Для случайных
quarantine_girl
- 1 307 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
К отзывам на антологию "Беспредел" решил подойти максимально формализовано.
Буду отмечать как общелитературные достоинства, так и какие именно из признаков-атрибутов сплаттера и жести присутствуют в рассказе.
Будем безжалостно препарировать жёсткий современный хоррор. Собственно, похожим занимается и составитель антологии, даже не столько в предисловии, сколько в одном из постов в соцсетях, цитата коего поста явилась окончательным аргументом к прочтению сборника.
Поехали. Открывашка антологии. Короткая, от совершенно незнакомого мне автора. Буду непредвзят.
Рассказ посвящён Баркеру, а надо бы Пелевину и его "Девятому сну Веры Павловны". Ну или всему копротворчеству Сорокина.
Время: современность.
Место: общественный туалет в российском мегаполисе.
Троп: тварь из канализации. Не такой уж редкий страх.
Язык, стиль: слабенько, даже косноязычно, пожалуй. Что же за тварь вырвалась из канализации? Личинка? Член с глазами? Непонятно.
Мат: отсутствует.
Секс: отсутствует.
Ульранасилие: отсутствует.
Сцены, вызывающие отвращение: весь рассказ из них и состоит. Просто честное описание запущенного общественного туалета.
Сюр и психоделика: ну да, скорее есть, чем нет.
Чего бояться: садиться на унитаз.
Очень слабенькое начало.
4(ТАК СЕБЕ)

Дорвалась я-таки до обласканного всеми (не факт, что заслуженно) сборника Беспредел и, как минимум ужаснувшись предисловием некоего Парфёнова, прочитала первый микро-рассказик "Каждая".
Обещанных крови-секса-кишок и ультра насилия тут не оказалось, хотя описание рассказа выглядело действительно многообещающим: некая дама убирает общественные туалеты и находит там ТАКОЕ... Ну такое себе, честно говоря, она по итогу нашла.
Попытка описать вонючую мерзкую клоаку у автора не увенчалась успехом, по моему скромному мнению. Отчасти напомнило Шахту Шоу в каких-то моментах, да и монстрятины похожи. Но мы не будем сравнивать целую книгу с рассказом на три листочка, верно же? Да??
Я немного не поняла, с какой стати автор и составители сборника решили, будто пара упоминаний какашек должны привести нас в какой-то шок и трепет. Но это наверно именно мне после тонны прочитанного треша и угара не повезло прийти в состояние блаженной нирваны, когда на потуги пейсателей вызвать хоть какое-то отвращение своими выдумками становится так отчаянно фиолетово.
Наверняка ещё дело в объёме. Идея не самая новая: жопные монстры и мерзкие личинки. Завеяло аж Отрядом Каттера, вот он был хорош, да... Опять я сравниваю тёплое с мягким, нижайше извиняюсь. Так вот, тема избитая, особенно в ужастиках категории "Бэ", потому автору стоило бы шокировать нас многократно сильнее. Я всё ждала, что Лидочка накинется на это дерьмо в лучших традициях Сорокина, но на такие выкрутасы уважаемому Женевскому по ходу не хватило запала. А вот и зря.
Слабый рассказ, тем более для открывающего такой специфический сборник, тем более когда до него мне пришлось прочитать в предисловии какой-то околополитический скулёж и заверения, что вот на этот раз будет прям жесть жесточайшая. Отсюда и оценка соответствующая. И так будет с каждым.

Лида переводит взгляд вниз и не сразу осознает, что именно видит.
Между разведенных ног девушки зияет огромная дыра. По ее краям свисают неровные обрывки кожи и мяса, слева видна кость. Кровь, стекающая через край унитаза, выкрасила бедра, юбку и спущенные трусики в густо‑алый цвет.
Лида уже открывает рот, чтобы закричать, когда там, где раньше было влагалище девушки, начинается какое‑то движение. Мертвая плоть шевелится, выплескивая кровь, расходятся рваные складки – и показывается, ворочаясь, белесая головка размером с детский кулак. С чмокающим звуком она выталкивается наружу, и жирное тельце шлепается в чашу унитаза. Через мгновение оно появляется на ободе. Лида замечает нечто новое – небесно‑голубую радужную оболочку у нее на боку и черную прорезь зрачка, который бессмысленно пялится на Лиду.

В трех шагах отсюда - бутики, кафе, музеи. Центральная улица города. Но за аркой в тихом дворике, как разбухший чирей у улицы под мышкой, смердит общественный туалет.