
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Крайне занимательная книга. Настоящий правильный нон-фикшн, и не смотрите на то, что автор – журналист, специализирующийся на некрологах. Линейное письмо Б явно было ее любительской страстью, поэтому она пишет деловито и увлеченно.
Для усиления интереса и вовлеченности читателя Маргалит Фокс будет держать вас в относительном неведении правильной расшифровки до самого конца книги, выстраивая эту детективную историю по всем канонам жанра. Хорошо ли, плохо ли, но я знал, что убийца в этом фильме – шофер. Еще в глубоком детстве я осилил Книгу для чтения по истории Древнего мира , адресованную советским пятиклассникам. С тех пор и Люси, и Бедржих Грозный, и сам Артур Эванс не были для меня чем-то незнакомым. А потом все это я отполировал Керамом .
Но для неувлеченных эта книга может быть хорошим ликбезом. Автор расскажет вам, как страсть людей по поиску затерянных во времени миров приводит их в места описанные-полуописанные-упомянутые одним намеком в древней литературе. И они, вооружившись твердым фунтом Британской империи и заступом, открывают то, что исчезло со сцены истории на тысячи лет. Вот и Эванс, неудержимо завидуя Шлиману, открыл свою цивилизацию. Открыл и ее письменность и решил ее расшифровать. Решил, пытался, наскакивал, да не смог. Но при этом не признал поражения, а таблички с письменами спрятал от других, лелея надежду однажды догадаться.
Второй крупной фигурой в книге выступает Алиса Кобер, синий чулок из американского университета. Собственно, автора так и подмывало сделать Кобер смыслом своей книги, она то и дело чуть не сворачивала в феминистский обличительный пафос – как ее обижали, не давали мест в университетах и т.п. К счастью, автор удержалась и отделалась лишь несколькими идеологическими ссылками, без которых, вероятно, ее книге труднее было бы попасть в печать (забавно, что в нашем мире современные идеологические вставки не менее карикатурны, чем прежде были ритуальные ссылки на Маркса или Ленина).
Но Кобер хоть и подошла очень близко к разгадке древней письменности, но так и не взяла эту высоту. Ранняя смерть не позволила ей довести до конца то, в чем она продвинулась куда дальше всех других ученых.
И тут на сцену вышел классический британский персонаж, в середине XX века уже несколько неуместный. Архитектор, любитель древностей, который, вооружившись методом Кобер, быстро пришел к разгадке. Ох уже эти британские джентльмены. Поневоле иногда позавидуешь их образу жизни, когда забота о дне насущном не висит над тобой, когда ты можешь посвящать свое время поиску доисторической жизни в отложениях или тайн человеческой истории в холмах на островах в Эгейском море.
В книге был легкий, почти невидимый российский след, за который автору спасибо, так как это расширяет культурные горизонты. Это Бертольд Лубеткин и Наум Габо.
Было забавно наблюдать, как автор качался между бытописательством, рассказывая читателю о жизни в начале-середине XX века, и собственно расшифровкой табличек. Про жизнь порой было очень интересно, особенно про послевоенную Англию. Но расшифровка в целом куда более захватывающе смотрится. Все эти нюансы, которые возникают при соединении флективного языка со слоговой письменностью, следствия из этого, матрицы соответствий – красота!

Неплохая нон-фикшн книжуля, особенно для непосвященного в историю, археологию или лингвистику читателя ( а я вот таким и являюсь), но одним ухом слышавшего про остров Крит , древнюю Грецию.
Если вкратце, книга про расшифровку письменности, найденной на острове Крит.
А еще эта книга про научный поиск, про интеллектуальные изыскания и про то, что ученые тоже "человеки" и ничто человеческое им не чуждо : и жадность, и зацикленность, и тщеславие и прочие пороки....

Табличек кучу из Кефалы
Учёный Эванс вдруг отрыл
И археологи вставали,
когда с трибун он говорил:
"Синеет море возле Крита,
Дворец минойской там стоит,
А письменность, что мной открыта,
Никак вот не заговорит.
Я вам не скажу за всех лингвистов,
Тут наука очень велика,
Но не хеттский это, и не критский,
А незнамо что и даже как"!
Алиса Кобер как-то в мае
А может даже в январе
Взялась за расшифровку знаков
И чуть не разгадала все.
Её подход был скурпулезен,
И методичен и хорош.
Но против времени и кармы
Здесь не особенно попрёшь.
В ответ, достав отчетов пачку,
Сказал ей Майрз с холодком:
"Вы интересная чудачка,
Но дело, видите ли, в том:
Недоступны кносские таблички,
И не подобраться к ним никак,
А про остальное пишем в личку,
С нами тут один ещё чудак".
В музее светятся таблички,
Берлингтон-хаус весь в цвету,
"Наш Вентрис, кажется, влюбился",
Кричали грузчики в порту.
"Я вам не скажу за всех лингвистов,
Тут наука очень велика,
Но не хеттский это, и не критский,
А, скорей, этрусский, даже так"!
Я оставлю тут для всех интригу,
Что там оказался за язык.
Архитектор вскрыл его, как книгу,
Ну а ты, дружок, чего достиг?
Три вполне отличных некролога
Подарила Марглит нам про них,
К гениям судьба обычно строга,
(Не кидайтесь тапками за стих!)
Книга мне понравилась ужасно,
Внутренний историк мой плясал.
Не перетруждайтесь понапрасну,
Как пример Алисы показал.
И дурную бросьте вы работу,
И рваните лучше вы на Крит,
Там дворец минойской возле моря
Говорят и по сей день стоит;)
Вместо послесловия.
Это от любых недугов. Панацея. Но подошло только трём реципиентам.
Отличная книга-некролог, очередное открытие, спасибо игре ДП-2025. Фокс пишет книгу про тех, кем восхищается, на тему, которая ей интересна, заражает этим восхищением и интересом читателя, говорит просто о сложном, весело о грустном. Столько восторженных энтузиастов на один писательский лист, что проникаешься.
Читайте, книга супер;)
Долгая Прогулка 2025
Команда "Котья Рать"

-- Майкл Джордж Фрэнсис Вентрис

Эвансу было чуть за двадцать, но он уже обладал необходимыми для археолога мирового класса качествами: неутомимостью, бесстрашием, безграничной любознательностью, богатством и близорукостью.

Прежде люди для сохранения и передачи информации полагались на более примитивные системы, например на узелковое письмо, глиняные жетоны и дощечки с зарубками. Ученые называют такие системы протописьменностью. Но собственно письменность – полноценная символическая система, с помощью которой можно записывать любые тексты на каком-либо языке – появляется около 3300 года до н. э. с изобретением в Шумере клинописи. Примерно в то же время были созданы древнеегипетские иероглифы.












Другие издания
