Стеллаж 4, полка 2
- 37 книг
Ваша оценка0
(0)
Вторая ударная в битве за Ленинград
В воспоминаниях ветеранов 2-й ударной армии, собранных в этой книге, рассказывается о героическом боевом пути одной из армий, активно участвовавшей во всех наиболее значительных сражениях под Ленинградом в годы Великой Отечественной войны. Авторами выступают генералы, офицеры, младшие командиры, рядовые бойцы почти всех родов войск, самых различных воинских профессий. Рассказы ветеранов дополняются архивными документами, фотографиями военных лет.
Рейтинг LiveLib
0
0 оценок
Ваша оценкаХотят прочитать 1
Цитаты
NekrasovaAlla11 августа 2016 г.Читать далееИз дневника В. А. Кузнецова
28 марта 1942 года.
Мне довелось побывать в деревне Дубовик. Здесь месяц назад, 26 февраля, погиб наш товарищ — Всеволод Эдуардович Багрицкий. Впрочем, Всеволодом Эдуардовичем он еще и не успел стать. Для всех он был просто Всеволодом, а сам любил называть себя Севкой. Всеволод Багрицкий — первая жертва, понесенная редакцией в этой трижды клятой войне.
В деревне — следы разрушительной бомбежки, той самой, в которой погиб поэт. Я разыскал дом, в котором произошла трагедия. Он уцелел, но насквозь прошит множеством осколков крупной авиабомбы. Этими же осколками был насквозь пронизан и Всеволод. В тот день Багрицкий торопился в Дубовик, чтобы побеседовать с летчиком, сбившим накануне в неравном единоборстве два немецких истребителя. К большому своему сожалению, я не нашел в своих записках фамилии летчика-героя. Он погиб во время беседы вместе с Багрицким. Когда над деревней появились немецкие бомбардировщики, Багрицкий и летчик отошли от окна и сели на пол в простенке. Это была единственная мера предосторожности с их стороны. Мгновенная смерть так и настигла их в этом положении. На бледном лице Всеволода навек застыло выражение удивления или, пожалуй, недоумения, словно в последний миг своей жизни он произнес негромко: «О!»
На сохранившейся у меня карте тех лет крестиком отмечено место могилы Багрицкого. Гроб мы соорудили из случайно уцелевших ворот крестьянского сарая. Никаких других материалов в выжженных немцами окрестных деревнях нам найти не удалось. Скорбная группа «отважников» собралась в тот день у могилы. Легкий снег падал на землю, оседал на ветвях елей, ложился на лицо поэта и не таял. Это последний чистый дар земли, который Всеволод уносил с собой в могилу. Коротко прозвучал в морозном воздухе нестройный залп наших выстрелов.
Я вечности не приемлю,
Зачем вы меня погребли?
Мне так не хотелось в землю
С любимой моей земли.
Эти немного перефразированные стихи Марины Цветаевой, которые любил повторять Всеволод Багрицкий, вырезал на куске фанеры Евгений Викторович Вучетич.162