
Хорошо бы послушать...
Julia_cherry
- 1 450 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Время довоенных репрессий, когда люди тихо и незаметно исчезали, стирались, вычеркивались из жизни страны. Тихо для других, со стороны, пока это не касалось тебя. Думали, что если арестовали, значит, что-то все таки было, оступился человек, несмотря на прошлые заслуги. Чем больше революционных заслуг, тем больше шансов исчезнуть. Новые времена, фашизм, Испания, враг распространяет во всем мире своих шпионов. Ну а тем более в нашей советской стране всё кишит этими шпионами. Страна гордо жила своими достижениями, парадами, лозунгами. Ну может не страна, по крайней мере Москва.
Говорят Трифонов, это городская проза. Сложно было переходить от деревенской советской прозы к городской, московской. Городская жизнь кажется жизнью бездельников, глупой, бессмысленной, все косятся друг на друга, чему-то радуются, веселятся, развлекаются, спорят, доказывают, в ходу конспирологическое общение, еще с дореволюционного опыта. Сейчас опять пригодилось, прямо и открыто своё мнение не выскажешь, есть «линия партия». Это недоговоренность, размытость, неясность происходящего, пронизывает произведение.
Описание довоенного городского детства. Глупость, эгоизм, обиды, соперничество, тайные общества, конкурсы, пещеры, иногда учеба. В общем – счастливое детство. Взрослые, глазами детей: ругаются, спорят, шепчутся, кормят, водят на праздники, провоцируют, вдохновляют, наказывают, формируют мировоззрение, мешают жить… Началась война: эвакуация, работа, голод. Проблемы родителей становятся проблемами детей, особенно если родители репрессированы. Если родители «шпионы», то ребенок сразу скатывается на обочину социальной жизни. Автор показал как это происходит. Сначала были друзья, постепенно всё удаляется, никуда не зовут, не приглашают и даже общие праздники вроде как и не твои.
Эпизоды в книге часто перемещаются во времени. Книга разбита на фрагменты, осколки, не только по времени, но и с разными главными персонажами. Это показывает общую картину, но иногда утомляет, остается много подвисших, незаконченных тем. Видно автор хотел показать общую картину и ощущения исчезающего из жизни человека. Ощущения человека того времени, верящего в правду, в справедливость, в идею общего дела и в то же время ждущего, что скоро «придут за ним».
При чтении, было ощущение недосказанности, что автор или до сих пор боится, или не смеет себе позволить, или жизненная травма настолько глубока, что он не может выйти из своих болевых ощущений, терзаясь на одном уровне и не видя выхода. Всё это сказывается на читателе, напрягает и утомляет без выхода. В данное время хочется более ясного или глубокого, хоть какого-то поиска причин, четкого авторского мнения, авторского исследования, оригинальности, что ли. Правда необходимо учесть, что книга не дописана, в таких произведениях, общее впечатление зависит от финальных событий, да и в ходе произведения много незавершенности.


Роман "Исчезновение" начинается довольно трагикомично: юный Игорь по дороге из Ташкента в Москву теряет свой багаж, точнее его уводит один предприимчивый товарищ. Раздираемый между необходимостью пуститься в погоню за вором и опозданием на поезд, Игорь выбирает второй вариант. Но, приехав в дом к родственникам получает "заряд бодрости": в семье не хватает еды, а отправленные гостинцы из Ташкента могли хотя бы на короткий промежуток времени решить эту проблему. Понимая сложность положения, в котором нехотя он оказался, Игорь устраивается на завод. Там он встречает Урюка, чернорабочего, который почти что живёт там. Несмотря на юный возраст, Игорь не понаслышке знает, что такое война, что такое потеря отца. В книге встречаются разношёрстные персонажи со своей судьбой - один усыновляет пацана, чтобы помочь ему в тяжёлое время, другой ни во что не ставит своего усыновителя - гуляет, пьёт, делает, одним словом, что угодно, третий - предаёт своих же, четвёртый пытается писать. Много персонажей, которые то появляются, то исчезают. Не успеваешь проникнуться сюжетом. Эта манера повествования характерна для всех книг Трифонова. Тем не менее, я не могу сказать что книга мне не понравилась.
Даже недописанность не портит роман, так как по сюжету можно уже догадаться, что ждёт главного героя и его отца.

— Где фонарик?
— Сережки не было дома… Сегодня я обязательно…
— Ты просто экспроприируй, и все. Не для себя ведь, а для общества. Для ОИППХа. Тут нет ничего дурного. Все революционеры делали экспроприации.

Из моих знакомых арестованы девять человек. И самое страшное знаешь что? Все мы тол-стокожие, пока не коснется нашей шкуры. И я такая же сволочь. Пока Яшу не взяли, я дума-ла: а шут его знает, может, Гончаренко в чем-то и замешан, и Федя Клепиков мог где-то оплошать, а Гнедов — из бывших офицеров, так что ничего странного. Ты понимаешь?

Радостное чувство власти, но не грубой, полицейской, а истинной, тайной, имеющей близость к року и божественному промыслу, — тончайшее наслаждение, ради которого единственно и стоило жить, ибо все прочие оргазмы жизни так или иначе доступны миллионам, как общий городской пляж в Ялте, родном городе Арсения Иустиновича.










Другие издания

