
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В кои-веки добрался до книг купленных еще на ММКЯ-2013. Эдвард Люттвак - скажем так, живой классик, гуру стратегии, советник Рональда Рейгана и многочисленных военных и дипломатических ведомств США. Собственно, данная книга - его Magnum Opus, переведенный на множество языков, и я сразу скажу, что рекомендую эту книгу всем увлеченным любителям военной истории. Прежде всего потому, что дает базис, четкое понимание вещей, которые в трудах по военной истории проходит пунктиром как нечто разумеющееся. Стратегия в изложении румынского еврея предстает четкой и логичной наукой, на базе которой можно понят как многие военные конфликты будущего, так и проводить параллели с настоящим. К примеру, читая эту книгу одновременно с развитием гражданской войны на Украине, можно примерно выделить для себя почему именно так, а не иначе действует Россия и ополченцы, зачем украинской армии тупо разрушать собственные города, и почему эта линия поведения на примере русской же истории скорее всего не сработает.
Если более подробно - то отличие Люттвака от советской школы стратегии и ее трех уровней: тактического, оперативного и стратегического выглядит в том, что он куда более простым языком дал более детальную иерархию: технический уровень, тактический, оперативный, стратегия театра военных действий и большая стратегия на уровне государств и военных блоков с двумя уровнями связей - вертикальными и горизонтальными. На очень известном примере Африканского корпуса в 1941-43 году можно легко разобрать логику Люттвака, вот знаменитые "ахт-ахт", 8,8 cm FlaK, зенитное и противотанковое оружие Вермахта, обеспечивало техническое превосходство немцев в Африке на поле боя, где господствовала логика скорее морского театра - у кого дальнобойней оружие, тот в выигрыше. Но техники мало - немцы превосходили британцев на уровне тактики, действуя пехотой, танками и артиллерией как единым целым, подставляя английские танковые войска под удары зениток, и своими, более слабыми танками действуя против грузовиков и пехоты англичан. Роммель был гением оперативного уровня, с ним немцы были искуснее и быстрее англичан на всем пути от Триполитании до Тобрука, он умело придумывал нестандартные ходы обеспечивавшие Африканскому корпусу победы на протяжении полутора лет войны в пустыне. Но и Роммелю было не под силу справиться с географическими условиями, обуславливавшими весь театр военных действий - как только немцы ушли из под посильного для логистики радиуса доставки военных поставок из Италии, то его поражение становится неминуемым, тем более, что англичане с грехом пополам учились на предшествующих уровнях операций и тактики. Автор вообще ставит под сомнение сам факт, что знаменитый немецкий генерал понимал подобное, ставя уже совершенно нереальные цели все дальше и дальше к востоку от границ Египта. Особняком стоит Гитлер, посылавший Роммеля в Африку с одной целью - поддержать итальянских союзников и не дать Италии выйти из Оси, то есть действующий вообще и только на уровне большой стратегии. Гитлер как в воду глядел - спустя полгода после поражения войск Оси в Африке, Италия выбыла из борьбы как военная держава. Уровень большой стратегии, скажем так, перпендикулярен, вертикально его обеспечивает успех армий на всех предыдущих уровнях, горизонтально - все то, что дополняет военные действия: отношения с союзниками и нейтралами, дипломатия, настроение населения и так далее. Скажем, для Северного Вьетнама было невозможно победить США и его сайгонских марионеток на поле боя, но потери американцев в джунглях боя все больше и больше настраивали против войны американское общество, вынудив Штаты рано или поздно, но уйти из Индокитая. Или недавний пример из истории войны 8.8.2008, когда разгром грузинской армии российскими войсками не смог увенчаться невоенной победой, созданием пророссийского правительства с энной степени зависимости от Москвы. Тактический успех, но стратегически цели конфликта - или скорее, те цели, что должны были поставить себе российские стратеги по ходу развития конфликта - достигнуты не были.
Плюс Люттвак много и интересно рассуждает про современные войны с их требованием по минимизации жертв, что связывает отнюдь не с развитием техники или государственным строем, а с демографическим сдвигом в постиндустриальном обществе. Холодная война и стратегия ядерного сдерживания великих держав тоже не очень вяжутся с традиционными преставлениями на уровне общественного бессознательного. И внимание флотофилам - автор замахивается даже на самое святое, то есть на адмирала Мэхэна и его доктрину господства на море. В общем, это практически настольная книга, которая после штудирования заставила задаваться вопросом "почему я не прочитал это раньше?" и к которой я, видимо, буду еще неоднократно возвращаться в будущем.
P.S.: На сим, серия трудов западных авторов преимущественно о WWII объявляется закрытой, летом буду традиционно читать книги по общей истории человечества. Хотя начну опять же с труда Люттвака о Византийской империи.

