
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Разочарование от этой книги тем горше, что цена её слишком высокая.
Издание красивое: бумага, шрифт, иллюстрации на уровне. Но такого количества опечаток и ошибок я ещё не встречала.
На странице 24 странный пассаж об императоре Франце -Иосифе и его пристрастии к блюду из говядины. Судите по фото.
Зачем тут слово "также"? Супруг Сисси любил это блюдо. И Франц-Иосиф также был его поклонником? Также? Но он и есть супруг Сисси.
Спишем на оплошность то ли автора, то ли переводчика и читаем дальше.
У Людовика Третьего и Людовика Четырнадцатого не мог быть один и тот же министр. Он жил бы слишком долго для этого. Наверное, имеется в виду Людовик Тринадцатый. Опечатка, конечно. Если бы не одно "но". У Людовика Тринадцатого первым министром был Ришелье, а у Людовика Четырнадцатого- Мазарини. Ну да ладно. Не столь важно и это.
Читаем далее. Глава, в которой рассказывается о Моцарте. Тут ошибки просто нанизаны одна на другую.
Первая опера-буфф Моцарта называется "Притворная ПРостушка", а не "пастушка". Опечатка. Бывает. Но беда в том, что её сюжет совсем не напоминает "Деревенского колдуна" Руссо. На сюжет Руссо Моцартом написана другая опера- "Бастьен и Бастьенна". И поженились Моцарт с Констанцией не в 1781, а в 1782 году.
Это уже начинает раздражат! Сколько ещё ошибок и опечаток в книге?
Моцарт написал "Волшебную флейту" вовсе не по заказу императора, а по просьбе своего друга Шиканедера, который и стал автором либретто.
Иосиф Второй вообще умер в феврале 1790 года. Так что говорить что-либо "незадолго до 30 сентября 1791 года" ему было бы очень сложно.
Оказывается, умерший почти за два года до Моцарта Иосиф Второй умудрился прислать композитору своих врачей, узнав о болезни Вольфганга Амадея.
Но не один Иосиф восстал из мертвых. Сен-Симон, живший во времена Людовика Четырнадцатого, о чем и написано в книге, как-то составил себе мнение о второй жене Бонапарта. Вот, чиркнул о ней пару строчек.
Знаете, дальше читать как-то совсем не хотелось, но я себя заставила. Мой мозг сломался на построении абзацев.
Они построены, как минимум, странно. Например, на странице 286 речь идёт о Сисси и её супруге, а потом, сразу же со следующей строчки рассказывается об Анне Захер. К чему? Почему нельзя было начать новый абзац, раз уж речь идет совершенно о новых персонажах?
Мне интересно, чем издательство могло бы объяснить столько ляпов в книге?

27 сентября 1529 угроза из скрытой переходит в реальную: Сулейман осаждает Вену. В австрийских официальных источниках об этом говорится так: «В XVI веке на страну напали свирепые и жадные до добычи турки». Сегодня об этом событии напоминает Турецкий парк, разбитый на месте бывших турецких военных укреплений, на северо-западе города, в двух его округах – Веринге и Дёблинге (18-м и 19-м соответственно). К нему ведет улица, которая также носит название Турецкой, – здесь расположена неоготическая церковь обета Вотивкирхе. Войско Сулеймана насчитывало 120 тысяч человек. По легенде, первыми подняли тревогу венские булочники. Именно они, привыкшие подниматься до зари, чтобы успеть разжечь печи, услышали подозрительные звуки – это турки рыли подземные ходы, пытаясь проникнуть в город. Булочники предупредили стражу. Оборону Вены возглавил граф Зальм, собравший 20 тысяч воинов. Добавим, что защитникам восточного бастиона империи Карла V пришли на помощь обрушившиеся на город ливневые дожди, предвещавшие раннюю зиму. 15 октября Сулейман снял осаду, продлившуюся 18 дней. Кому-то может показаться, что это не так уж много, но венцы придерживались другого мнения: никогда еще вражеские солдаты в столь странном облачении, в легких шлемах с султаном, едва прикрывающих макушку, вооруженные длинными кривыми саблями, не подступали так близко к собору Святого Стефана. Горожане еще долго будут вспоминать эти страшные дни. Фердинанд I, брат и наследник Карла V, отблагодарит булочников, предоставив им привилегию выпекать новое изделие из подсоленного слоеного теста в виде полумесяца – символа ислама. Так на свет появился круассан, которым сегодня можно полакомиться в любом венском кафе…

До появления вальса любой танец представлял собой строгое чередование определенных фигур. Менуэт состоял из последовательности поклонов, реверансов и мелких шажков; кадриль требовала пересечения бального зала по установленным правилам; галоп имитировал верховую скачку (разумеется, без лошади). Иначе говоря, танец был видом светского общения – непременно группового, воспроизводящего повторяющиеся элементы и, прямо скажем, скучноватого. Он не допускал никаких импровизаций. Партнеры едва касались друг друга, кланялись друг другу, сходились и расходились; танец был совершенно обезличенным и оставался таким вплоть до начала XIX века.

Среди революционно настроенных жителей Вены последователи редемптористов не пользовались популярностью; по ночам у них под окнами собирались целые группы весельчаков, исполнявших «кошачьи концерты» – то есть распевали сатирические куплеты, сопровождая пение кошачьим мяуканьем. Штраус наверняка их слышал, о чем в его «Вздохах» напоминает очень смешное «кошачье трио».













