Мишки и кошки
Виктор Александрович Чижиков – первый иллюстратор, который в детстве осознавался отдельно от текста. За озорной, уютный и солнечный мир, в котором смех и доброта, созданные динамичными штрихами и акварельными пятнами, были чистой игрой. Эта любовь пронесена через десятилетия. Но, как оказалось, Виктор Чижиков не во всем такой знакомый и стилистически однородный.
В первую очередь художник узнается по манере, которая подарила нам Олимпийского мишку. Его можно встретить в рисунках к «Игрушкам» А. Барто. Коричневый мех и официальная приветственная улыбка на мордочке игрушки, может, когда-нибудь сотрутся из памяти поколений. Но пока это один из символов детской дружбы, фасад спортивного гостеприимства. А вот совсем другой мишка появился для стихотворения З. Александровой «Мой мишка». Лирическая героиня похожа на многих девочек Чижикова – с челкой и хвостиками, в коротком платьице и туфельках с обязательными белыми носочками. Образцовый ребенок, подражающий взрослым, но в момент сильных эмоций оказывающийся таким трогательно беззащитным. И игрушечный мишка в приключениях девочки тоже оживает. Он по-настоящему улыбается, плачет, пугается и оказывается даже интереснее своей героини, потому что чистый мальчишка, без маски взрослости. Его стилизованный образ создан на контрасте с настоящими животными. Хотя и в реальном мире находит возможность для сочетания орнаментальной условности и реалистичности.
Но, пожалуй, самый узнаваемый чижиковский книжный медведь - это жестко-мохнатый, с капризно вытянутой мордочкой. Его можно найти в иллюстрациях к стихам Ю. Кушака и С. Маршака. У этого медведя характер непослушного, глуповатого, но очень обаятельного увальня. Это подросток, чей образ навеян русскими лубочными и промысловыми мотивами, с которым случаются забавные вещи, назидательный урок для маленьких читателей. Особые отношения у Чижикова были с птицами. Летающих стрижей, воробьев, сорок он всегда изображал условно, будто элементы декоративных росписей. Плоские, лишенные индивидуальности, они наполняют акварельные небеса книжных страниц бесконечным движением. И отчасти бесцельной, стайной покорностью.
Еще Виктора Чижикова невозможно не полюбить за котов. Лучших из лучших он собрал в стихотворении Кушака «Удивительный кот». Всяких мастей-оттенков, гладкие и взъерошенные, они улыбаются фирменной чижиковской улыбкой во всю пасть.
Если художник не изображает комфортный малоэтажный пейзаж, то в его композициях персонажи всегда куда-то стремительно бегут, чаще весело и задорно. Чижиков – мастер неловкого столкновения, юмористического напряжения, озадаченности, хоровых сцен.
А вот открытием стали работы для сказок Е. Пермяка. Созданные в конце 1960-х, эти иллюстрации отличаются сдержанным колоритом и совершенно иной графической манерой. Сказовую стилизацию народной мудрости в текстах писателя художник поддерживает классическими решениями, без тех индивидуальностей характеров и дерзости, составивших его славу позднее. Но хорошо прочитывается любовь к выразительности этнографических элементов, которая роднит эти рисунки с иллюстрациями переводов стихов Ю. Тувима и А. Босева. Народность у Чижикова не только задает национальную и временную идентичность, но и задает настроение для городского читателя сродни сказочной экзотике.
Чижиков не верил в чудеса, которые заменяют человеку радость рукотворности и созидания. Он смеялся над глупостью и невежеством. И позволял сбегать из городской среды на просторы родной и такой разной природы. Грустно, когда мастера уходят. Но радостно, что их труды не остаются разовыми тиражами, а продолжают воспроизводиться.
12 понравилось