"Эрудиция - родовая травма высшего образования. Факты - лишь мусор для ума, если нет способности устанавливать связь причины и следствия". - Олег Маркеев.
Начал с данной фразы, поскольку на мой взгляд она наиболее точно отражает суть. Суггестия - внушение, используется для некритического восприятия подаваемой информации.
Ожидание. Купил данную книгу, поскольку думал, что книга даст понимание что такое стратегия и тактика, как управляют войсками на фронтах, в каких случаях применяется та или иная техника и приемы для нападения и обороны войсками.
Реальность. Данная книга не похожа на учебник по военным действиям, скорее пропагандистская методичка, что не редкость для американских военных советников. Очень много примеров военных операций, рассуждений почему пошло не так или почему принято данное решение об операции. Только это все настолько сумбурно подано, что не понятно к чему относится в заглавии книги слово - ЛОГИКА. Больше похоже на мерцающее сознание. Автор постоянно перепрыгивает с примера на пример, не создав четкой логической конструкции подкрепленной примерами. Скорее сначала пример, потом начинает объяснять почему так поступили, иногда со множеством вариаций.
Есть ощущение, что Э. Люттвак пытался провести свои рассуждения через диалектику и у него не получилось от слова совсем. Возможно он связан с переводом, а возможно просто человек сам не до конца понимая намешал всего понемногу и получилась интеллектуальная каша. Логика произошла от учения Аристотеля. Считается точной наукой по своему генезису, есть четко заданные правила построения логических структур. Аристотель - "А является А, и не может являться В". Диалектика - это аргументация в философии исследующая противоречия. Чжуан-Цзы - "Единое является единым и то что не едино, тоже едино". (Прим. Обе цитаты авторов не дословные, скорее для простоты понимания разницы). Возможно речь идет о диалектике? Выражение "парадоксальная логика" не однократно упоминаемое автором, сказать, что смущает своей нелепостью - это вообще ничего не сказать. Парадоксальное мышление могу понять, но парадоксальная логика - это абсурд. Либо Люттвак, либо переводчик, либо человек писавший от имени Э. Люттвака слабо знакомы с понятием - логика.
О пропаганде:

Забавный экземпляр, повествующий о тонкостях военного искусства. Ссылок на труд Клаузевица «О войне» так много, что, пожалуй, полезнее было бы прочесть его, нежели это. Но мне всегда любопытно изучать тот или иной вопрос с разных позиций. Люттвак был советником Рейгана и родоначальником геоэкономики. В своей книге он рассуждает о парадоксальной логике войны: о том что усиление всегда влечёт за собой ослабление, что теория о числе атакующих к обороняющимся «3 к 1» далеко не всегда работает, что военная логика часто противоречит политической и так далее. Интересные мысли есть, не скрою. Конечно, не обошлось без пропагандистских сравнений Сталина с Гитлером, историй о «спасении» Югославии, демонизации Саддама Хуссейна и прочих либерастских нарративов. И Вторую Мировую советы выиграли лишь потому, что у нас территория больше, чем у тех же поляков (слившихся немцам за считанные дни). К этому я была готова, поэтому пропустила мимо глаз.
Интересно, конечно, читать рассуждения американца на тему военных стратегий… Но пускай Люттвак не держит нас за дураков. Все мы знаем, что главное англосаксонское оружие — это нечеловеческая жестокость. Мы прекрасно помним, какими методами у Мексики откусили почти половину территории. Там логика проста: уничтожь врага со всеми женщинами, стариками и детьми. Не можешь? Значит, ты слабак и ничтожество.
К слову, таких действий они от нас и ожидали на Украине. А когда стало ясно, что мы играем в рыцарский гуманизм и быстрого разрешения конфликта не видать, нас сразу же записали в группу аутсайдеров и лохов. Потому что англосаксонская этика не знает жалости, её логика проста: победа любой самой кровавой и бесчеловечной ценой. Какая разница, если историю пишут победители? Там и главу страны-победителя во Второй Мировой войне к агрессору приравняем, и победу США припишем, и Хиросиму с Нагасаки на русских свалим и так далее. Англосаксонская этика - это отсутствие этики под покровом витиеватых метафор и эвфемизмов. А самое важное свойство американской военной стратегии — ведение войны не на своём континенте и подкидывание дров в конфликт, чтобы было кому продавать оружие.
Изучение военной стратегии, как таковой, ещё никому выиграть не помогло, так как человечество всегда готовится к предыдущей войне. Но каждый новый конфликт характерен новыми решениями. А предсказать их не могут ни стратеги, ни экстрасенсы, ни футурологи. Приходится действовать по обстоятельствам. А книга Люттвака вся состоит из дихотомий: с одной стороны хорошо это, с другой - то. А ещё у медали две стороны. Спасибо, Эдик. Очень «познавательно».

Хорошо известно, что бескорыстные поступки приводят к весьма зыбким результатам.

Именно в этом заключается суть вооруженного принуждения: когда объективную истину подменяет масса впечатлений, тогда возникает множество ошибок и торжествует обман.

По классическому определению, великие державы — это государства, достаточно сильные для того, чтобы вести войну собственными силами, то есть не полагаясь на союзников. Но это определение ныне устарело, поскольку сегодня вопрос заключается не в том, как можно воевать, с союзниками или без оных, а в том, можно ли вообще вести войну — разве что на отдаленном расстоянии, только техническими средствами, не подвергаясь серьезному риску понести какие-либо потери. Ибо получается следующее: до сих пор по умолчанию предполагалось, что статус великой державы подразумевает готовность применять силу всякий раз, когда это выгодно, спокойно принимая при этом боевые потери — конечно, до тех пор, пока их численность будет пропорциональна масштабам завоеваний.
















Другие издания


