, сам установил эти нравственно-этические связи и сравнения. Причём порой всё это выглядит едва ли не так же наглядно, как система математических пропорций, т.е. правило «креста» и всё такое безупречно математическое прочее.

Какими же аргументами пользуется автор для того, чтобы свои умозаключения сделать не голословными предположениями и тем паче ни на чём не основанными утверждениями? Конечно же это в первую очередь документы той эпохи: автобиографические и биографические записки тех времён, официальные описания походов, битв и сражений, в которых участвовали те или иные персонажи книги, выписки из наградных реляций и приказов, а также выдержки, купюры и кусочки из собственного дневникового, эпистолярного, поэтического, прозаического и философического творчества наших героев — кто может прямее и откровеннее поведать читателю, нежели человек о себе самом. Таким образом вся книга состоит из определённого рода собственных рассуждений Захара Прилепина о каждом её персонаже, сопровождаемых, вперемешку с его словами, предположениями и выводами, документальными и художественными свидетельствами современников героев книги.

Соглашаться с этим всем или спорить — тут уже дело каждого, прочитавшего эту книгу. Для меня многое оказалось и верным и важным и своевременным и объясняющим/дополняющим, т. е. актуальным. Вовремя написанная книга. И с точки зрения литературных достоинств — качественная, тут от Захара Прилепина ничего не убавишь и не отберёшь.

Но даже если отбросить в сторону все выше сформулированные смыслы книги и читать её просто как историко-биографическое произведение, то ценность и значимость нисколько не уменьшатся — любители биографий получат свою толику удовольствия, знатоки батальных сцен насладятся всем военно-походным антуражем, ценители высокой поэзии приобщатся к творчеству громких поэтических имён — на всякий читательский спрос здесь найдётся своя порция удовольствия.

А дальше, наверное, будет самым правильным просто назвать всех тех, с кем нас заново познакомил в своей книге Захар Прилепин (заново потому, что даже если мы о ком-то что-то и как-то школьно-программно «знали», то чаще всего не глубже, чем «старик Державин нас приметил в гроб сходя благословил» и тому подобное, т. е. пара строк из биографии, а кое-о ком и того меньше).

Итак, по порядку, офицеры и ополченцы русской литературы:
Поручик Гаврила Державин
Адмирал Александр Шишков
Генерал-лейтенант Денис Давыдов
Полковник Фёдор Глинка
Штабс-капитан Константин Батюшков
Генерал-майор Павел Катенин
Корнет Пётр Вяземский
Ротмистр Пётр Чаадаев
Майор Владимир Раевский
Штабс-капитан Александр Бестужев-Марлинский
Александр Пушкин

По несложной центральной идее книга «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы» известного современного русского писателя Захара Прилепина до прочтения может показаться примитивной. Подумаешь: всего-навсего сборник биографий поэтов и писателей 18-19 века, служивших в армии. Ничего нового.
Только прочитав книгу, понимаешь, что Прилепин сделал настоящее литературоведческое открытие.
Мне, как и многим наверняка, эти люди были знакомы прежде всего, как литераторы в военных мундирах и не более того. Ни о каких конкретно их боевых подвигах практически ничего не было известно, исключая конечно историю великолепного поэта-партизана, народного героя и легенды Отечественной войны 1812 года гусара Дениса Давыдова. Его биография и творчество широко известны благодаря многочисленным кинофильмам и книгам.
В книге Захара Прилепина одиннадцать повестей о жизни того или иного русского литератора неизменно наполнены анализом его творчества каждого и оценкой его влияния на стили и жанры потомков.
История человека, сумевшего выстроить карьеру от простого солдата и карточного шулера до высшего государственного сановника читается как авантюрный роман. Описание его участия в подавлении пугачевского бунта в качестве главного контрразведчика меня сподвигла внимательно перечитать «Капитанскую дочку». Удивительно, что этот человек был великим русским поэтом Гавриилом Державиным.
Сложнейшая судьба ретивого вояки, морского волка, главы Академии Российской, прослывшего ретроградом и душителем всего прогрессивного и вместе с тем автора детских книжек и основателя детской литературы в России адмирала Александра Шишкова.
Долгая жизнь, испытания и многочисленные войны, которые пришлось пройти полковнику Федору Николаевичу Глинке, автору стихотворений, ставших народными песнями, что до сих пор поются.
«Три войны, все на коне» и необыкновенная тончайшая лирика влюбленного в военную службу штабс-капитана Константина Батюшкова.
Всегда один, независим, холоден и смел до безрассудства поэт, критик, драматург имел семь боевых наград генерал Павел Катенин.
История жизни самого знатного русского поэта согласно родословной знатнее своего императора Николая I корнет Петр Вяземский, добровольцем вступившего в армию на борьбу с Наполеоном, чьи рассказы о Бородинском сражении помогли Льву Толстому в создании «Войны и мира».
Невероятный, запредельный русский байронизм короткой и яркой жизни, до самой смерти выстроенный своими поступками писателя поручика Александра Бестужева-Марлинского.
Удивительная жизнь первого декабриста майора Владимира Раевского, друга А.С. Пушкина.
А боевая биография ротмистра Петра Чаадаева явилась полной неожиданностью и по-настоящему перевернуло мое представление о нем.
И наконец наш «оберег на все времена» - А.С. Пушкин, единственный кто не был на военной службе, но всегда рвался в бой….
Одиннадцать таких интересных жизнеописаний.
И дело не в том, что З. Прилепин внимательно изучил и очень интересно рассказал малоизвестное о русских поэтах и писателях, принимавших непосредственное участие в боевых действиях, реально рисковавших собственной жизнью.
В цепочке жизненных и творческих судеб боевых офицеров – русских литераторов он нашел и очертил традицию в которой русский литератор - это воин, патриот и победитель. Их наследие глубоко прослеживается в русской прозе и абсолютно доминантно в русской поэзии.
И Захар Прилепин в увлекательной форме, просто на примерах это доказал.
Ждем продолжения.

За саму идею создания этой книги автору надо было бы навручать всех литературных национальных премий. Очень нужная книга! Хотя что это я? Национальную премию за патриотическую книгу? Блин, что-то я глупость сморозил, у нас так не принято.
Здесь представлены биографии выдающихся русских людей, внесших существенный вклад, как в развитие русской литературы, особенно поэзии, так и в военные успехи России. Охвачены восемнадцатый век и первая половина девятнадцатого. В биографиях высвечены творческие пути людей не мыслящих себя без ратных подвигов на службе Отечеству. Знаменитое выражение «пером и шпагой» это про них. Они могли на «гражданке» быть яростными противниками друг друга, и были таковыми, но объединял их тот факт, что были они патриотами.
Гавриил Державин , Александр Шишков , Денис Давыдов , Федор Глинка , Константин Батюшков , Павел Катенин , Петр Вяземский , Петр Чаадаев , Владимир Раевский и Александр Бестужев-Марлинский , вот состав представленного в этой книге взвода, который автор предложил поручить возглавить Александру Сергеевичу Пушкину , который одними из них восхищался, а с другими и вообще был дружен.
Конечно, это непаханое поле, таких поэтов-воинов гораздо больше. Как я понял, автор и не претендует на то, чтобы свой взвод считать самым достойным. И продолжение, надеюсь, следует!